Один день тьмы - Екатерина Неволина

— Маруся, — представил он свое орудие, любовно оглаживая его по изъеденному ржавчиной стволу.

— Очень приятно. Знакомиться ближе не буду, — сообщила я, и громилы дружно заржали, в полной мере оценив мое супертонкое чувство юмора.

Не желая оказаться в самой гуще заварухи, я отошла в сторону, и тут ко мне приблизилась Королева.

— Держись возле меня, — велела она. — Я не хочу, чтобы ты пострадала. Пока что просто смотри, не вмешивайся.

Я кивнула. Снаружи все еще было тихо, и я закрыла глаза, пытаясь прислушаться, чтобы понять, что же там происходит. И только я сделала это, как словно вживую увидела несущуюся на нас огненную стену. Пламя надсадно гудело, и темное небо озарялось его багряными всполохами. Мне стало страшно, и я представила, что перед нами, по всему периметру здания, выросла ледяная стена. В тот момент, когда стихии столкнулись, я почувствовала слабый удар и покачнулась. Во все стороны полетела ледяная крошка, но и огонь словно захлебнулся, его языки встревоженно заметались и стали опадать.

Огонь и лед — все смешалось и закружилось перед моим мысленным взором, и я почувствовала, что слабею и медленно оседаю на пол.

Когда я пришла в себя, вовсю грохотали выстрелы. Откуда?то валили густые клубы черного дыма, слышались вой и нестройные вопли.

Подле меня стояла Королева. Я видела, что она довольно улыбается.

— Что случилось? — рассеянно спросила я.

— Ты одна отбила их ментальную атаку. Я так и знала, что твои способности начнут раскрываться в подходящей обстановке!

Сейчас Королева диких как нельзя больше казалась похожей на повелительницу демонов. Ее тонкие губы были полуоткрыты, зеленые глаза сияли дикой яростью, а в беспорядке разметавшиеся по плечам локоны снова казались живыми. Она вся была древняя ярость, огромная кошка, готовая к прыжку.

— Как давно я не видела хорошей битвы! — сказала она, кинув на меня быстрый взгляд. — Сейчас мы немножко развлечемся. Побудь пока здесь. Ты свое дело уже сделала… Я скоро вернусь.

Я привалилась спиной к стене. Вокруг грохотали выстрелы, поминутно что?то взрывалось, а с потолка летела штукатурка. Бой развернулся нешуточный. Судя по всему, нас штурмовали, но мы успешно оборонялись.

Через некоторое время появилась Королева. Она по?прежнему казалась очень довольной, и я увидела, что ее одежда забрызгана свежей кровью.

— Я принесла тебе подарок, — сообщила она. Из коридора вышел один из вампиров, входящих в состав ее свиты. Он нес какой?то сверток.

Опустив его передо мной на пол, вампир размотал ткань, и я увидела молоденького военного в камуфляжной форме. Ему на вид было, наверное, немногим больше, чем мне. Темные волосы прядями налипли на вспотевший, измазанный копотью лоб, а большие серые глаза смотрели удивленно и испуганно.

— Не хотят рисковать своими. Видишь, каких на задание отправляют? Он даже не знал, с кем ему предстоит сражаться! — сообщила Королева, указывая на молодого солдата. — Это тебе. Нужно восстановить твои силы. Не трать время попусту, нам надо спешить, да и он теряет кровь.

Только теперь я заметила, что у юноши в боку зияет страшная рана.

Так вот почему он не двигается! Однако он в сознании и, похоже, слышит и понимает все. Я заколебалась. Мне действительно не помешало бы подкрепиться…

Было противно и как?то мерзко. Королева смотрела на меня, и я порадовалась, что Ловчий развлекается где?то в другом месте, а то непременно прокомментировал бы мою нерешительность.

Я наклонилась к белеющему в полутьме лицу молодого солдата. Губы юноши дрожали, и я почувствовала, что глубоко внутри меня поднимается странная волна. Я тоже задрожала, словно мне передалась его дрожь. Я и не догадывалась, что кровь может пахнуть так сладко… Желудок скрутил спазм, а челюсть напряглась.

— Не надо, — едва слышно прошептал юноша как раз в тот момент, когда мои клыки вонзились в его шею.

Я не помню, что было, какой?то период времени начисто стерся из моей памяти. Помню только, как Королева оттащила меня от бездыханного тела и потянула за собой.

— Ты его выпила. Целиком. У тебя, девочка, отменный аппетит. И не мудрено, ты славно поработала, — проговорила она своим обычным певучим голосом. — Ну пойдем же, пойдем. Нам пора. Здесь становится слишком… жарко.

В здании и вправду начался пожар, и языки уже настоящего, не воображаемого, огня с жадностью лизали комнатные перекрытия. В старом заводе еще шел бой, еще грохотали выстрелы и слышался утробный рев вошедших в раж диких вампиров, а мы с Королевой и ее небольшой свитой, в которой был и Ловчий, весь выпачканный в саже, но тоже весьма довольный, покидали его через подземный ход.

Мы вышли на улицу вдали от места побоища. За все время, пока мы бежали прочь, Королева не оглянулась ни разу и не вспомнила о своих подданных, взятых в кольцо превосходящим по силе и численности противником. Сколько диких осталось там и сейчас умирает для того, чтобы дать нам возможность бежать? На прекрасном, лишенном возраста лице Королевы не заметно ни тени сожаления.

Мы опять бежали. Я уже начинала подозревать, что ничего в моей жизни не изменилось. Сколько ни смотри — я все бегу и бегу куда?то, как будто меня прокляли, обрекли на вечное бегство. Я уже не помню, когда у меня последний раз возникало ощущение настоящего дома… Наверное, когда мы с Артуром скрывались на чужой опустевшей даче… Как всегда при мысли об Артуре я почувствовала боль. Отнятая рука продолжала упорно ныть. Не надо думать об этом. Зачем лишний раз бередить свои раны? Идя по темной заснеженной улице, я до крови закусила губу. Дом… тепло… почему я не имею права на это? Может, забыть свои честолюбивые планы и просто вернуться домой, к приемным родителям? Они любили меня и, конечно, с радостью примут обратно… Нет, Королева не отпустит меня, да и старейшина Московского Дома не оставит меня в покое. Но если хотя бы издали взглянуть на родных… возможно, это успокоит меня и придаст сил. Мне очень нужны силы, потому что я ужасно устала и мои собственные уже на исходе.

— Я бы хотела увидеть свою семью, — сказала я Королеве, останавливаясь на одном из перекрестков.

Она взглянула на меня. В перекрестье фонарного света мы были как на сцене — друг напротив друга.

— Мы и есть твоя семья, — она раздраженно нахмурилась.

— Я хочу увидеть свою человеческую семью. Пока я не увижу их, я никуда дальше не пойду! — Я скрестила на груди руки, словно сооружая перед собой барьер.

— Сейчас неподходящее время, — возразила Королева.

— Напротив, самое подходящее. Пока идет бой и старейшина надеется захватить нас в нашем тайном месте, у меня как раз есть шанс.

— Глупая девчонка! — Королева начинала злиться, и в ее хрустальном голосе зазвенел металл. — Я не отпущу тебя одну, и никто из моих людей не пойдет с тобой…

— Я пойду.