Случай из практики - Кира Измайлова

Увы, от привычного пояса со множеством побрякушек, полезных и не очень, а также разных подвесок мне пришлось отказаться, впрочем, толку от них все равно никакого. А еще на этом проклятом балу придется воздержаться от курения, что меня совсем не радовало. С другой стороны, почему я должна отказываться от своих привычек? Подумаешь, шокирую еще нескольких человек… Решив так, я воспрянула духом и продолжила приводить себя в должный вид.

Волосы я обычно заплетаю в косу и скручиваю узлом на затылке, однако сегодня я решила сменить прическу – заплела на сей раз две косы, перекинула их на грудь и осталась довольна. Из темно-красного, в тон платью, шелкового шарфа соорудила на голове замысловатый головной убор; такие тоже были в моде на островах, когда я там жила, а здесь отчего-то не прижились. В целом мое отражение меня вполне устраивало, до остальных же мне дела было мало.

Наемный экипаж быстро домчал меня до королевского дворца, и я оказалась в толпе разряженных в пух и прах дам и кавалеров. По счастью, рядом со мной обычно сразу же образовывалось пустое место, а заливистый дамский смех начинал звучать как-то натянуто. Понятия не имею, что решили придворные дамы по поводу моего наряда, да меня это и не интересовало, если честно. Больше всего мне хотелось оказаться как можно дальше отсюда, желательно в глухом лесу у костра, король там, не король… Все равно, судя по всему, поймать его без свиты не удастся.

По счастью, мне было над чем поразмыслить, каковому занятию я и предалась, отойдя к высокому окну. Увы, спокойно подумать мне не дали. То один, то другой высокопоставленный вельможа спешил засвидетельствовать мне свое почтение, а также представить мне жену, всех чад и домочадцев. Увы, сей ритуал был неизбежен, оставалось только набраться терпения…

На мою удачу, Его величество не заставил себя долго ждать, и вскоре все присутствующие были приглашены в огромную залу, которую лишь недавно закончили отделывать на новый лад. Я с облегчением отметила, что окна здесь громадные, а кроме того, имеются небольшие балкончики, где можно будет уединиться, когда обо мне все забудут. У дверей залы застыли в почетном карауле королевские гвардейцы, одни офицеры (вскоре их сменят на посту простые гвардейцы, а господа офицеры присоединятся к веселящимся гостям), в том числе, естественно, и лейтенант Лауринь. Узрев меня среди прочих гостей, лейтенант на некоторое время утратил торжественно-деревянное выражение лица. Создавалось впечатление, будто он впервые меня узрел, и то, что он увидел, лишило его душевного равновесия. Любопытно, что это с ним такое? Или я настолько кошмарно выгляжу в этом платье, что напугала даже своего верного сопровождающего?

Арнелий произнес торжественную речь, после чего призвал всех присутствующих веселиться по мере сил. И веселье началось…

Скоро стало ясно, что переговорить с Его величеством не получится: вокруг него вились придворные, и затевать у них на глазах серьезный разговор не хотелось.

Мне удалось отойти к дальнему окну. По причине духоты окно было распахнуто, а стало быть, можно было спокойно курить, каковому занятию я и предалась. К счастью, господа и дамы занялись друг другом, оставив меня в покое, и я могла спокойно подумать, отрешившись от царящего вокруг шума, – начались танцы, а я, к сожалению, к современной музыке отношусь с некоторым предубеждением, равно как и к самим танцам. Впрочем, наблюдать за сложными фигурами, которые выделывали танцующие, было забавно, хотя, на мой взгляд, лучше бы они просто водили хоровод, намного проще и куда как веселее. А эти па выглядели как-то совсем уж нелепо: богато одетые господа сильно смахивали на петухов, гордо расхаживающих перед курицами, а дамы жеманились и кокетничали сверх всякой меры. Я с некоторой ностальгией вспомнила север. Там нравы проще, а забавы хоть и грубее, но намного интереснее здешних. Представляю, что мог бы сказать князь Гарастас, узрев этот оживший цветник. Вероятно, предложил бы выпустить в зал парочку рысей, чтобы стало повеселее (рыси, конечно, были ручными, но об этом далеко не всегда и не всех предупреждали). Хотя, возможно, я ошибаюсь, и на севере теперь тоже в моде эти куриные пляски…

Углубившись в воспоминания, я совсем не заметила, что музыка давно уже сменилась, а кто-то изо всех сил старается привлечь мое внимание деликатным покашливанием. Очнувшись от задумчивости, я обнаружила перед собой лейтенанта.

– О, вот и вы, – вздохнула я. – Что еще стряслось в нашем славном королевстве?

– Н-ничего… кажется… – с тенью сомнения ответил лейтенант.

– Вы что-то хотите мне поведать? – миролюбиво осведомилась я, и лейтенант, очевидно, вспомнил, зачем подошел:

– Госпожа Нарен… позвольте… вас… на танец…

Я, признаюсь, опешила.

– Вы это на спор делаете, что ли? – спросила я. А что, вполне вероятно, приятели могли подбить мальчишку на такую глупость.

– Нет!.. – Лауринь мотнул головой и взглянул мне в лицо. – Госпожа Нарен, позвольте?..

– Да пожалуй, вы ведь не отвяжетесь, – хмыкнула я, положив трубку на подоконник. Надеюсь, на нее никто не позарится…

Хм… Лейтенант и так ростом мне по ухо, а я еще и на каблуках. Выглядеть мы будем презабавно. Впрочем, мне-то все равно, а вот ему какая охота позориться? Поди пойми! Решил кому-то удаль показать? Очень может быть.

– Учтите, лейтенант, – предостерегла я. – Последний раз я танцевала лет пять назад, а потому берегите ноги.

– Непременно учту, госпожа Нарен, – кивнул лейтенант и подал мне руку.

Дождавшись подходящего момента, он увлек меня в круг танцующих (некоторые из них от удивления сбились с ноги). Я была приятно удивлена – Лауринь оказался хорошим партнером, вел он меня вполне уверенно, вот только упорно избегал смотреть мне в лицо. Та его рука, что должна была держать меня за талию, казалось, вообще не касалась моего тела. Да, похоже, лейтенант несколько переоценил свою уверенность в себе…

– А почему вы последний раз танцевали пять лет назад? – неожиданно спросил Лауринь. Я готова была поклясться, что он так и не отважится раскрыть рот.

– Так уж сложилось, – пожала я плечами. – Я – нечастый гость на балах. Да и кавалеры вокруг меня, как вы могли заметить, не роятся.

– Ну и очень глупо с их стороны, – выдал Лауринь. Я, признаться, удивилась.

– Вы, лейтенант, случаем, не пьяны? – спросила я, посмотрев на него сверху вниз.

– Нет, госпожа Нарен, – понуро ответил Лауринь. – К сожалению.

– Это почему же – к сожалению? – полюбопытствовала я. Лейтенант был сам на себя не похож, интересно знать, что тому причиной? Неужто он таки сподобился обзавестись дамой сердца, а она его коварно покинула? Ну а я-то в этом случае при чем?

К несчастью, ответа я так и не получила, потому что музыка смолкла, и лейтенант склонился передо мной в поклоне, будучи, кажется, очень рад тому, что нашелся повод не отвечать на вопрос. Я взглянула в распахнутое окно. Давно стемнело, на дворе глубокая ночь, а стало быть, можно исчезнуть, не обратив на себя особого внимания. В конце концов, долг вежливости я отдала, а торчать на этом балу до утра я не обязана. Жаль, что не удалось поговорить с Арнелием, конечно, придется снова искать подходящего случая… С этой мыслью я направилась к дверям и только на лестнице обнаружила, что Лауринь увязался следом.