Невероятные приключения двух судмедэкспертов - Елена Федорова

– Эррор выдаёт и всё!

– Странно. Прогони это вещество по всем классификаторам.

– Сейчас, Елена Александровна.

Врачи пока продолжили исследование конечностей погибшего.

– Елена Александровна, а классификатор выдаёт, что нет такого вещества! – с отчаянием в голосе, произнес Миша.

– Как же нет, когда оно есть? – удивлённо спросила Нина Антоновна.

– Что – инопланетное вещество? – съязвила Катерина.

– Ошибки быть не может?

– Наверное, не может. Это же японская техника.

– Тогда – да. Они – сами инопланетяне, – грустно пошутила Лена.

– Ладно, мы еще побьёмся над этим анализатором и классификатором. Но, думаю, что два прибора одновременно не могли выйти из строя.

– Да еще и новых, к тому же!

– Так что, инопланетяне или нет, но что это за быстродействующий вирус, который за несколько часов превращает кровь в неизвестное вещество?..

– И, значит, в белках глаз были «кровоизлияния»! – воскликнула Катя.

– Значит – да.

– В терминальном периоде, так как до этого кровь была нормальной.

– Надо будет узнать у Гурина по поводу приборов. Он же всей техникой на базе занимается?

– Нина Антоновна, а на стюардов Вы смотрели? Хотя бы – поверхностно?

Та кивнула.

– Везде одно и то же.

– Значит, мы имеем один и тот же вирус, неизвестный науке. Кто же так продвинулся в подготовке биологической войны?

– А теперь понимаете, чем осложняется наше исследование? Если бы имело место обычное заражение, можно было бы опубликовать это в прессе, узнать мнение заграничных коллег. А, если это, действительно, был теракт, то неизвестно, кем он подготовлен. И тут в дело вступает суперсекретность, и бейтесь головой об стол, потому что классификатор выдаёт эррор! – гневно выдала Верховец.

– И жалко, что мы даже не сможем опубликовать результаты исследования!

– Я думаю, что со временем – сможем, – твёрдо заметила Дейнеко.

– Мы проведём комплексное исследование, а потом напишем монографию. Или совместный труд. Да, Нина Антоновна?

Патологоанатом согласно кивнула. Такие перспективы профессионального роста ей понравились.

– Думаю, что для одного дня – слишком много впечатлений. Надо же еще разобраться с токсикологией, иммунологией, так что сворачиваемся и переходим после обеда к тебе, Катюша, – сказала Лена, задвигая саркофаг на своё место в хранилище.

Чтоб немного разговорить «зажатую» коллегу, подруги увлекли патанатома с собой в кафе. Там, наскоро поглощая вкуснейший обед, они продолжили рабочее обсуждение.

– Вот это я попал в среду учёных! – весело сказал Миша, – вы даже здесь не можете угомониться.

– Понимаешь, Михаил, когда проблема интересная, то хочется её решить поскорей.

– Вот, вы и есть истинные учёные поэтому.

– Гордимся, если так, – приободрились подруги.

– А мне надо с вами быть? Ведь, я же ничего не понимаю в иммунологии и токсикологии, – спросила Нина Антоновна.

– Думаю, что раз Вы работаете в таком коллективе, где решаются комплексные задачи – надо. Приобщайтесь к командной работе. Эксперты постоянно так работают. Вы, если хотите, можете в этом случае взять на себя гистологическое исследование, вместе с Катериной Борисовной.

– Ох, этот божественный компот! – простонал Миша. – Не надо даже алкоголя, чтоб получить удовольствие.

– Вот и славно! Хотя, после сегодняшнего вскрытия можно красненького выпить дома.

– Ладно, идёмте дальше головы ломать нашим «кроссвордом».

Группа исследователей поспешила в лабораторный отдел.

– Это Вивьен, наш иммунолог, – представила Катя своего эксперта коллегам.

– Вы знаете, – взволнованно начала молодая женщина, – результаты моего исследования более, чем странные. У нашего подэкспертного не определяется группа крови.

– Как это? – удивилась Кет.

– А резус? – быстро спросила Лена.

– И резус.

– Но, такого, же не может быть?!

– Второй отказ за сегодня?

– Второй? – переспросила Вивьен.

– Токсикологический анализ выдаёт «эррор»!

– Миша, позови, пожалуйста, Гурина.

– Юрий Ильич, Вы уже в курсе, что у нас отказали два прибора в токсикологии, но и в иммунологии тоже – дыра.

– Сейчас проверим.

Гурин позвал Мстислава и еще пару своих сотрудников, и они принялись проверять аппаратуру.

– Приборы исправные, работают, – вскоре доложили все.

– Погодите, а у нас есть какие-нибудь медицинские карты умерших?

– Да, мы затребовали тогда, – ответила Нина Антоновна.

– Давайте, посмотрим, что в них указано. Уверена, что у них определяли и группу, и резус.

Каждая из коллег взяли по медицинской карте поликлинического больного.

– У моего пациента была – А, резус +.

– У моего – АВ, резус +.

– У моего – нулевая, резус +!

– А почему же сейчас не определяется?

– Наверное, потому же, почему и у нас выдаёт, что среди микро- и макроэлементов земли таких веществ не определяется, – мрачно ответил Гурин, не отрываясь от экрана.

– Так значит – что?

– Что? А кто перед журналистами распинался, что настоящий эксперт должен всегда быть готов к неизвестному?

– Да, говорила. Но, не до такой, же степени быть готовым! Одно дело – неизвестная инфекция, но – земная. А другое дело – из космоса!

– Что ты сказала? – встрепенулась Катя.

– Да, что Вы сказали? – повторил Гурин.

– А что я сказала? – недоумевающее повторила Дейнеко.

– Ты сказала: «из космоса»!

– Ну, это, видимо, автоматически, – начала оправдываться Лена.

– Да нет, все правильно! Если токсикологический анализатор говорит, что таких элементов нет среди земных, значит, они – из космоса, – констатировал Титов.

– Ой, вот только не хватало нам сейчас в лабораторию уфологов всяких и биоэнергетиков, – недовольно скривился Юрий, не доверяющий таким «псевдоучёным», какими он их считал.

– У нас может быть разное отношение к таким специалистам, но проблема-то остаётся! – заметила Лена. – Мне всегда теоретически хотелось встретиться с такими рабочими проблемами. Но практически – я не готова к такому.

– Вот тебе и разрыв теории с практикой, – назидательно ответила ей подруга, но потом и сама призналась в собственной неготовности к фантастике.