Я - Лусинда - Арика Блайдд

Я поднялась. Лучше подальше уйти от этого фонтана, не хватало мне сейчас новых видений. Я уже успела немного отдохнуть, хотя ноги всё ещё продолжали гудеть. Но по крайней мере сдаваться сейчас, как несколько минут назад, я не собиралась.

Сейчас было раннее утро. Город просыпался. Вокруг меня сновало всё больше людей. В основном это были мужчины и по их халатам, сделанных из серой грубой ткани, без всяких украшений, я поняла, что это рабы или простые рабочие. Не обращая на меня внимания, они куда-то спешили.

Впрочем, сейчас я была вовсе не в районе, где располагались особняки таких богачей как мой «отец». Здесь высились многоквартирные дома в пять-шесть этажей. Это было несколько странно для меня. Я-то представляла, что бедняки в этом мире живут в хилых одноэтажных халупках. И увидеть что-то пусть и отдалённо напоминающее современные многоквартирные дома я не ожидала.

Первые этажи этих домов не были жилыми, их занимали лавочки. Некоторые из них уже были открыты. Я с интересом заглядывала в них, чувствуя себя туристом на экскурсии. И постаравшись, я даже могла представить, что путешествую по какой-то отсталой экзотической стране. Вот если бы ещё по улице болталось несколько человек в современной одежде…

Вот только голод дал о себе знать. Поэтому я заглянула в первую попавшуюся закусочную или как там она у них называется. Видимо не все валлайцы готовили еду себе дома, потому что народа здесь было полно, несмотря на ранний час. Все столики были заняты. И, купив хлеба с мясом на шпажках, я уселась на лавочку, что стояла рядом с закусочной на улице вдоль стен. Не могу сказать насколько дорогим у меня получился завтрак, в местных деньгах я разбиралась слабо.

Немного отдохнув, я наконец смогла спокойно всё обдумать.

Вечно слоняться по улицам Офире я не могла. Мне нужно было найти жильё. Я не знала, сколько могу ещё проторчать в этом мире, как не знала и того на сколько хватит денег, прихваченных мной из дома «отца». Память Лусинды подсказала мне один выход.

В местных гостиницах меня, вероятнее всего, будут искать в первую очередь. Поэтому этот вариант я отмела сразу. Но в Офире можно было снять комнату или даже целую квартиру, чем я и решила воспользоваться.

И закончив есть, я отправилась на поиски подходящего жилья.

Заприметив между двумя лавочками вход в многоквартирный дом, я направилась туда. Там, сидя на стуле сидел угрожающего вида амбал. Я не очень-то понимала, что он может здесь охранять. Он с подозрением зыркнул на меня и я с трудом собралась с духом, чтобы сказать:

— Я бы хотела снять здесь комнату.

Мужчина, ещё раз взглянув на меня, ответил:

— Из хороших квартир свободных нет.

— Не важно.

Всё равно что-то подсказывало мне, что денег на нормальное жильё мне надолго не хватит.

— Домициан с третьего сдаёт комнату, буркнул амбал. — Как поднимешься по лестнице первая дверь…

— Кто-то хочет у меня комнату снять? — раздался рядом мужской голос.

Передо мной стояла ещё одна неприятная личность. Этот полноватый человек с маленькими злыми глазками оценивающе оглядел меня. И на мгновение я засомневалась, стоит ли у него вообще снимать комнату. Но он, словно прочитав мои мысли, быстро заговорил:

— В это время трудно найти себе жильё. Сами понимаете, что каждый из провинции желает попробовать счастья в Офире. Сейчас срок на обновление арендных договоров закончен, так что свободных комнат почти не осталось. Но вам повезло! Мой жилец недавно съехал. Мм… может решил вернуться в свою деревню? Идёмте, дешевле, чем у меня, вы всё равно не найдете! Хоть весь Офире обойдите!

У меня не было возможности вставить хоть слово, поэтому всё, что мне оставалось — это отправиться вслед за ним. А Домициан всё продолжал говорить. И с самого начала мои предчувствия, что ничего хорошего меня здесь не ожидает, начали оправдываться. Несколько шагов по тёмному коридору и мне в нос ударило зловоние, как из выгребной ямы. Как оказалось, исходило оно из бочки, что стояла в самом углу, под лестницей. Мне пришлось задержать дыхание, прежде мы миновали это место.

Если на первом этаже было относительно чисто, то чем выше мы поднимались, то тем больше я понимала, что уборщицы подъездов здесь не полагаются, а самим жильцам глубоко начхать на антисанитарию. На лестничной площадке третьего этажа так вообще какой-то дедок что-то поджаривал на жаровне, наверное, свой завтрак, совершенно не заботясь о копоти и дыме. И это при том, что рядом сохло чьё-то бельё. А в дальнем углу, завернувшись в плащ, кто-то храпел.

Но Домициана, похоже, это совершенно не смущало. Толкнув первую дверь, он вошёл в комнату.

Квартира, в которой я оказалась, изначально была довольно большой, но сейчас с помощью перегородок и занавесей она была поделена на несколько маленьких.

А Домициан, не прерывая ни на мгновение свой монолог, нырнул куда-то вглубь этих комнатушек и через мгновение вернулся уже с договором.

Наверное, это был какой-то способ гипноза, потому что когда я смогла ясно мыслить, то уже подписала договор и отсчитывала задаток за комнату.

Моё новое жильё, которое я сняла, было убогим. И это мало сказано. От остальных моя комната она была отделена занавесками. Единственным её убранством было лишь соломенный матрас на полу и пару вбитых ржавых гвоздей в стену, которые здесь, по-видимому, заменяли шкаф. Вот и всё. Здесь даже не было самого малепусенького окна. Я не представляла, как я могла протянуть здесь хоть пару дней. Возможно, мне стоило подыскать себе более приличное жильё. Но сейчас разбрасываться деньгами я не могла. Я не знала, сколько проторчу в этом мире, как и мне было неизвестно, когда я смогу здесь что-то заработать, если вообще смогу. В конце концов, рыскающих по всему Офире людей генерала Маркоса пока никто не отменял.

Немного постояв в комнатушке, я решила выбраться наружу. В конце концов, сидя здесь я вернуться домой не могла.

Улицы Офире встретили меня шумом и толпами спешащих куда-то людей. Но я этому была даже рада. Так было проще затеряться. Я сама не понимала, что ищу. И больше никаких проблесков откровения или воспоминаний Лусинды меня не посещало. Некоторое время я бесцельно бродила по улицам Офире, а потом мне пришлось вернуться к себе «домой».

Но едва я переступила порог квартиры, где снимала свою комнатушку, как замерла от неожиданности. Передо мной стоял клеймённый.