Я и мой король - Ксения Никонова

– Еще минут пятнадцать потерпи, потом сделаем перерыв.

Тихонько вздохнув (тихонько – чтобы не сдвинуть последний клочок драпировки, и так едва прикрывающей грудь), я собрала остатки сил. Ладно, на пятнадцать минут меня хватит. Знала бы утром, на что подписываюсь, простила бы ему задолженный портрет. Ну на фиг! Такие мучения из-за рисунка. Могла и догадаться, судя по его злорадному взгляду. А что я такого сделала? Ну не накинула халат и прошлась перед ним в ночнушке…

– Так, кажется, пора перевести наши отношения в новую плоскость, – настиг меня вкрадчивый голос короля.

– Что?

– Раздевайся. Ложись.

– Что?! – По телу промчались мурашки, а щеки начали гореть.

– Что слышала. Чтобы неповадно было дразнить меня!

Насладившись моим замешательством и смущением, пока я тихо пятилась, а он медленно наступал, Дэн стремительно приблизился и тихо произнес, глядя мне в глаза:

– Никогда не показывайся перед мужчиной в подобном виде. Если, конечно, не собираешься соблазнить его. Я очень люблю тебя, Маша, и хочу, чтобы у нас все было правильно и по закону. Переступить грань легко, только обратного пути не будет. Вот почему раздевайся и ложись. Рисовать буду, – чмокнул он меня в нос. – Заодно рассчитаюсь со своим долгом. Будет тебе долгожданный портрет.

– Совсем раздеваться? – спросила я, видя, что он серьезен.

– Да, – твердо ответил он и предупредил возможные возражения: – По условиям договора я имею право выбрать, как тебя рисовать.

– Тогда… отвернись, пожалуйста.

– Вот еще, – фыркнул Дэн. – Может, и рисовать тебя я буду отвернувшись?

Ах так?! Ну получи! Сначала я сняла заколку, встряхнула головой и еще растрепала волосы рукой. Секунду подумав, следующими сняла трусики. Ночнушка целомудренно прикрыла творящееся безобразие. Кинула быстрый взгляд на Дэна. Делает вид, что занят приготовлениями. Ну-ну. И последним номером нашей программы… Захватила двумя руками подол и, выгнувшись, медленно стянула через голову полупрозрачную ткань.

– Доволен? – поинтересовалась, откинув ее на кресло.

– Очень! – улыбнулся он. – Мое юное весеннее божество. Ложись, задрапирую.

– Это еще зачем? – делано возмутилась я, в душе облегченно выдохнув.

– Будешь спорить – тебе же будет хуже, – коварно пообещал Дэн. И обещал еще не раз, пока укладывал меня, как ему надо, укрывал тканью, тоже как ему надо, и нахально усмехался в ответ на мои протесты против кудрей надо лбом. В результате я оказалась лежащей в не очень-то удобной позе. Под конец наших споров он вытянул мою руку и велел держать ее полусогнутой на весу.

– Зачем? – возмутилась я, сообразив, что за испытание мне предстоит.

– Здесь будет птичка, – злорадно ответил он и положил мне на ладонь свой мобильник. – Разве не ясно? Никогда не спорь с художником, которому собираешься позировать для портрета. Эту истину я уяснил еще в пять лет и с тех пор неукоснительно следовал ей.

Дэн выложил целую пачку карандашей, удобно устроился в кресле и приступил к работе. И если я изнывала, он себя чувствовал, похоже, превосходно.

В перерыве мы устроили обед за вчерашний толком не состоявшийся ужин. На этот раз никаких серьезных разговоров не было, и мы славно и по-домашнему уютно пообедали. А на десерт я с удовольствием прикончила в один присест полбанки компота. Дэн вежливо отказался, весело наблюдая, как ягод в вазочке убавляется, а горка косточек на моей тарелке растет. Я бы и больше съела, но стало уже неудобно: что он обо мне подумает?

– Восстановила силы? Сейчас они тебе еще понадобятся, – предупредил Даанэль, когда я отложила ложку. С сожалением покосившись на остатки компота, решительно встала:

– Можем продолжать. Я готова.

В комнате мне было предложено тихонечко посидеть в кресле, пока Его Величество Художник будет что-то подправлять на рисунке.

– Долго еще ждать? – не выдержала я минут через десять. В ответ он только неопределенно махнул рукой. – Тогда можно взять вязание?

– Да, конечно, можешь вязать, – даже как-то обрадовался он.

В результате через пару часов, так больше и не попозировав, я была немало удивлена (и обрадована, что там говорить) объявленным окончанием работ. Удовлетворенно потянувшись, Дэн протянул мне лист:

– Надеюсь, тебе понравится.

– Э-э… и это все?! – возмутилась я.

Портрет был хороший, спору нет. Но! Зачем я мучилась все утро, изображая томную красавицу, если на портрете лишь моя склоненная голова?!

– Ох, точно! Чуть не забыл, – спохватился он и вышел на балкон. А через минуту вернулся, на согнутом пальце неся… синицу.

– Ой, птичка! – подскочила я. – А как это ты? Они же не идут в руки?

– Тсс! Не спугни. Я пообещал, что мы ее согреем и накормим. И ничего плохого с ней не случится. Протяни руку.

Опасливо покосившись в мою сторону, синица спрыгнула мне на ладонь и замерла на все то время, что ее рисовали. Острые коготки царапали руку, но я мужественно терпела. Потом Дэн честно расплатился с ней горсточкой орехов. Правда, съесть она их предпочла на улице, каждый унося в клювике и упорно возвращаясь за следующим. Пришлось оставить подношение на балконе.

– Так-так! – начала я атаку. – Значит, мне одну голову на портрете, а все остальное…

– Мне, – закончил мой хитрый возлюбленный художник.

В ответ на требование получить честно выстраданный портрет, он привлек меня к себе.

– Ну зачем он тебе, сама подумай? Разве мало этого? – кивнул Дэн в сторону «моего» рисунка.

– А тебе зачем? – не сдавалась я.

– Странный вопрос. Зачем мне портрет любимой девушки? Смотреть и мечтать.

– Ну дай хоть взглянуть-то, интересно же, что получилось.

– Не дам. Это лишь набросок. Картина из него выйдет не раньше, чем я доберусь до своей мастерской. Давно мечтал изобразить тебя в образе Весны. Эта роль тебе очень подходит.

Подарив мне легкий поцелуй, он упрятал рисунок, и только я его и видела.

– Бессовестный обманщик, – буркнула я и принялась созерцать заработанный портрет. И странное дело, если с первого взгляда он мне не особо приглянулся, то чем дольше я на него смотрела, тем больше нравилось. Может, Дэн и прав. Этот рисунок можно показать кому угодно, даже родителям, а тот для узкого, ну очень узкого круга лиц.

– Маша… – отвлек меня от раздумий голос Дэна. Оглянувшись, я встретила его серьезный взгляд. – Давай поговорим. Боюсь, другого подходящего момента не будет.

Утром, когда я проснулась, его не было. И вернулся он не слишком веселым. Так что у меня не возникло желания узнавать, как его дела: нашел ли гадалку и сколько Силы смог собрать. Но раз сам предлагает…