Кукла - Лариса Васильева (Lara)

— А вы уверены, уважаемый принц, что любите меня? — прошептала Лина, и принц едва от восторга не завопил, что королева наклонилась к нему.

Со всей пылкостью горячей души он заверил королеву в исключительной к ней страсти и обожании.

— А мои предпочтения вас не испугают? — вкрадчиво уточнила Лина, улыбнувшись своей самой милой улыбкой. В исполнении Элеоноры она получилась очаровательной.

Темный маг нахмурился. Королева любезничает с будущим мужем. Обычная ситуация. Отчего же в душе поднимается такая буря, что хочется все здесь разнести? Может виной всему необыкновенная благосклонность Элеоноры к его персоне? Или слезы, текущие по ее щекам, когда королева думала, что он мертв.

Несколькими часами ранее Элеонора ответила на его поцелуй и даже поцеловала в ответ, вызвав в душе бурю эмоций.

Неужели в теле королевы действительно кроется самозванка? Прекрасно владеющая собой и неплохой стратег. Маркус решил пока просто наблюдать со стороны.

— Что вы, ваше величество, — улыбнулся Веймар, а потом, словно одумавшись поспешности принятого решения, уточнил, — какие предпочтения?

Лина улыбнулась еще шире и наклонилась к самому уху принца.

Темный маг заскрежетал зубами.

По мере того, как она нашептывала ему разные отвратительные вещи для постельных забав, о существовании большинства которых знала только из Интернета, лицо принца Веймара начало покрываться красными пятнам. Руки принца затряслись, а пальцы принялись судорожно мять полотняную салфетку.

— Простите, я не знал, — принц терял остатки самообладания, — я, признаюсь, не уверен, что способен удовлетворить все ваши потребности. И вообще, что-то мне нездоровится. Покорнейше прошу извинить, ваше величество, но мне лучше сейчас откланяться.

Принц Веймар встал и, поклонившись, припал поцелуем к руке королевы.

Придворные королевы недоумевающими взглядами проводили принца и его свиту, поспешно покинувших тронный зал.

Отлично! С одним женихом разобрались, но будут другие, на которых выбранная тактика не подействует.

Принц Веймар покинул торжество, и королева тоже встала из-за стола. Придворные как по команде поднялись, но Лина попросила их остаться и продолжить трапезу.

Затем, отыскав глазами Лукаса, жестом подозвала его. День оказался настолько длинным, что Лина едва держалась на ногах от усталости.

— Вы проводите меня обратно? — она с надеждой посмотрела на мага. Тот кивнул и молча присоединился к процессии.

На выходе из тронного зала королева отпустила слуг, объяснив, что прекрасно доберется до покоев в сопровождении своего учителя.

По полутемным коридорам замка они шли втроем. Королева, по правую руку темный маг и Лукас, придерживающий шлейф ее платья.

— Никогда не привыкну к холоду! — Лина поежилась. Тонкая ткань платья совершенно не грела.

Маркус тотчас же наколдовал теплую шубку, которую накинул на плечи королеве.

— Благодарю, — она улыбнулась Маркусу вымученной улыбкой, — я так устала, что едва стою на ногах, — пожаловалась Лина.

И тут случилось чудо. Темный маг остановился и, недолго думая, подхватил королеву на руки. Элеонора была выше и крупней настоящей ее, но не шла, ни в какое сравнение с темным магом. По промозглым коридорам замка Маркус нес королеву как пушинку, и она расслабилась в его объятиях. Сразу стало тепло, и Лина зевнула, прикрыв рот ладошкой.

Какая она умница, что отправила слуг, иначе бы темный маг не решился ее понести.

— Так приятно, когда о тебе заботятся, — вздохнула Лина, с грустью вспоминая родителей, рано ушедших из жизни, — и тепло.

Она прижалась к груди мага, чувствуя через одежду, как гулко бьется сердце у него в груди.

Возле покоев Маркус осторожно опустил ее на пол.

— Вы ведь позаботитесь о Лукасе? — умоляющим взглядом попросила Лина. — Я не могу его оставить у себя.

Маг метнул быстрый взгляд на простолюдина и скривился, словно лимон проглотил. Однако, поразмыслив, ответил согласием.

— Тогда до завтра, — попрощалась Лина и, привстав на цыпочки, осторожно поцеловала Маркуса в щеку.

— Это излишнее, — маг сгримасничал, — я обещаю, что позабочусь о нем.

— А я не за Лукаса благодарю, — покачала головой королева, — и, да, я хочу извиниться за сегодняшнюю демонстрацию гнева. Отныне, если уж я обладаю такой силой, постараюсь сдерживаться.

Когда королева скрылась в покоях, Маркус не смог сдержать самодовольной улыбки.

Элеонора ему нравилась давно и безнадежно. Темный маг был влюблен в нее как пятнадцатилетний юнец. Однако в его положении рассчитывать на благосклонность не приходилось. Королева всегда была с ним холодна, не позволяя даже прикоснуться к краю собственного платья.

А новая королева… Теперь он был точно уверен, что перед ним самозванка. Но какая самозванка! Маркус представил, как она рыдала над его умирающим телом, и на душе неожиданно потеплело. Прежняя Элеонора не стала бы беспокоиться о его исцелении. Определенно у мага язык не повернется рассказать всю правду.

— И каково это, когда женщина дает надежду? — неожиданно рассмеялся Лукас, вырывая мага из пучины прекрасных грез.

— Ты что-то сказал? — нахмурился Маркус, метнув на простолюдина гневный взгляд. — Я ведь могу и передумать.

— Да ладно вам, — Лукас явно переходил все границы. Благосклонность королевы определенно придала ему уверенности. — Когда ее величество вас поцеловала, вы же весь светились. Я видел.

Темный маг хмыкнул. Лукас, видимо, не осознает, с каким могущественным волшебником имеет дело.

— Тебе явно не хватает такта и чувства самосохранения, — сквозь зубы процедил Маркус, одновременно понимая, что Лукас прав.

Он ведь знал, что королева самозванка, а все равно не смог сдержать глупой улыбки. В следующий раз следует быть осмотрительней.

Так за разговорами они поднялись в темную башню. Маркус скрепя сердце впустил Лукаса в свою комнату. Пообещал королеве, что позаботится о простолюдине, но где его расположить? У самого комната, что мышиная нора. И с чего бытует мнение, что темные маги в восторге от крохотных пространств?

— Спать будешь на полу, — сразу предупредил маг.

— Так холодно же, — испугался Лукас, вызвав у Маркуса истеричный смешок.

— А где я тебя положу? С собой, что ли на постели? — взревел темный маг, занеся руку над Лукасом. Он едва сдерживался, чтобы не метнуть в простолюдина молнией.

— Если мне навредите, придется звать королеву, чтобы исцелила, — самым бессовестным образом намекнул Лукас. — Боюсь, что подобная практика сыграет против вас.

— Ах ты, щенок! — выплюнул темный маг, но руку опустил. — Я тебя устрою, но не смей намекнуть королеве о моих чувствах, — Маркус глубоко вздохнул, — а иначе уничтожу, и королева не спасет!