Кристалл времени - Соман Чайнани

С исчезновением скимов, которые могли обнаружить ее, Софи облегченно вздохнула, почувствовав себя в бо́льшей безопасности. Платье Эвелин Садер плотнее облегало тело Софи, словно пытаясь подбодрить. Пока Яфет залезал в ванну, Софи с удивлением отметила, каким уязвимым, даже хилым выглядит этот монстр, убивавший одного за другим ее друзей. А на вид-то самый обычный замухрышка, подросток тощий, и больше ничего. Тем временем Змей погрузился в горячую воду, покряхтывая то ли от удовольствия, то ли от боли.

Софи осторожно наблюдала из туалета за тем, что будет дальше.

Поскольку хрустальный шар Доуви распознал души Райена и Яфета, они, по идее, должны были обладать теми же магическими силами, что и Доуви или ее Вторая, а значит, когда Яфет наткнется в ванне на кристалл, выудит его, потом заглянет внутрь кристалла, то он увидит в нем ту самую сцену.

От напряженного ожидания у Софи свело желудок.

«Один, два, три… – мысленно отсчитывала она. – Ну, найди же его, найди…»

Есть!

В ванне сверкнула ослепительная голубая вспышка, и Яфет подпрыгнул от удивления, расплескивая воду на пол.

Затем он медленно вытащил светящийся кристалл из воды и принялся рассматривать его. Затем заметил, как что-то движется, мелькает внутри кристалла. Всмотрелся в сцену, которая прокручивалась перед ним…

Софи затаила дыхание.

– Яфет? – раздался за дверью голос Райена.

Яфет сжал кристалл в ладони, чтобы не было видно, как тот светится.

– Проваливай, – приказал он.

– Она уехала.

– Уехала? – изменился в лице Яфет. – Как уехала?

– Так… Уехала, и все.

Какое-то время оба брата молчали, затем вновь заговорил Райен.

– Я тебе чай заварил, – сказал он. – Так, как ты любишь.

Яфет спрятал кулак с зажатым в нем кристаллом под воду и ответил:

– Зайди.

Софи беззвучно выругалась себе под нос.

Вошел Райен в своем традиционном синем с золотом костюме, с дымящейся кружкой в руке.

– Чай отравлен, я полагаю? – спросил Яфет.

– А то как же, – весело откликнулся король. Его золотая корона сверкала, отражаясь во всех зеркалах. – А что тут за шум случился?

– Вешалки в шкафу рухнули. Дешевка из Неведомого леса, наверное.

– Наверняка. Кстати, в вестибюле люстра грохнулась. Тоже халтура какая-нибудь. А может, это прощальный привет от Софи, не знаю. Во всяком случае, охрана сейчас прочесывает весь замок, чтобы убедиться в том, что она действительно уехала.

Близнецы внимательно посмотрели друг на друга.

– Значит, свадьбы не будет? – спросил Яфет.

– Не будет, – вяло улыбнулся Райен. – Ума не приложу, что мне делать со свадебными подарками. Они уже прибывать начинают. Со страхом жду, что султан из Шазабаха пришлет мне какого-нибудь волшебного верблюда. Его-то куда девать?

– Выше нос, братец, – сказал Яфет. – Не тоскуй по этой ведьме. Спустя несколько дней забудешь о ней. А через неделю даже имени ее не вспомнишь.

Король отряхнул ладонями свой сине-золотой камзол, словно ставя точку в этом разговоре.

– Завтра соберем Совет Королей и сожжем на нем последнее кольцо, – сменил он тему.

– Ага. И тогда к тебе перейдут все магические силы Пера, – возбужденно подхватил его брат. – Львиная Грива станет новым Сторианом, а ты единственным истинным королем Бескрайних лесов с неограниченной властью и возможностями.

– Обладать неограниченной властью и возможностями – это огромная ответственность, – сказал король. – Хочу надеяться, что я справлюсь с ней.

– Да не вопрос, – льстиво откликнулся Яфет. – Ты же у нас Добрый брат. Тебя за это все любят. Поэтому ты у нас король.

– Куда тебе чай поставить? – смущенно прокашлялся Райен.

– А с чего ты начнешь? – спросил Яфет. – Что в самую первую очередь напишет твоя Львиная Грива?

– С чего начну? – переспросил Райен. – Ну, прежде всего навсегда разгоню Совет Королей и снесу ко всем чертям ту Школу. Пора вернуть эти Леса народу.

– Никак не можешь забыть, что тебя в свое время во всегдашники не приняли в ту Школу? – закинул крючок Яфет. – Или переживаешь до сих пор, что меня в нее не забрали, чтобы я оставил в покое вас с матушкой?

– Но, Яфет… – напрягся Райен.

– Спокойно! – остановил его Змей, а затем спросил, негромко так спросил, вкрадчиво. – А как именно ты собираешься поступить со Школой?

– Да просто сожгу ее дотла, и все, – ответил король, обрадованный тем, что разговор отошел от неприятной и даже опасной для него темы. – Объяснить это будет несложно. Появятся, например, шапки на первых страницах газет: «Небывалой силы пожар уничтожил ценнейший памятник культуры! Бушевавшее над Школой пламя было видно в любой точке Бескрайних лесов!» Ну или что-нибудь в том же духе. Что захотим с тобой, то и напишем. А написанные нами слова тут же станут реальностью.

– А Агата, Тедрос и все остальные мятежники? С ними что?

– Умрут. Сотру их с лица земли одним росчерком пера. Ни следа, ни памяти о них не останется.

– Просто сотрешь? И гарпий не нашлешь, чтобы они на кусочки разрывали их тела? И троллей не позовешь, чтобы они заживо у них мозги из головы выедали? Ни боли, ни страданий? Просто фук – и все?

– Просто фук, и все, – подтвердил Райен. – И в лучшем случае сноска о них и об их Школе мелким шрифтом в учебнике истории.

– Я знал, что есть причина, чтобы помогать тебе стать королем, – фыркнул Яфет.

– Мы оба знали эту истинную причину, Яфет, – моментально посерьезнел Райен.

Его близнец настороженно посмотрел на него.

– Ты помогал мне исполнить мое желание, Яфет, – сказал Райен. – И как только будет сожжено последнее кольцо, я исполню твое заветное желание, брат.

На щеках Яфета вспыхнули красные пятна, совершенно неожиданные на его бледной коже.

– Я обещал исполнить твое заветное желание в награду за твою верность и веру в меня, – продолжил Райен. – Ты поклялся помогать мне стать королем, если я поклянусь силой Пера вернуть к жизни того единственного человека, которого ты любил в жизни. Я помню это. И завтра же, как только получу власть, выполню свое обещание.

Яфет нервно сглотнул и прошептал:

– Спасибо тебе, брат.

Райен поставил чай на облицованный кафельными плитками край ванны.

– Сегодня первый день, как я поднялся на ноги. Устал, знаешь ли, – пожаловался Райен. – А исцеляющей крови для меня нет, в отличие от тебя.

– Иди приляг. Полежи, – сказал Яфет. Такой нежности в его голосе Софи еще никогда не слышала.