У каждого свой путь в Харад - Анна Р. Хан

– Я? А как ты хочешь, чтобы я тебе ответил? Да, я не осуждаю их. Они крестьяне, и я считаю, что это не их дело. Мне стыдно, что мы оказались не в состоянии защитить народ. Озерный край всегда славился своей сильной армией.

Следующие путники, встреченные ими у Предгорий, заставили Шелеста помрачнеть:

– Ты знаешь, откуда они? – спросил монах, когда их группа отъехала от обедавших вокруг костра крестьян.

– Нет, – ответил на вопрос Саммар. – Но я думаю, ты меня сейчас просветишь.

– Они из Лапок.

– Откуда? Из Лапок? – Физиономия Гыда удивленно сморщилась. – Это же вроде не Озерный край? – Он обернулся через плечо и вопросительно посмотрел на монаха. – Или вы их успели у Потлова отжать?

– Да если б нужны были эти Лапки Доноварру, он бы их выкупил. Без войны бы обошлось. – Саммар с досадой плюнул на землю. Он помрачнел вслед за монахом. – Это даже не то что не Озерный край, а уже как бы Межбрежный Потлов.

От упоминания Потлова у старшего харадца вдруг предательски заныло сердце. Вспомнилась молоденькая княжна, для которой носиться по Веньевергскому замку и падать с лестниц куда привычней, чем чинно вышагивать с задранным к высоким потолкам носом. Ему стало жаль ее задора и молодости, яркой зелени глаз, которые скоро покроются скорбными слезами.

Ее отца – обстоятельного Всемира, хлебосольного соседа и заботливого отца своей нации, в истории запомнят лишь как глупого, недальновидного политика, собственноручно отправившего страну на эшафот.

Возможно, его вздернут на городской площади. Свои же. С недальновидными правителями такое частенько случается.

А что станет с ней? С золотом волос, со всеми веснушками и теплыми искорками в глазах? Неужели ей суждено разделить судьбу большинства потловских девушек, попавших в полон?

Или ей повезет и пленят рыжие кудри какого-нибудь военачальника, который не бросит ее после на растерзание остальным?

– Может, тогда просто переселенцы, не беженцы? Переезжают себе тихо и спокойно повыше в горы… – тем временем размышлял вслух Гыд.

Рина покусывала рукоять своего хлыста.

– Не похожи они на счастливых переселенцев. Даже на несчастных не похожи. Слишком потерянные. А значит, скоро за Лапками потянутся всевозможные Прижмурки, Косорыльца и Лисьи Морды. М-да, вот тебе и согласный на все ради мира Потлов.

Шелест кивнул:

– Похоже, Всемир Потловский перехитрил сам себя. – В его голосе слышалась грусть. – Война сожгла уже границу Потлова. В скором времени он заполыхает целиком.

Люди затевали очередную войну. Одни шли убивать других, те были не против убить вновь прибывших.

Полыхала из-за этой ненависти земля Озерного края на востоке, а ветер с Харадских гор бежал стороной. Он знал свою силу. Он мог одним сильным порывом сбить пламя, а мог раздуть его, сделав больше, и погнать куда вздумается.

Со стороны могло показаться, что ветер раздумывает, как ему поступить. Но на самом деле он не хотел ни того ни другого – он был ветром с Харада, и ему милей всего было свободно лететь с гор, по равнинам, до самого далекого берега океана.