Колдуны и капуста - Андрей Уланов

— Увы. Во-первых, не забывайте, что в «кладе Лимы» было множество реликвий Церкви. Чего стоит одна только семифутовая статуя Пресвятой Девы, снятая с главного собора Лимы. Во-вторых, у пиратов были свои методы сокрытия, в основном заимствованные их карибскими собратьями из арсенала вуду. Простые, кровавые — но весьма эффективные.

— Если эта статуя была отлита из чистого золота, — хрипло сказал Крис, — то лучше не спрашивайте меня, чего она стоит. Проклятье, лучше об этом не думать... от таких цифр голова болеть начинает.

— Я знаю, любимый, — нежно проворковала я. — Ты часто на это жалуешься.

Замок Джахор.

— Как видишь, Гнейс, я был прав, говоря о двух кеджаа.

— Монсеньор, я и не претендую...

— А зря. Мог бы время от времени.

— И что дальше? — предпочел сменить направление разговора вампир.

— Дальше? Дальше действуем по сценарию, — усмехнулся его собеседник. — Моему сценарию. Гномов мы уже удивили, теперь пора подкинуть пищу для размышлений и второму участнику нашего будущего дуэта. И позаботься о слухах.

— Слухи уже расходятся, монсеньор.

— Гнейс... мой милый Гнейс... будь добр... — От нарочитой ласковости голоса собеседника вампира пробрала дрожь. — Постарайся сделать так, чтобы они не расходились и уж тем более не ползли, как сонные улитки, а разбегались! Ясно?!

— Да, монсеньор, — пятясь к двери, униженно забормотал вампир. — Конечно же, монсеньор, будет исполнено сей же час, монсеньор...

Разогнуться он позволил себе, лишь ступив на лестницу в конце коридора.

Пролив Уилсона, борт кеча «Камеамеа IV», Малыш Уин.

— Нам нужно на Гоблово, — уверенно сказал Малыш.

— Гоблово? — удивленно переспросил Викки. — Никогда не слышал о таком городе.

— Я сказал «на», а не «в», — напомнил Уин. — Гоблово — это остров. Четверть мили в поперечнике, магазин, бунгало, кладбище с подветренной стороны и удобная якорная стоянка.

— Благодаря вашему исчерпывающе красноречивому описанию, — съязвила мисс Тамм, — мне уже расхотелось посещать это место.

— Что ж, — рассудительно заметил полукровка, — если вы предложите лучшую альтернативу, я с удовольствием на нее соглашусь.

— Альтернативу чему?!

— Гоблову, разумеется, — отозвался Уин, внимательно наблюдая за медленно ползущим вверх по бедру правым запястьем наемницы. Не то чтобы он всерьез опасался, но у него уже сложилось определенное мнение о вспыльчивости Роники, а на ее поясе имелось несколько предметов, в умелых руках способных стать весьма опасными. Назвать же изящные с виду ручки мисс Тамм неумелыми вряд ли решился бы любой знакомый с ней дольше трех секунд.

— Да что такого на этом вашем чертовом Гоблове?!

— Ром. Джин. Здравур. Шотландское виски, — начал перечислять Уин. — А еще — русская водка, коньяк, вермут, текила, абсент, сакэ...

— Хватит! Довольно!

Малыш Уин тяжело вздохнул.

— Пит, — обратился он к вексиль-шкиперу. — Ты-то хоть меня понимаешь?

— Вообще-то нет, — признался Викки. — Я подозреваю, что ты в данном случае ведешь себя, как и подобает почтенному гному, то есть руководствуешься логикой. Но вот твоя манера оставлять за бортом исходные посылки и промежуточные выводы... возможно, если бы ты попытался воспроизвести всю цепочку рассуждений вслух, то Роника также смогла бы разделить мою веру в тебя.

— Собственно, — чуть растерянно сказал Малыш, — никакой особой хитрости тут нет. Схема, как любит повторять один мой знакомый вампир, проста, как яблоко в разрезе. Мы столкнулись с чем-то неизвестным доселе, верно?

— О да, — ехидно заметила наемница. — Этот вывод оспорить нельзя.

— Роника, — недовольно нахмурился вексиль-шкипер. — Позволь Уину договорить.

— Ну вот, — продолжил Малыш. — Я и подумал: стоит, наверное, попытаться узнать, что еще происходило такого же неизвестного... загадочного... непонятного в здешних местах за последнее время. И это проще всего сделать именно на Гоблове.

— А почему не в Сиднее? — недоверчиво осведомилась мисс Тамм. — Лично мне кажется, что в большом порту мы и информации могли бы собрать куда больше.

Уин пожал плечами.

— Смотря какой информации, — ответил он. — Нас же не волнуют полугодовой свежести сплетни о притонах Глазго и кабаках Шанхая. А на Гоблове бывают в основном здешние торговцы и плантаторы...

— Наверняка лишь для того, чтобы упиться до полного оскотинения, — сухо прокомментировала Роника.

— Именно, — согласно кивнул Малыш. — И это нам на руку — прежде чем затуманить голову, выпивка развязывает язык... а на язык в таких случаях просится самое яркое воспоминание.

— Вот в этих ваших познаниях я не сомневаюсь ни секунды, — сказала Роника.

— А вам что, ни разу не приходилось напиваться? — удивился гном.

— Нет! — отчеканила наемница. — И я никогда не понимала существ, испытывающих к этому занятию хоть какое-то уважение.

Малыш вздохнул снова.

— Кто здесь говорит об уважении, мисс?

— Тогда я не понимаю вас еще больше. Зачем тратить время и здоровье на занятие, к которому не испытываешь уважения?

Уин вздохнул в третий раз.

— Проблема, — медленно произнес он, — заключается в том, что на этих проклятых всеми на свете богами Соломоновых островах попросту нет иного выхода.

— Как же, как же... Страшные Соломоновы острова... Уин, может, вам все-таки стоит приберечь ваши страшилки для кого-нибудь иного?

На этот раз Малыш вздыхать не стал.

— Если вы, Роника, — начал он, — чуть повернете вашу очаровательную головку влево, то сможете сполна насладиться величественными склонами острова Велла-Лавелла. Формально этот никчемный клочок суши принадлежит Британской империи. Это означает, что именно англичанам приходится присылать к его берегам крейсер каждый раз, когда здешние обитатели сожгут очередных кретинов вздумавших основать на нем кокосовую плантацию Или перережут экипаж трепанговой шхуны. Или просто сварят в котле пару-тройку миссионеров.

— Про их страсть к коллекционированию голов вы нам уже рассказывали, можете не повторяться.

— И не собирался. Я, — продолжил полукровка, — хотел уточнить, что на этих островах нет ничего мало-мальски ценного.

— Даже руд? — недоверчиво спросил вексиль-шкипер. — Знаешь, Малыш, я охотно готов допустить, что дикари неспособны оценить то, что лежит у них под ногами, но если за это дело возьмемся мы, гномы...

— ...то не найдем ничего, кроме чертовой уймы пемзы[11]! — закончил Уин.