Маг, связанный клятвой - Кристофер Сташеф

— Ну что-то вроде того...

— Ха, я бы возражал, — прорычал дракогриф, — но, думаю, и это выдержу. Я бы хотел, чтобы на нем была застежка, которую я смогу расстегнуть сам, на случай, скажем, если тебе вдруг захочется пройтись пешком.

— Я думаю, это нетрудно будет устроить, — с облегчением ответил Мэт.

— Но я не уверен, что есть седла моего размера.

— Да-а, придется немного попортняжннчать...

— И где же ты собираешься найти портного для кожаного седла?

— Да прямо здесь, — усмехнулся Мэт. — Стихи любого размера и длины. Если я правильно раскрою слова, у нас будет как раз такое седло, какое мы хотим.

— Когда-нибудь ты уже наколдовывал седло? — Зверь прищурился и посмотрел на Мэта.

— Нет, не приходилось, — честно признался Мэт. — Но я думаю, это будет не так уж и сложно.

— Да уж, — пробормотал дракогриф.

— Да ладно, кончай. Можно же хоть чуть-чуть в меня поверить... Так, посмотрим... — Мэт поднял к небу глаза и свел брови, стараясь сосредоточиться.

«Коня, коня! Полцарства за коня!» Нет-нет. Это не пойдет. Ему же нужна была оснастка, а не само средство передвижения. Наконец он остановился на следующем:

У Мэри была овечка,

А Джек построил дом,

Гордится дом крылечком,

Овечка — хвостом-колечком,

А дракогриф — седлом!

С серебряными пряжками,

Ременными затяжками,

Чтоб гарцевать на нем!

Воздух перед глазами замерцал, и в нем начало вырисовываться нечто, что постепенно становилось все более четким и материальным, — огромное кожаное кольцо, расширявшееся кверху почти до четырех футов. Они молча стояли, уставившись па него.

— Убрать и взорвать! — Мэт отвернулся от седла. — И когда же я научусь помнить о мелочах!

— А что? Оно очень ничего...

— Еще бы, со всеми этими серебряно-золотыми пряжками, но оно, скажем так, слегка великовато. Конечно, за последние три года я набрал вес, но не до такой же степени.

— А что произошло-то?

— Я же творил седло для дракогрифа — ну вот и получил такое, что в нем мог бы скакать ты.

Дракогриф уставился на Мэта, потом его пасть начала постепенно растягиваться.

— Пожалуйста, не смейся! — Мэт зажмурился. — Только не смейся! Пожалуйста, не надо. Я легко все исправлю.

— Ого! Да неужели? — Зверь ухмыльнулся. — Очень хочется на это посмотреть!

— Ладно. Начали! — Мэт пристально уставился на седло, потом начал свое заклинание:

Прежний стих — из апокрифа,

Будем мы размер менять:

Стань, седло, для дракогрифа,

Но при этом — для меня!

— Похоже, заклинание не очень-то хорошо действует, — с видимым удовольствием отметил зверь.

— А чего еще ждать от самодельных стишков? — рявкнул Мэт. — Я что хочу сказать-то, это ведь тебе не разделывать — фу ты, не подгонять стихи великих поэтов под ситуацию. Ведь никто из них не описывал взахлеб свое седло до мельчайших деталей.

Седло стало меркнуть.

— С другой стороны, — поспешил добавить Мэт, — это может быть просто замедленной реакцией.

Седло начало превращаться в коричневатое облачко, но огромная кипа кожи по-прежнему сохраняла свою форму и четкость. Потом кипа проделала какие-то движения — и перед ними возникло то же самое седло, только нормального размера.

— Ну, просто отлично! — произнес восхищенный дракогриф.

Мэт же смотрел на уменьшившееся седло с испугом. Потом он отвернулся от него:

— Чтоб тебе провалиться! Напомни мне в следующий раз сделать некоторые уточнения!

— А мне кажется, оно очень даже ничего! — прищурившись, заметил дракогриф.

— Это же английское седло, а я езжу, по крайней мере пытался ездить, в ковбойском.

— Ну и в чем же разница?

— Ковбойское гораздо удобнее, особенно если тебе предстоит долгий путь. А потом у него есть впереди что-то вроде ручки, за которую можно держаться.

— Ох-хо-хо, — засопел дракогриф, — ладно, я понимаю, нам опять придется подождать, пока ты теперь это седло не переделаешь, точно?

— Ну конечно, я могу прожить и с этим...

— Ну уж нет, увольте! — Дракогриф закатил глаза. — Мне только еще не хватало везти великомученика! Давай действуй! Нам торопиться некуда.

Как ни странно, от этих слов Мэт ощутил какой-то суеверный страх. Но, отбросив его, он снова повернулся к седлу, стараясь полностью отделаться от этого чувства.

— Прекрасно, давай теперь так:

Только джентльмены с ледями

Ездят в парк в седле таком,

Мы ж прогулочками этими

Насладимся лишь «эт хом».

Нам, увы, скакать по прериям,

По пампасам и горам,

И ковбойское, проверенное

Мы седло желаем нам!

Контуры седла снова стали терять свои очертания, вся масса стала больше походить на облачко дыма, что-то зашипело, и... облачко материализовалось, приобрело четкие формы, и перед ними появилось прекрасное седло, которому мог бы позавидовать любой ковбой из голливудских фильмов.

— Ну что, все? — с надеждой в голосе спросил дракогриф.

— Ох! — Мэт с довольной ухмылкой смотрел на новое творение рук своих, вернее, языка. — Ну и как оно тебе?

— Ах, оно великолепно! Ах, оно прекрасно! И это все — ты! Ну теперь-то мы можем ехать?

— Ладно, ладно. — Мэт взялся за седло и повернулся, чтобы надеть его на зверя. — Не хотел бы ты примерить свой новый наряд?

— Честно говоря, не очень-то, — проворчал дракогриф. — Но я сам тебе предложил и теперь должен сдержать слово.

Мэт застыл с седлом в руках:

— Ты ничего не должен. Я совсем не хочу насильно...

— Ой, да ладно! Я так хочу это седло! Пожалуйста, надень его на меня! — заорал дракогриф. — Ну неужели же зверю нельзя хотя бы время от времени немного поскулить.

— Ну конечно! — Мэт приподнялся, чтобы опустить седло па спину дракогрифа. — Я просто не думал, что это у тебя такая манера. Прости. — Мэт наклонился, чтобы подтянуть подпруги.

Несколькими минутами позже он верхом на дракогрифе мчался вниз по склону горы. Какое-то время Мэт восхищался окружающей природой, его пьянил прохладный горный воздух. Он чувствовал себя обновленным и снова почти полностью здоровым.

Мэт дернулся, обеспокоенной своими мыслями. «Почти полностью здоровым»? Когда же он начал себя чувствовать так, как будто его пропустили через мясорубку? И почему?