Путешествие тигра - Коллин Хоук

– Да.

Он пристально посмотрел мне в глаза.

– Вы смотрите в мою душу?

– Эх-хе-хе… Каль-си очень удрученная. Какая беда?

– Беда? Ну, как сказать… От чувств. Я люблю Рена, а он меня не помнит. Кишан любит меня, но я не знаю, что мне с этим делать. Иными словами, это старый как мир любовный треугольник, в котором все несчастны. Кроме Рена, пожалуй. Он не помнит, счастлив он или нет. Можете что-нибудь посоветовать?

Пхет глубоко задумался.

– Любовь похожа на воду. Вода с нами везде. Лед, река, облако, дождь, океан – все вода. Когда большая, когда малая. Одна чтобы пить, другая слишком соленая. Но всякая вода полезна для земли. И постоянно пребывает в круговороте. Надо признать необходимость воды. А что женщина? Женщина – она как земля. Должна поглощать воду. Соединившись, вода и земля берут силы, придают друг другу форму.

Смотри, Каль-си, земля изменяется для реки – создает ей русло. Дно озера знает, как удержать воду в берегах, как вместить ее в себя целиком. Застывшая вода может сделаться льдом, двигать землю. Дождь делает оползни. Океан делает песок. Они всегда вместе, всюду, земля и вода. Крепко нужны друг другу. Становятся единым целым. А тебе придется выбирать. Быстро-быстро.

– А если я не смогу выбрать или откажусь выбирать? Или сделаю неправильный выбор?

– Не бывает неправильный выбор. Бывает твой выбор.

Пхет подошел к кровати и взял с нее две подушки.

– Какую полюбишь – круглую или квадратную?

– Не знаю. Подушки они и есть подушки.

– Любишь круглую? Выбери круглую. Нравится квадратная? На здоровье возьми квадратную. Это не имеет важность. Хочешь спать – берешь подушку. Разве возьмешь камень? Нет! Подушка – хорошо для спанья. Вот что нужно. Так же и с водой. Выберешь реку? Лед? Океан? Все хорошо. Выбрав океан, изменишь песок. Пожелав реку, сделаешься илом. Взяв дождь, станешь садовой землей.

– Вы хотите сказать, что я должна выбрать мужчину исходя из того, кем я хочу стать? Какую жизнь хочу прожить?

– Да. Это я и хочу говорить. Оба мужчины сделают твою жизнь особенной. Выбери океан или реку. Нет разницы.

– Но…

– Нет такого – но! Есть – так. У Каль-си крепкая спина. Может выдержать большой груз, большой долг, много дел. Каль-си как земля. И твоя спина изменится с любым из мужчин, какого выберешь.

– Если я правильно поняла, вы считаете Рена и Кишана двумя подушками в мире камней и полагаете, что я буду счастлива с любым из них?

– Ага! Умная девушка! – захихикал Пхет.

– Проблема в том, что… один из них двоих будет несчастен.

Пхет потрепал меня по руке:

– Ты совсем неправильно тревожишься! Пхет помогать тиграм.

Примерно через полчаса братья шумно вошли в хижину. Оба вежливо поздоровались со мной, Кишан пожал мне руку, а Рен кивнул из-за стола.

Я тихо спросила Кишана:

– Ну что, помогло? Он вспомнил?

Кишан отрицательно помотал головой и вернулся за стол, чтобы помочь Рену дочиста опустошить тарелки. Волосы у обоих братьев были влажные и зачесаны назад. Рен дочиста смыл с себя вчерашнюю массу.

Я невольно усмехнулась и подумала: «А может, она за ночь впиталась ему в мозги!»

Все время, пока братья ели, я размышляла над словами Пхета.

«Смогу ли я быть счастлива с кем-то из них? Сможем ли мы с Реном снова полюбить друг друга? И если сможем, то как насчет физической близости? Неужели я никогда не смогу дотронуться до него, не причинив боль?» До сих пор я не задумывалась о возможности совместного будущего с Кишаном. Я была слишком уверена в прочности наших отношений с Реном. Но теперь, когда Рен утратил воспоминания о нашем прошлом, я стала сомневаться, сможем ли мы когда-нибудь вернуть то, что потеряли.

Я видела, что Кишан то и дело поглядывает на меня, слушая речи Пхета. Неужели Кишан прав? Может, мне в самом деле суждено потерять Рена? Но следует ли из этого, что Кишан и есть тот человек, с чем мне предназначено остаться? Или, как сказал Пхет, я должна сама выбрать того, с кем хочу быть? С кем же из них я хочу провести свою жизнь? Вся сложность заключалась в том, что я не понимала, как смогу быть счастлива, зная, что один из братьев несчастен.

После завтрака Пхет попросил показать ему оружие. Я вытащила из рюкзака гаду, чакру, Фаниндру и лук со стрелами, передавая их Кишану, который раскладывал наше вооружение на столе. Каждый раз, когда наши пальцы соприкасались, Кишан улыбался. Я улыбалась ему в ответ, но моя радость мгновенно улетучилась, стоило мне заметить, как Рен недовольно отвернулся.

Пхет разглядывал оружие и безошибочно передавал его тому из нас, кому оно предназначалось Дургой.

– Как вы узнали?! – изумилась я. – Откуда вы знаете, что лук со стрелами мой, а гада принадлежит Рену?

– Змея меня рассказала.

Словно в ответ на его слова Фаниндра развернула кольца, подняла головку и, раздув золотой капюшон, посмотрела в глаза Пхету. Он тихонько запел и покачал головой. Золотая змейка принялась раскачиваться из стороны в сторону, словно кобра под дудочку заклинателя. Когда Пхет замолчал, она опустила голову и снова свернулась.

– Ай, Каль-си, Фаниндра говорит, привязалась к тебе. Ты добрая, и ты умеешь выказывать почтение.

Он взял Фаниндру в руки и бережно передал мне. Я взбила круглую подушечку и посадила змею в центр, подумав про себя: «Эге, а ведь я люблю круглые подушки! Осталось лишь узнать, кого из братьев они олицетворяют!»

Пхет объявил, что пришло время заглянуть Рену в глаза. Он взял два стула и поставил посреди комнаты. Рен сел на один стул, Пхет на другой. Кишан перебрался ко мне на кровать и взял меня за руку. Рен покосился на нас.

Пхет хлопнул его по руке.

– Взгляни в мой глаз, Тигр!

Рен негромко заворчал, но послушно повернулся лицом к старому отшельнику. Пхет впился глазами в его глаза и, прищелкивая языком, стал крутить голову Рена в разные стороны, будто настраивая автомобильное зеркало. Наконец он остался доволен, и они с Реном застыли на несколько долгих минут, глядя друг другу в глаза. Я нервно прикусила губу, ожидая.

После невыносимо долгого молчания Пхет вдруг вскочил со стула:

– Не могу поправить.

Я тоже встала:

– Что это значит?

– Тигр очень глубоко упрямый. Закрывается от меня.

– Закрывается? – Я повернулась к Рену. – Ты зачем это делаешь?

– Не знаю.

– Пхет, – взмолилась я, – прошу тебя, скажи, что ты узнал!

Пхет громко вздохнул:

– Вылечил раны от ножа и клетки. Черное зло этого времени ушло навсегда. Но воспоминания под замком, и ключом располагает только белый тигр.