Древо Жизни - Гай Гэвриэл Кей

— А сад-то довольно жалкий, — сообщил Кевин Полу, тоже вышедшему на балкон.

— Так ведь Дьярмуд же говорил, что у них тут давно дождей не было.

— Да, правда. — Оба некоторое время молчали. Прилетевший откуда-то легкий ветерок чуть веял прохладой.

— А ты заметил, какая здесь луна? — спросил вдруг Пол, опершись о перила. Кевин кивнул:

— Ты тоже заметил? Она, похоже, больше нашей, да? Интересно, что дает подобный эффект? И как это действует на природу?

— По-моему, здесь приливы должны быть гораздо выше.

— Да, наверное. А еще здесь должны чаще встречаться всякие оборотни.

Шафер мрачно на него глянул.

— Что ж, я бы этому не удивился. Скажи, а что ты думаешь насчет всех этих интриг?

— Ну, Лорин и Дьярмуд, похоже, по одну сторону баррикад.

— Вроде бы. Но Мэтт, по-моему, в этом принце не очень-то уверен.

— И, как ни странно, меня это совсем не удивляет.

— Да уж. А как тебе Горлас? Ему бы морскую пехоту в помощь… Слушай, неужели он всего лишь выполнял приказ короля? Или все-таки…

— Да ты что, Пол! Я же видел, какое у него было лицо, когда Дьярмуд назвал нас своими «близкими друзьями». Восторга он явно не испытал, ничего не скажешь.

— Вот как? Ну что ж, это, по крайней мере, упрощает дело. Хотя я бы, например, хотел побольше узнать об этой Джаэль. И об этом брате Дьярмуда.

— О безымянном принце? — Кевин явно пытался подражать мрачным интонациям Лорина. — О том, кого собственного имени лишили?

Шафер фыркнул.

— Смешные люди! Ну да, о нем.

— Это мы вскоре выясним. Мы же с тобой и раньше много чего выяснять умудрялись.

— Это верно, — кивнул Пол Шафер, и лицо его осветила редкая теперь улыбка.

— О, Ромео, где ты, мой Ромео? — донесся до них откуда-то слева жалобный призыв. Оба одновременно повернули головы и увидели на соседнем балконе чрезвычайно печальную Ким Форд, которая умоляюще простирала к ним руки. До земли было футов десять.

— Уже иду! — мгновенно отозвался Кевин и перепрыгнул через перила.

— Перелети ко мне, Ромео! — продолжала взывать Кимберли, и Дженнифер, стоявшая в дверях у нее за спиной, невольно рассмеялась.

— Да иду я, иду! — Кевин делал вид, что ему очень трудно преодолеть те десять футов, что отделяли теперь его, стоявшего на земле, от ее балкона. — Вы как там, нормально устроились? — спросил он деловито. — А наглые насильники к вам еще не вламывались?

— К сожалению, нет! — пожаловалась Ким. — Не нашлось ни одного мужчины, у которого хватило бы смелости спрыгнуть к нам на балкон.

Кевин засмеялся.

— Придется, видно, мне постараться, не то наш принц меня опередит.

— Сколько ты ни старайся, — заметила Дженнифер Лоуэлл, — вряд ли можно успеть быстрее, чем этот наглый тип!

Пол Шафер, поняв, что начинаются обычный треп и перебрасывание сомнительными намеками, сопровождаемые хохотом, отошел к дальнему краю балкона. Он прекрасно понимал, что все эти фривольные шуточки — лишь способ снять напряжение, но все же ему не хотелось принимать участие в подобных играх. Опершись своими красивыми длинными пальцами о край широких перил, он якобы рассматривал сад внизу, действительно из-за засухи выглядевший не лучшим образом, а на самом деле почти ничего вокруг не замечал. Глаза его были как бы обернуты сейчас внутрь собственной души, и перед ним, настойчиво требуя его внимания, разворачивался издавна знакомый пейзаж…

Но даже если б Шафер самым внимательным образом стал всматриваться в темноту, он вряд ли сумел бы различить в тени под кустами некое существо, скорчившееся там и давно уже наблюдавшее за молодыми людьми. Этой черной тварью владело сейчас одно желание — убить, а Пол как раз стоял так, что попасть в него отравленным дротиком, которые в избытке имелись у убийцы, было легче легкого. И уж тогда-то он непременно бы умер…

Но страх все же пересилил жажду крови в душе этого исчадия Тьмы. Ему был дан приказ выследить и доложить, но никого пока не убивать.

Именно поэтому Пол остался жив и продолжал смотреть вокруг — в никуда, — совершенно ни о чем не подозревая. Через некоторое время, впрочем, он глубоко вздохнул и оторвал свой взгляд от невидимого прочим объекта созерцания. И всмотрелся в густые тени под балконом.

И УВИДЕЛ НЕЧТО ТАКОЕ, ЧЕГО НЕ ЗАМЕТИЛ БОЛЬШЕ НИКТО.

Прямо напротив него, на каменной внешней стене замка, стоял громадный, просто немыслимых размеров серый пес, а может, волк, и смотрел на него, Пола, через залитый лунным светом сад, и в глазах его, которые не могли принадлежать ни волку, ни псу, таилась такая глубокая и древняя печаль, какой Пол никогда в жизни не видел и даже представить себе не мог. Это странное животное на стене смотрело на него совершенно ЧЕЛОВЕЧЕСКИМИ глазами и куда-то его звало. Этот призыв Пол чувствовал безошибочно — он был необычайно, пугающе властным. Полускрытое ночным мраком, существо это притягивало к себе, и глаза его были видны в темноте неестественно ясно, они так и впились в лицо Пола, высматривая что-то в его душе, и Пол, заглянув в эти бездонные колодцы отчаяния и боясь утонуть в них, тут же отпрянул от перил. Кем бы ни было это существо на стене, оно, безусловно, тоже пережило тяжкую утрату, огромное горе, и боль его, казалось, пронизывала сейчас всю Вселенную. И оно звало Пола к себе, звало…

Чувствуя, как в жаркой летней ночи он весь покрывается ледяным потом, Пол Шафер догадался: это существо тоже случайно попало в хаотический водоворот того внутреннего магического видения, которое случайно пробудила в нем «проверка» Лорина.

С огромным, почти физическим усилием он вырвался из плена новых ощущений. Но, отвернувшись, испытал странное чувство раскаяния, от которого болезненно сжалось сердце.

— Кев! — с огромным трудом окликнул он своего друга. Отчего-то ему не хватало воздуха, он задыхался и едва слышал собственный голос.

— Что случилось? — мгновенно откликнулся Кевин и перелез к нему на балкон.

— Вон там. На стене. Ты ничего не видишь? — Пол показал ему рукой, но сам смотреть не стал.

— А что такое? Там ничего нет. Что ты видел?

— Да я и сам не знаю… — Пол тяжело дышал. — Не знаю, что это было такое. Похоже, большая собака.

— Ну и что?

— Ну и она во что бы то ни стало хотела заполучить меня, — сказал Пол Шафер.

Потрясенный этими словами, Кевин не нашелся: что ответить. Некоторое время они так и стояли — молча, глядя друг на друга, но испытывая совершенно различные чувства. Затем Шафер ушел в комнату, а Кевин постоял еще немного на балконе, успокаивая встревоженных девушек. Войдя наконец в спальню, он, увидел, что Пол уже улегся на более узкую и менее удобную из двух стоявших там кроватей и лежит на спине, подложив под голову руки.