Сторож Академии ведьм - Тоня Ивановская

Каково было удивление кошки, когда химера приземлилась и со спины ловко соскочила Юнни.

“Кажется, рассвет обещает быть жарким, — мурлыкнул прибежавший на шум Джун. — Предупредить хозяина?”

“А чем он занимается?”

“Ушел в себя. Правда, я не уверен, что он в себе”.

“Тогда пусть сами разбираются, — Джул спустилась в небольшое углубление на крыше и свернулась в клубок. — Наша забота караул. Так что сидим и караулим”.

“Верно, — согласился Джун и заменил ее на посту. — Безопасность академии превыше всего”.

Пока кошки оценивали происходящее, Юнни попрощалась с Джеем и подошла к сторожке. Постучала. Тишина. Еще раз. Ничего. Юнни потопталась, размышляя насколько невежливо вламываться к магу ночью. Но потом решилась и дернула дверь. Ха-ха! Заперто.

— И что теперь? — нахмурилась Юнни и дернула еще раз. — Не было ведь такого никогда. Ему и запрещено. Да какого черта?!

Она отошла и, пошарив в сумке, нашла зелье-открывашку.

“Вот теперь точно меня убьет, — подумала Юнни, выливая дымящуюся жидкость на дверную ручку. — Если что, скажу: убегала от сомнительного мужика в лесу. А его обязанность меня защищать”.

Засов с шумом двинулся, и дверь отворилась.

— Боги, помогите, — прошептала Юнни и вошла в сторожку.

Она чуть было не упала, запнувшись обо что-то: в темноте совсем не разобрать. Но что поразило — вся комната ожидания была засыпана пеплом.

— Сторож, — позвала Юнни.

Увидела несколько светящихся глаз и спросила:

— Что здесь случилось?

Кошки поморгали и разбрелись по углам, ставя Юнни в тупик: идти вперед или дать деру. Скорее всего, она бы выбрала второе, но дверь вдруг хлопнула и заморозилась защитным заклинанием.

— Отлично. Дом принял меня за вора. Надеюсь, не разорвет в какой-нибудь охранной ловушке.

Юнни осторожно дошла до места, где когда-то был стол, заметила груду не тронутых огнем книг и обернулась на кошек.

— Это что же? Это он все спалил?

Один из питомцев подмигнул, а Юнни стало не по себе. Главное правило выживания: никогда не беспокой разъяренного мага. И дверь, как назло, захлопнулась.

“Ну, спасибо, графиня, удружила. Вот и новости. А хорошие или плохие… Что-то я не очень уже хочу знать. Вполне возможно, у меня последние минуты жизни капают”.

Юнни подошла к двери в его спальню и дрожащей рукой постучала. Тишина. Самое время бежать без оглядки, да вот только путь отступления заперт.

— Простите, — робко позвала Юнни. — Я совсем не хочу вам мешать. И даже не думала вас будить, отвлекать, нервировать… Простите. Просто там дверь захлопнулась. А тут темно и холодно. Пепел.

Сторож не отвечал. Возможно, его там нет. Это было бы к лучшему. Хотя, находиться в центре пепелища неизвестно сколько — перспектива не из лучших.

“Боги, куда дальше-то? Что за день! Сама иду в пасть спящему зверю, — Юнни провернула ручку и открыла дверь. — О, лампа!”

Она взяла ее, но зажигать побоялась. Слишком темно и слишком страшно огнем потревожить того, кто может в этой темноте оказаться. Только сейчас Юнни осознала слова бабушки. Действительно, связываться с сильным магом себе дороже. Вот стоит она теперь, словно лист трясется — запуганная и беспомощная — куда деться, не знает, и сил выбраться из западни не имеет.

“Что с ним случилось, раз дом разнес? Как на вторжение в его жизнь отреагирует? Пока вроде терпел. Знать бы, где границы дозволенного”.

— Профессор Марртард, — еще раз позвала Юнни. — Вы здесь?

По ноге скользнула кошка, запрыгнула на что-то и ткнулась носом в лампу.

— Думаешь, стоит зажечь?

Кошка вновь подмигнула.

— Хорошо.

Юнни трясущимися руками сняла стеклянный колпак, чиркнула спичкой и зажгла фитиль. Лампа оказалась настолько яркой, что Юнни ослепило, и понадобилось немного времени, чтобы привыкнуть. Руки стали дрожать еще больше и казалось, прошла целая вечность, а Юнни все еще пыталась надеть стеклянный колпак на пламя, который вдобавок предательски скрипел на всю комнату.

“Боги, просто пожалейте неразумную и дайте шанс отсюда выбраться”, — молила про себя Юнни, воюя с лампой.

А пока позади нее началось еле уловимое движение.

Когда сторож приоткрыл глаза, потревоженный сбитым дыханием и странным скрежетом по стеклу, он и подумать не мог, что увидит сгорбленную над тумбочкой Юнни, которая никак не могла справиться со стекляшкой.

“Что это с ней?” — спросил мысленно сторож у сидевшей напротив Эйприл.

“Тебя разбудить боится, — ответила кошка. — Бардак такой устроил, небось, молится, как бы ей не прилетело”.

Только сейчас до сторожа стало доходить, что происходит. Юнни в его комнате. Откуда появилась и зачем?

Она развернулась, держа в руках лампу, и рассматривала его тревожными глазами. Тотчас сторож вспомнил, что отрубился в форме и, должно быть, выглядит как темная бесформенная груда, по которой совсем не разобрать, опасна эта гора или нет. А ведь нужно ее успокоить. Вон как страшится.

— Юнни, — сказал сторож и понял, что голос такой сухой и странный, что, похоже, он только хуже сделал. — Не волнуйся. Я просто спал.

— Простите, что разбудила, — ответила она и сделала шаг назад, нащупывая ручку двери.

— Тебе необязательно уходить.

Она замерла, а сторож начал прокручивать последние события. Он вспылил. Потом просто злился и грыз себя за ревность и нерешительность. А затем уснул. Каким же образом в его комнате появилась Юнни?

— Что ты здесь делаешь?

— Я?

На ее лице было такое смятение, что сторож задумался, а не сделал ли он чего-нибудь жуткого, пока спал? И теперь просто не помнит.

— Я решила вернуться, — наконец нашлась Юнни. — А у вас тут такое… В смысле, я подумала, что произошло что-то ужасное. Нападение там или еще что. Потом дверь заморозилась. Я заклятья снимать не умею. А вы не отвечаете. Простите, что разбудила.

“Что она заладила с этим “разбудила”? Это, может, его лучшее пробуждение за последнюю сотню лет. И что там “такое”? Что ее напугало?”

“Вы же комнату сожгли, — подсказала Эйприл. — Для вас, может, это и в порядке вещей. А девочка с таким проявлением чувств не сталкивалась”.

— О-о, — протянул сторож.

— Что? — испугалась Юнни.

— Тебя напугал пожар, — уточнил сторож. — Извини.

Он встал, а Юнни вжалась в стену.

— Хватит меня бояться. Я уже остыл.

“Конечно, остыл, — хихикнула Эйприл. — Столько пламени сбросил”.

Сторож встал и направился в ее сторону.