Ученик - Алекс Каменев

Короче, о подвигах ненадолго придется забыть. Стоит посидеть, обдумать все хорошенько. Может посоветоваться с другими страдальцами…

Ну точно, Анька же где-то здесь поблизости. Тот Гарри Поттер под анаболиками упоминал, что она в соседней палате.

А я тут разлегся и размышляю о какой-то ерунде. Надо навестить подругу и поскорее.

Тяжело встав с кровати, сделал шаг вперед, на секунду позабыв о проводках в венах. Впрочем, зря волновался. После натяжения, стойка с капельницей послушно подкатилась, не дав разорвать контакт между нами.

Должно быть больничный персонал догадался, что не все пациенты станут оставаться в постели и позаботился о том, чтобы дурацкие трубки не выдернули случайно.

Мысленно чертыхнувшись, принялся осматривать шкафчик, врезанный в стену. И о чудо! На этот раз, вместо пустых полок меня ждал спортивный костюм серого цвета, футболка, трусы, и легкие кеды с носками.

Одевайся и хоть прямо сейчас выходи на беговую дорожку. Какая предусмотрительность.

И вот тут наступили проблемы. Оказалось, не так-то просто одеться, будучи подключенным к капельнице. Особенно, касаемо верхней части тела. Поневоле пришлось избавляться от иголок в руке.

Выдернул — и тут же пожалел об этом. Боль наступила мгновенно. Миллионы острых шипов воткнулись в кожу по всему телу и начали медленно проникать внутрь, с садисткой неторопливостью погружаясь в плоть, вызывая тем самым страшные мучения.

— Ох, — от неожиданности я даже упал на одно колено. — Ничего себе пробрало.

Как можно быстрее одев футболку и плюнув на куртку, я воткнул иголку обратно, надеясь, что делаю все верно и попаду точно в вену.

Повезло. Не промазал. Облегчение пришло через пару секунд. Что бы там ни вводилось, оно действовало с умопомрачительной скоростью.

— Лучше завязать с экспериментами, — едва слышно пробормотал я, хватаясь за стойку на колесиках, где висел прозрачный пакет с обезболивающим, и двигаясь в сторону выхода.

Найти Аньку не составило труда. Вышел, прошел пять метров, удивленно пялясь на толпы народу, сновавшие туда-сюда (в наведенной иллюзией здесь никого не встречалось, а тут прямо столпотворение) и заглянул в соседнюю палату, расположенную справа по коридору.

— Вик? — Аня уставилась в раскрытый настежь проем двери с весьма удивленным видом.

Походу ей обо мне не сообщили, в отличие о ее присутствие мне. Конспираторы хреновы.

— Ага, — подтвердил я, входя внутрь. — Ты как?

— Нормально вроде, — ответила самая близкая подруга Светки. — Уже не так плохо, как на берегу вчера.

— Ну да, — согласился я, подойдя ближе. — Я тогда думал, что сдохну от боли. Накрыло не по-детски.

Анька подобрала ноги, позволив усесться на край кровати.

— Ты уже знаешь, что мы в Холодном Пределе, в клинике у магов? — спросила она приглушенным голосом, с опаской глядя на полуоткрытую дверь. — Меня погружали в сон, где какой-то урод пытался приставать ко мне. Представляешь? Потом сказали, что это проверка и что все новички проходят некий отбор. Только ничего толком так и не объяснили. Что за отбор? Куда? Посоветовали отдыхать и смылись. Их тут целая делегация оттиралась.

Я кивнул. Знакомая ситуация.

— Мы попали под инициацию. Чего-то там с источниками случилось, и магия выплеснулась во внешний мир. Нам с тобой не повезло, мы попали под эту хрень, — как мог, я принялся рассказывать, про то что на данный момент понял сам. — А все эти глюки с видениями — что-то вроде сортировки по типу. Воины и Создатели.

Воины и Созидатели? — глаза девчонки пораженно расширились. — Это еще кто?

Я замялся, не зная точно, как ответить. Если по поводу первых никаких сомнений не возникало — боевые маги, что может быть понятнее? — то по поводу последних, точной информации у меня не имелось.

Чем там занимались остальные колдуны, не занятые войной? Лекари что ли? Скорее всего. А кто еще? Не картошку же они выращивали в самом деле. Или колдуны становились агрономами тоже?

Кланы как-то не шибко распространялись о своих повседневных занятиях с остальным светом. Не удосуживались держать в курсе простых людей. Редиски такие… Сиди теперь, гадай.

— Воины — это боевые маги, — все же выдал я. — А Созидатели — это мирные маги.

Тут же последовал вопрос, заданный непосредственным тоном:

— А мирные — это как?

Ох уже эти женщины. Так и знал, что спросит.

— Мирные — это мирные, — туманно объяснил я. — Те что миром занимаются, чего непонятно?

Анька глубокомысленно кивнула. Хотя более чем уверен, она сама ни черта не поняла из услышанного. Как, впрочем, и я.

— Тебе что сказали? — продолжил я.

— О чем? — девушка поправила сбившееся одеяло.

— Куда тебя определили? Ты вообще догнала, что мы с тобой вроде как стали колдунами?

Признаться честно, я и сам до конца не верил, что происходящее правда. Вчера ты обычный воспитанник школы-интерната для сирот, а сегодня могущественный маг.

Ну или не очень могущественный. Главное маг. Есть от чего начать сомневаться. Как-то это все казалось слишком фантастичным и неправдоподобным.

Бац и колдун. Разве так бывает? Чудеса да и только…

— Я до сих пор не могу в это поверить, — призналась Аня, высказав сомнения, что сейчас одолевали меня. — Может нам это снится? С озера привезли в больницу, где мы сейчас с тобой лежим под наркозом. Или что-то вроде того.

— Ну да, сниться, — проворчал я. — Не с нашим везением. И не в общем сновидении. Что-то не слышал о таком раньше, чтобы два больных в отключке могли общаться между собой.

— А может ты мне просто снишься. Как и я тебе. Отдельно друг от друга? — продолжала упорствовать подруга детства.

Я неторопливо сполз с кровати, подошел к окну, втайне опасаясь опять увидеть белые деревья. У себя в палате как-то не догадался выглянуть и проверить.

В отличие от иллюзорного, реальный мир не радовал погодой. На улице лениво моросил летний дождик, смывая пыль с зеленых листьев подстриженных кустарников и ровных асфальтовых дорожек.

И никаких жутковатых деревьев. Ничего похожего в радиусе обзора третьего этажа. Что лично меня очень обрадовало.

Облокотившись на миниатюрный подоконник, я уперся лбом в стекло, наблюдая за мелкими каплями, неспешно спускающимися по гладкой поверхности.

— Ерунда это все, — буркнул я, не оборачиваясь. — Мы не спим. Все происходит на самом деле. Наяву.

Анька ничего не стала говорить, настаивая на версии глюков. И я был за это ей благодарен. Совершенно не хотелось спорить и пытаться что-то доказывать.

Собственно, мне сейчас вообще ничего не хотелось предпринимать и ни о чем говорить. Просто стоять и пялиться на дождь за окном. Судя по редким белесым облачками на небе, он скоро закончится и день вновь засияет солнечным светом. На него тоже будет приятно смотреть, ни о чем не думая.