Мост Душ - Фиона Макинтош

— Ты знаешь, мне хотелось бы быть рядом с Крисом, когда тот вернется в Фелроти, — продолжил Уил. — Мы вместе погорюем в Тентердине, и наши молитвы очистят его.

Королева ответила непривычно мрачно:

— Крис настолько увлечен Джорджианой, что, я думаю, он и не заметит твоего присутствия. Прости. Просто меня выводит из равновесия одна только мысль, что мы должны расставаться, пусть ненадолго.

— Знаю, — ласково ответил Уил и поцеловал ее в лоб. Ему нравилось, что он намного выше Валентины. Проклятию пришел конец. Теперь он до последнего своего вздоха останется Кайлехом. Если сравнить все те тела в которых ему пришлось жить, этот он предпочитал всем остальным, тем более и Валентина считала его неотразимым. — Мы постараемся больше никогда надолго не расставаться. Это я тебе обещаю.

— Как долго тебя не будет? Аремис сказал, что ты собираешься в Скалистые горы. Ты сам мне не мог сказать?

Уил засмеялся.

— Понимаешь, для тебя я Уил, но для остальных мне надо быть Кайлехом. Я должен вернуться в Горное Королевство и сделать для его народа все возможное.

— Собираешься попросить Лотрина вместо тебя управлять делами королевства?

Он кивнул.

— Это было бы прекрасно. Люди узнают, что я собираюсь жениться на королеве южан, и поймут, что мне хочется проводить рядом с ней как можно больше времени. Но отсутствие короля никогда не идет на пользу народу, поэтому управлять королевством фактически будет Лотрин. Уверен, у него это получится гораздо лучше, чем у меня.

— Там вроде есть еще ребенок, я слышала.

— Да, Кайлех был его отцом, но родила мальчика королю жена Лотрина. Он всегда считал Айдреха собственным сыном, а теперь с полным правом может его растить и воспитывать.

— Он станет королем?

— Да, у горцев незаконнорожденные дети признаются наследниками.

Валентина кивнула.

— Как хорошо, что теперь все опять приходит в норму, — задумчиво сказала она. — Я так рада за Элспит. Она прямо вся светится от радости. Кто бы мог подумать, что после стольких трагедий и неприятностей у всех нас наладится нормальная жизнь?

Уил повернул ее к себе и нежно поцеловал.

— Мне и в голову не приходило, что я смогу когда-нибудь заполучить тебя. Мне и того случая в Бриавеле хватало для счастья. Шарр оказался ко мне милостив.

Валентина прижалась к нему еще теснее и прошептала ему на ухо:

— Шарр оказался к тебе еще более милостив, чем ты думаешь.

Он отстранил Валентину и недоуменно на нее посмотрел.

— Не слишком ли ты глуп для короля, Уил Тирск?

— Что же я упустил? — засмеялся он.

— Женись на мне поскорее, потому что я беременна. Похоже, что первого наследника обоих тронов мы получим уже к зиме.

Она увидела, как светло-зеленые глаза северного короля наполнились слезами. И Валентина продолжала говорить, чувствуя, что от него сейчас не добьешься ни слова.

— Если это будет мальчик, мы его назовем Уилом. Мне надо привыкнуть все время называть тебя Кайлехом. Ты не возражаешь?

Наконец и у Уила прорезался голос.

— А если родится принцесса?

— Конечно, Илена. Какое еще имя лучше ассоциируется с мужеством и любовью в нашей жизни?

— Валентина… — Что бы он ни собирался сказать, ему помешали слезы счастья. Уил крепко обнял ее и покрыл поцелуями лицо и волосы любимой. — Если бы мне сейчас предстояло умереть, я знал бы, что счастливее…

— Не смей! Мы оба будем жить до старости, пока не понадобятся слуги, чтобы выводить нас из дома на прогулку.

Они засмеялись.

— Ну, хорошо, — сказал Уил. — Мы будем вместе стареть и дряхлеть.

— Пусть Аремис как можно скорее вернет тебя мне. Я верю, что ты в безопасности, только когда тебя вижу, — с жаром сказала Валентина. Уил ее понимал и пообещал себе быть очень осторожным с телом Кайлеха, пока они не поженятся, и он не станет королем Моргравии.

Валентина вздохнула, глядя на открывающийся с балкона вид.

— Здесь очень красиво. Я скучаю по своим вересковым пустошам, но здесь тоже прекрасные места. Мне кажется, что я вижу отсюда весь путь до Бриавеля.

— В этом-то все и дело. Башня построена с таким умыслом, чтобы отсюда открывался вид по всем направлениям, особенно на Бриавель.

— Теперь у этой башни будет другое предназначение. Я что-нибудь придумаю к твоему возвращению, король Кайлех.

Он улыбнулся, но вдруг заметил, что с ее лица сошла улыбка.

— Что случилось? — спросил он, прикрыв глаза рукой, чтобы посмотреть наверх.

— Не могу поверить, — пробормотала Валентина, вглядываясь в небо. — Неужели орел?

— Здесь они не водятся, да и слишком он большой.

Вдруг Нейв забеспокоился и, прижавшись к ноге Уила, громко залаял.

— Что с тобой, Нейв? — спросил Уил.

Но ответ ему дал голос, который он больше никогда не надеялся услышать.

Привет Уил.

Финч! — мысленно отозвался он. — Шарр милостивый, неужели это ты?

Скажи Валентине. Она не может нас слышать, потому что не связана с Чащей. И не волнуйтесь. Я невидим для всех, кроме вас троих.

— Что это? — спросила пораженная Валентина.

— Ты ни за что не догадаешься, любовь моя, — ответил Уил, не веря, что можно улыбаться шире, чем он это делает сейчас, и чувствовать себя счастливее, чем в этот момент. — Это Финч! Он жив!

— Где? — воскликнула Валентина.

— Прямо над нами, — сказал Уил. — Кто ты теперь?

Дракон! — Он услышал, как мальчик рассмеялся, и голос его в голове Уила прозвучал чисто и радостно.