Три капитана - Сергей Челяев

Но «Калина» больше не подавала признаков жизни, если не считать уже рассеянного, ближнего света фар.

А спустя несколько мгновений к этой световой гамме добавился еще один крохотный, но очень важный штришок. Не зря, ой не зря я вчера по дороге на ночлег подробно расспросил Сазонова о некоторых специфических особенностях устройства его воздушного судна! А товарищ Сазонов, в ответ на мои вопросы, с гордостью показал мне пару нужных кнопок…

Штришком этим была красная светоточка лазерного прицела, подрагивающая ровно в центре аккуратного чистого лобика злоумышленницы в режиме автонаведения.

Как я и предполагал, «Калина» была арендована в одной из местных контор по прокату автомобилей. Вычислить за полчаса нашей бешеной гонки такое достаточно редкое авто и его конюшню — уравнение с некоторым количеством неизвестных; однако, вполне решаемое. По крайней мере, для Сазонова.

В возможностях инспектора я не сомневался, и он свою задачу выполнил: радиосигнал дежурного только что на моих глазах заглушил движок внедорожника.

Теперь дело оставалось за мной. В армии я служил, любимый электрошокер всегда при мне в любой командировке, а за спиной присутствовала мощная огневая поддержка в виде пулемета, выдвинувшегося из кормового крыла моего лимузина.

Я выпрыгнул из КЛАПа вполне молодцом — все-таки передо мной девушка и притом весьма симпатичная.

Рука же сама нащупала в кармане рукоять элетрошокера — просто так, на всякий пожарный. А сердце меж тем готово было предательски выпрыгнуть из груди.

Еще бы, знаменитый на всю Галактику осквернитель государственных памятников, таинственный Герострат, теперь был в моих руках. Вот это я понимаю — рубрика «Корреспондент меняет профессию»!

Поэтому когда она стянула с головы кепку, у меня не было ни капли разочарования. Конечно, никакой это не переодетый мужчина, ну так и что?! В конце концов, почему бы легендарному Герострату и не быть очаровательной девицей?

Я лишь одного не понимал: что за странный вандализм? Чего ради она исправляет надписи на мемориалах, посвященных истории космонавтики? В конце концов, кому какое дело, какая по счету «Земля» за пределами Солнечной системы эта их Ружена — первая, вторая или сто двадцать вторая?

Она же сунула руку в нагрудный карман комбинезона — я инстинктивно напрягся — и вынула носовой платок такой ослепительной белизны, что его явление показалось мне в сумраке бетонной пещеры вспышкой магния.

Затем аккуратно промакнула губы движением, не лишенным изящества.

Задумчиво оглядела меня с ног до головы. Точно прикидывала мои боевые качества на случай схватки…

И неожиданно улыбнулась.

— Вы правы. Никому нет до этого дела. В целом свете. — Она дерзко тряхнула головой, отбросив непокорную челку. — Никому кроме меня.

— Кто вы?

Вопрос глупее, конечно, трудно было сейчас придумать.

— Тайна.

Я только фыркнул — ох уж мне эти секреты Полишинеля!

— Надежина Анна, — вздохнула она.

Теперь я поморщился. Терпеть не могу, когда представляются, начиная с фамилии.

Ты же все-таки Герострат, гроза звездных мемориалов, а не канцелярская крыса! Даром, что ли, такая видная девица!

— С такой фамилией мое имя уже не имеет никакого значения. Остается одно — Тайна.

Вот тебе раз! Она что, читает мысли?

— Иногда. Всё дело…

Тут беглянка глянула на меня так, что я похолодел.

— Всё дело — в «Звезде».