Голод - Диана Маш

Стоило ей замолчать, тишину заполнил зычный голос орка.

- Я Олаф Стивсон. Я тут проездом из Вулф-Рока. Участвовал в соревнованиях. Я боксер, - во всей его речи меня удивила только реакция сестры.

Вцепившись в зеленый бицепс орка, она со взглядом победителя уставилась на помрачневшего фея, и казалось, еще немного - покажет ему язык.

- Меня зовут Маглор, - взял слово строгий отец эльфийского семейства и принялся представлять членов своей семьи. – Это моя жена Татиэна, моя дочь Элинель, и сын Кодиэль.

Сидящий рядом со мной остроухий паренек весело закивал всем присутствующим.

Дальше имена полились на нас проливным дождем, но мне повезло родиться с отменной памятью.

Волк и синекрылая фея, как я и думала, оказались мужем и женой – Томасом и Итой Войсон. Помимо них среди нас была еще одна молодая пара, состоящая из оборотня и эльфийки-полукровки – Ульв Дэвисон и Олин Айберг.

Мужчина с портфелем - Храли Миллер - оказался в отеле проездом, возвращаясь из командировки. Его представила коллега-волчица Хелена Острем, и при этом так стреляла в него глазами, что стало понятно, отношения там не только рабочие.

Тут к гадалке не ходи, у меня на это дело нюх.

Наконец, очередь дошла до Марисоль. Сестра замялась, подняла на меня тревожный взгляд, и только после моего кивка, открыла рот.

- Меня зовут Марисоль и я очень люблю петь. Мы с Лютиком… ой, простите, моей сестрой Лютиэль, здесь тоже проездом, собираемся в… - только не называй город, только не называй… - в Бладгрони.

Фух. Вытерла я рукой воображаемый пот.

- И по каким же таким делам вы туда собрались? - проявил вдруг любопытство фей.

- По семейным, - процедила сестра и угрожающе вцепилась пальцами в вилку. – Теперь твоя очередь. Кто ты такой?

Мужчина нагло усмехнулся, откинулся на спинку стула и закинул руки за голову.

- Бойди О’Мелли, цыпочка.

- И это все? Чем ты занимаешься, и что здесь забыл? – прозвучало грубо, но эти двое, казалось, позабыли обо всех присутствующих.

- Понемногу, - пожал он плечами. - То тут, то там.

- Мастер на все руки?

- Бинго, - медленно протянул он и хмыкнул. - Но обычно, если выбор стоит между ничегонеделанием и деланием чего-то, мое решение очевидно.

Так, надо срочно прерывать этот обмен любезностями. Иначе их обоих занесет.

Ситуацию, как ни странно, спас Дэйн.

- Я раньше тоже любил «петь», - он так протянул последнее слово, будто имел в виду что-то совершенно другое.

- И что же случилось? – участливо поинтересовалась Фурин.

Волк поднял на меня нахальный взгляд.

- Одна мелкая злючка врезала мне по яйцам, и я сорвал голос.

Вот же… гад!

Благодаря прозрачному намеку этого мерзавца, недоумевающие взгляды всех присутствующих устремились в мою сторону. Срочно требовалось открыть рот и отвести от себя любые подозрения во вмешательстве в его певческую карьеру… А я не знала, что сказать.

Ступор, не иначе. Благо у входа раздались тяжелые шаги.

В зал вошел тот самый неприятный грузный мужик, что утром несколько раз порывался устроить скандал. И окинув недовольным взглядом небогатый стол, демонстративно поморщился.

- Мистер Свонсон, проходите, - пожилая хозяйка расплылась в приветливой улыбке и указала ему на свободный стул рядом с собой. – Как вы себя чувствуете? Милли сообщила, что вам нездоровится.

Оборотень прошел к столу, сел, придвинул к себе тарелку и принялся наполнять ее вегетарианскими сосисками, совсем не заботясь о том, хватит ли остальным.

- Ну раз уж вы спросили... – расплылся он в язвительной улыбке. – Я чувствую себя так, будто Семеро уложили меня на камни, задрали ноги к голове, связали, сунули в рот кляп и издевались надо мной несколько часов. Без вазелина и смазки, миссис Дворх. А затем свалили, оставив подыхать от гребаной головной боли.

Он явно старался шокировать окружающих своей красочной речью и, надо признать, ему это удалось.

Большинство постояльцев удивленно пораскрывали рты. Мы с Солой с отвращением уставились на идиота. Малыш Коди закрыл ладонями свои уши. Дэйн усмехнулся. И только фей, откинувшись на спинку стула, громко заржал.

Похоже, Свонсону его реакция совсем не понравилась.

- Как же бесит, что здесь собралось столько придурков, - прошипел он про себя, но достаточно громко, чтобы услышали все.

- Дверь открыта, - не растерялся Бойди. – Если уберешься, на одного станет меньше.

- Если я тебя пристрелю - тоже станет, - зарычал взбешенный мужчина.

Фурин сжала пальцами переносицу. Дэйн подался вперед, словно готовый в любой момент наброситься на своего сородича. Сола тревожно вцепилась в край столешницы.

В зале воцарилась оглушающая тишина.

- Ты, конечно, можешь попробовать, - в зеленых глазах фея блеснуло опасное пламя, заставившее засранца скрипнуть зубами. – Но я не советую.

Огрызаться дальше он не стал. Схватил в руки полную тарелку, вскочил со стула, обвел присутствующих полным ненависти взглядом и бросился к выходу.

Правильно сделал. В этом сражении я бы не раздумывая поставила на крылатого.

Вслед за ним с места поднялось все семейство мистера Маглора, пожилая миссис Дворх, а затем парочка в серых костюмах. Мистер Миллер, не выпуская из рук портфеля, помог выйти из-за стола своей коллеге - Хелене Острем. И, сославшись на позднее время, они скрылись за дверью.

- Если есть желающие, я предлагаю после ужина собраться в нашем семейном кинотеатре на третьем этаже и посмотреть что-нибудь на ваш выбор, - предложила Фурин, помогая Милли убрать со стола лишние приборы.

- Я бы не отказалась, - тут же загорелась синекрылая Ита. – Что-нибудь романтическое. Про любовь.

- Твои сопли уже достали, - как-то чересчур резко отрезал ее муж, - Дома не отлипаешь от слезливых сериалов, теперь и здесь?

- Тогда сам выбирай и смотри. А я найду чем себя занять, - огрызнулась она и стрельнула глазами в Бойди, который в этот момент вел «деловые» переговоры с хозяйским котом.

Оборотень, заметив, куда направлено внимание его жены, так сильно сжал челюсть, что послышался скрежет.

- Это чем же ты себя займешь?

- Много вещей можно делать без помощи мужчины, - словно издеваясь над ним, заметила она. -  Хотя с мужчиной некоторые из этих вещей делать приятнее.

- Ну ты и дрянь! – процедил он, поднялся с места и, не прощаясь, зашагал к выходу.

Ита поднялась вслед за мужем.

- Простите его, - изобразила она вымученную улыбку. – Томас совсем не агрессивный. Просто тяжелая неделя, еще и эта метель на улице. У нас на Новый год были совсем другие планы…