Умереть тысячу раз - Александр Дэорсе

— А здесь секрета нет, могу рассказать! Только зачем тебе это? От больших знаний большая печаль.

— Умно говоришь! Да только чтоб гоблины человека слушались — не было такого. — Лягушонок при этих словах заскрежетал зубами.

— Давай, так! Я тебе расскажу, почему меня слушают, и расскажу, что гоблинам нужно от Вас. Сейчас тебя развяжут, надеюсь на твое благоразумие. Согласен?

— А не боишься?

— Нет. Смерти я не боюсь, а убить меня не так просто. Да и куда ты потом денешься? Тебя просто убьют, а так есть шанс пожить и возможно даже хорошо.

— Даже так. И много от нас требуется?

— Не от Вас! А от тебя! Пока только с тобой из всей деревни разговор веду.

— Кузнец нужен?

— Нужен, не скрою! Но и без тебя сможем обойтись. Но и сам понимаешь, не отпустим. — Развел я руки в стороны.

— Убьешь?

— Нет. Видел стройку, пока сюда добирались? — дождавшись кивка, я продолжил, — Рабочие руки везде нужны, а с твоей силой тем более.

— Рабом сделаешь, значит?

— Сделаю! Не гоблины на Ваши земли пришли, а Вы к ним! Конечно, конкретно не Вы, но извини, на войне как на войне, расплачиваться пока придется Вам.

— А что с семьей?

— Гоблины тебе предлагают вот что: ты со своей семьей будешь жить в глубине их земель, чтоб мыслей о побеге у тебя не возникло. Далее работа у тебя будет та, чем ты и раньше занимался. Дом тебе поставят, кузницу тоже. Семью твою не тронут, если будешь нормально вести себя. В принципе ты будешь полноправным гоблином, верней человеком с правами гоблинов. Остальным придется не сладко, если есть каменщики то могут, так же как и ты войти в общество гоблинов. Только работать они будут тут, а вот семьи их будут жить там же где и ты.

— Ну, пока все ясно и гладко!

— Это не все. Подожди! Главное это то, что только полезным людям разрешат войти в общество к гоблинам. А вот остальным увы, придется тяжко. Женщины должны будут родить от гоблинов. Все! За исключением пока твоей жены и дочери, так как ты, если согласишься, считай уже гоблин.

— Эээ! Но это же… это! — Кузнец от возмущения стал хватать ртом воздух, сжал кулаки и взгляд изменился.

— Тебя зовут как? — спросил я.

— Трим!

— Послушай, Трим. Если хотят жить, то придется это им сделать в другом случае, смерть их будет ужасна. А после родов если женщины захотят, то могут сами воспитывать родившихся детей и даже выйти замуж! У гоблинов нет понятия испорченная женщина или обесчещенная. Гоблины судят по поступкам. И уж если женщина вполне пригожа, и хозяйка хорошая, то любой может ее взять в жены не зависимо от того кто был у нее до него. Но блуд карается и строго, вплоть до усекновения головы. Понял?

— Понял, чего уж не понять! Но, вот то, что рожать придется!

— Да, послушай ты! Это необходимо! Или их возьмут и силой обрюхатят, а потом все месяцы пока не родит, будет сидеть под присмотром. И это если смирная будет, а нет, то свяжут и кормить будут через силу!

— Ик! Да как же так?!

— А вот так! Мужикам можешь сказать, что и им придется обрюхатить не шибко красивых гоблинш. А будут артачиться — заставим! Десять палок, и дело сделают лучше прежнего. Родившихся потом детей возьмут на воспитание, и будут растить всем родом и племенем, а тем женщинам, которые родят, будут всячески помогать, если конечно это все добровольно будет сделано.

— Но все же не правильно это чтоб человек, да с гоблином. Мерзко это! — выпалил Трим и тут же вжал голову в плечи.

— Мерзко! Война вообще мерзкое дело! Могу только сказать, что если человек будет полезен обществу, и жить будет по законам — то и трогать его не будут. А тут и законы другие, нежели в королевстве, и порядок лучше. Поживешь, увидишь, налоги меньше, да что я тебе рассказываю. Вот Лягушонок сидит, с ним пообщаешься, он все тебе расскажет. Да права первой брачной ночи тут нет, как нет и непомерной дани. И обидеть тебя просто так ни кто не может, пусть это даже верховный Шаман.

— Говоришь, что прям аж завидно! По-твоему жить в королевстве хуже, чем у гоблинов?

— Не хуже, но легче! Чуешь? Тут нет дворян, и их самоуправства, тут есть законы! А вот с жильем проблемы, его-то и придется строить, да налаживать быт. А уж если бы все это было, то и жили намного лучше, чем в королевстве. Ну, так, что выбор у тебя не велик. Согласен или нет?

— Да, выбор и, правда, не велик. Согласен! А с остальными поговорю, не все конечно согласятся, но думаю, пару семей толковых и полезных найду. Да и вдовушек парочку уговорю.

— Вот и славно! Гирт! — в дом вошел сотник. — Проводи Трима, заодно познакомитесь, он теперь будет гоблином! Хе хе! Иди, расскажешь основные законы, да присмотришь за ним.

Возможно, какие-то великие силы хранили нас, а в особенности гоболинов, так как с «разбавлением» крови все вышло очень хорошо. В том плане, что мужики обрюхатили гоблинш и даже сильно не возмущались. Так же несколько человеческих вдовушек забеременели от гоблинов. Были и не довольные, но когда двух или трех женщин утащили в сарай и там сделали всю процедуру, роптать перестали. Уж лучше добровольно, да еще потом можно надеется на помощь, чем просто быть связанной все девять месяцев.

Дальше пошло и совсем хорошо. Сделали еще три выхода за пленниками и все три удачных. Всего же за все походы пленили тысячу одиннадцать человек. Всем разъяснили что и как и большую роль в этом сыграл Трим. Вот уж с кем нам повезло. Он лично объяснял людям ошибочность сопротивления и приводил так же доводы в пользу гоблинов. А то, что родить придется так не всем и не сильно велика потеря. А вот артачиться не надо, пойдем, покажу, есть тут три женщины уже почитай на четвертом месяце. Увидели? Прониклись? Будете рожать!? Отлично.

Всего кузнецов было трое, в одном селе удалось добыть каменщика со своей артелью. Не повезло работягам — попали в плен к гоблинам. Ну, это им не повезло, а нам в самый раз. Правда на строительстве укреплений первой линии их не оставили — семей нет, а увезли немного вглубь строить третью линию обороны, ну да и так хорошо.

Через девять месяцев после первого похода родились малыши. Что я могу сказать. Я нервничал, когда рожала одна из гоблинш. Нервничал, будто это моя Лика рожала, и это мой ребенок мое будущее потомство и моя гордость. Когда же роды закончились я буквально влетел в комнату, и распихав всех повитух взял в руки младенца.

На меня смотрели желтые глаза с огромным зрачком, кожа серая с зеленоватым оттенком. На голове были волосы, торчащие в разные стороны. Нос был похож на кошачий. А вот губ почти не было, были тонкие полосочки бледноватого — розового цвета. А уши были похожи на крылья птицы, и даже ушное отверстие находилось «под крылом», вместо человеческой мочки были кожистые перепонки довольно мягкие на ощупь. В целом малыш был довольно симпатичный и главное это был мальчик. Даже сейчас держа его на руках, он был больше чем чистокровные дети гоблинов при рождении. Теперь осталось только ждать, время покажет, удалась ли моя задумка.