Человек из прошлого - Максим Резниченко

– А у меня – своя, – повторила за ним Соня.

– Будем придерживаться первоначального плана, – отрезал я. – Вы находите Клауса, и уже вместе с ним выходите со мной на связь. Я займусь поисками Миши.

– Вместе у нас больше шансов, – произнесла Соня.

– Не будем об этом, – я махнул рукой, пресекая новые вопросы.

– Макс, ты бы подумал еще раз, – поддержал девушку Семен.

– А до вечера мы ищем информацию по Хабаровску, – я проигнорировал их.

– Как ты думаешь, – обратилась ко мне Соня после короткого молчания. – Для чего вообще может понадобиться жизненная энергия, да еще в таких количествах?

Я уже думал над этим, поэтому ответил сразу.

– Первое, что приходит на ум, – это использовать ее в качестве лекарства.

– Лекарства? – искренне удивился Семен.

– Да. Если, например, убийца болен какой-то тяжелой или трудноизлечимой болезнью, его здоровье можно поправить с помощью отобранной силы.

– И насколько тяжелые болезни можно лечить таким образом? – поинтересовалась Соня.

– Без понятия, – ответил я честно. – Мне никогда прежде не доводилось слышать о подобном лечении. Но вы не хуже меня знаете, что Плетущие если и болеют, то очень редко.

– Нет, я не думаю, что это наш случай, – задумчиво произнес Рыжий. – Зачем нужна чужая жизненная энергия, если для того, чтобы оставаться здоровым, есть своя?

– Логично, – кивнула девушка и обратилась ко мне. – А что второе?

– Второе?

– Да, ты сказал: «Первое, что приходит на ум».

– Ты об этом, – кивнул я. – Вообще-то это, наверное, единственное, о чем я думал, для чего можно использовать такое количество чужой силы. Такое, что убийце не хватает собственной, и он вытягивает ее из жертвы, усваивая долгих семь суток.

– Наверное?

– Наверное, – и продолжил, но уже не так уверенно. – Может быть… не знаю… Это же ведь именно жизненная энергия, не так ли?

Ребята не перебивали и слушали очень внимательно.

– Для чего ее еще можно использовать? Для чего…? Или для кого? – я запнулся, боясь поверить неожиданной мысли. Это было настолько невероятно, что вполне могло оказаться правдой, хотя в последнее время этого невероятного стало слишком много. Однако… Но тогда выходит, что убийца – это…

– Макс, ты в порядке?

– Что?

– Максим у тебя сейчас такое лицо, будто ты призрака увидел, – Соня взяла меня за руку. – Что случилось?

– Нет, ничего, – ответил я скомкано. – Призрака, говоришь…

– Что ты там надумал? – это уже Рыжий.

– Я… нет, нужно сначала все проверить, потому что… – снова запнулся я.

– Может, ты с нами поделишься? – Соня заглянула мне в глаза и накрыла мою ладонь своей.

– Обязательно, – я высвободил свою руку из идеально ухоженных ладошек, – но только чуть позже, когда буду уверен даже не на сто – на триста процентов.

– Мне не очень нравится, как ты это говоришь, – промолвила она.

– Знаете, – вдруг сказал Семен, – а я догадываюсь, для чего может понадобиться столько жизненной энергии.

– Для чего же? – девушка изогнула одну бровь.

– Вот ты, Макс, рассказывал о полчищах тварей, о том, как быстро их создавал совсем не сильный, по твоим словам, сын Учительницы.

– И что? – моргнул я.

– А то, что с помощью дополнительной энергии можно гораздо быстрее, чем обычно, создавать большое количество монстров, – заявил с довольным видом Рыжий.

– И ты думаешь, что ради этого враг подвергает себя такому риску – убивает Плетущих? – удивился я.

– Конечно, а что не так? – насторожился он.

– Семен, – обратился я к нему, – ты не хуже меня знаешь, что создание тварей – это дело техники, а не силы. Чем ты опытнее, тем легче тебе создавать тварей. При чем тут жизненная энергия?

– Ты сейчас про себя говоришь? – с непонятной иронией спросил Рыжий.

– Про себя, про тебя, про всех Плетущих.

– Максим, ты ошибаешься, если думаешь, что все Плетущие обладают мастерством, сравнимым с твоим, – Соня неожиданно поддержала Семена.

– Ерунда, – отмахнулся я.

– Нет, не ерунда, – упрямо повторила она. – То, что для тебя легко и просто, для многих – тяжело и сложно. Это ты постоянно что-то придумываешь, ищешь, изучаешь. Очень немногие подвергают себя регулярным сложным тренировкам, как это делаешь ты. Многие, очень многие, довольствуются тем, что получили в Школе. Поэтому в принципе я поддерживаю идею Семена.

– Но при чем здесь жизненная энергия? Неужели вы думаете, что она прибавит другому Плетущему что-то иное, кроме силы и здоровья?

– Я вообще не представляю себе, каково это – получать чужую силу, – пожала она плечами. – Кто знает, может быть, помимо силы передается и что-то другое.

– Например?

– Я не знаю, но однозначно говорить о том, что для выращивания большого количества тварей не нужна эта сила, нельзя.

– Правильно, – вставил Рыжий. – Я уверен, что именно для этого ее и используют.

– Но зачем? – я решительно отказывался понять – Зачем нужно столько монстров?

– Чтобы была возможность нанести быстрый и смертельный удар, – негромко произнесла Соня.

– Марине Яковлевне для этого чужая сила ни к чему, – встал на ее защиту Семен. – Она и без нее может так шарахнуть, что мало не покажется.

Девушка только недовольно нахмурилась на его слова, но мне сказала совсем другое.

– Скажи, Максим, смог бы ты противостоять миллионной армии тварей?

– Миллионной? – искренне удивился я, но уточнил: – В своем или чужом сне?

– В своем.

Я крепко задумался, пытаясь представить себе такое количество «живой силы».

– Не знаю, – ответил неуверенно. – Все зависит от конкретного места.

– Если бы ты мог выбирать? – допытывается она.

– Ты же знаешь поговорку про «если».

– И все же.

– Если бы сражение происходило на открытой местности, я смог бы одолеть тварей. Если в городских условиях, то нет. Я бы просто покинул сон.

– А если бы ты не мог покинуть сон?

– Как это не мог? – удивился Рыжий, а потом посмотрел на меня. – А, ну да…

Соня попала в яблочко. То, что до недавнего времени казалось невозможным, именно со мной и произошло. Мое сознание было разделено на пять самостоятельных сущностей, и ни одна из них не смогла уйти из сна, в котором я оказался благодаря кому…?

– Слишком сложно для обычного покушения и слишком много неучтенных факторов, которые в любой момент могут изменить ситуацию, – я постарался говорить уверенно.