Забавно быть студентом - Маргарита Блинова

Мастерски уклоняясь сразу от трех летящих в него мячей, Доставала перепрыгивает на нижнюю платформу и оказывается сбитым Тимьяном.

— Да! — радостно кричит выжидавший все это время подросток и оборачивается ко мне: — Линка, я молодец?

— Ты мое солнышко, Тимьян! — радостно улыбаюсь я мальчику и опускаю взгляд вниз, на маты, где находится первая пятерка. — Ну и чего мы разлеглись? Это тренировка, а не воскресный пикник!

На меня зло посмотрели все пятеро поверженных участников первого раунда.

— И зачем мы только взяли ее в команду… — раздраженно и довольно-таки громко буркнула Натка, поднимаясь на ноги.

— Напомнить, чья это была идея? — тут же язвительно уточнила я и, не дождавшись ответа, повернулась к своим: — Есть мысли?

— Мало времени… — озвучил общую мысль Жош — староста нашей группы.

Кивнув, снова поворачиваюсь к участникам своей команды и громко кричу:

— Следующая пятерка!

Со своих мест с величайшей неохотой поднимаются Конни, Ролли, Элька и Талик.

— Так их же четверо! — подмечает Тимьян.

Я недовольно хмурюсь и предлагаю:

— Пусть Доставала сыграет вместо меня.

Не говоря ни слова, мужчина встает и, подарив мне тяжелый взгляд, гарантирующий кучу неприятностей, возвращается к платформам.

«Может, надо быть с ним немного помягче?» — робко предложила женская сущность, с удовольствием вспоминая проведенную в объятьях Темного ночь.

«Еще чего! — возмутился здравый смысл. — Такому только дай поблажку».

«Вот-вот! — поддержал его пессимизм. — Опомниться не успеем, как нас окольцуют брачными браслетами, запрут в четырех стенах и заставят размножаться без перерыва на сон и еду».

Передернув плечами от такой жуткой перспективы, я складываю руки рупором и кричу деткам:

— Размажьте их, как макаронину по тарелке!

Молодые наемники радостно гомонят. Команда кидает на меня убийственные взгляды. Натка в открытую грозит кулаком, а Доставала многообещающе улыбается.

«Кажется, кое-кого сегодня вычеркнут из списка друзей», — подмечает салатовый дракончик, сползая к пальцам на моей руке, чтобы лучше видеть происходящее.

Я, наконец, заняла свое место на скамейке и тоже принялась за дело.

При всей своей кажущейся простоте бакетбол был самым высококоординационным видом спорта на территории дотремов. Постоянно меняющие траекторию движения платформы в качестве средств передвижения никогда не давали стопроцентной уверенности, куда тебя понесет в следующую секунду, а небольшие мячи красного цвета, которыми защитники выбивали нападающих на кольцо, придавали игре дополнительный адреналин.

По заверениям создателя игры — Бакета Зигла, — система движений платформ задается таким образом, чтобы создать игрокам максимально нестандартные ситуации. К тому же Бакет утверждает, что никто на Светлых землях никогда не сможет взломать систему.

Наивный…

Просто никто еще не предлагал сделать это группе теоретиков, максимально далеких от спортивных игр.

Точнее — никто до сегодняшнего дня!

— Народ! — зовет всех Тай. — Я заметил, что платформы немного меняют скорость, когда на них встает игрок.

Одногруппники подняли красные макушки от блокнотов, одобрительно покивали и принялись за расчеты.

Улыбнувшись, я тоже принялась следить за игрой.

Пятерки вновь поменялись, но теперь общим решением пятерых наемников разделили по двум командам, чтобы придать игре хоть какой-то интерес.

Наблюдая за перемещением игроков по полю, я все чаще концентрировалась на действиях ведьмочки.

Вот подруга высоко подпрыгивает и забивает. Приземлившись, суеверно касается двумя пальцами края летающей платформы и бежит обратно. Она-то, может, и бежит, а я замираю, сконцентрировав взгляд на только что отмеченной ведьмочкой платформе.

Я так привыкла к ее фантастической чуйке, что на многие детали уже давно прекратила обращать внимание. Конечно же, среди игроков по бакетболу, начиная от простых университетских команд и заканчивая Лигой, были всякие ритуалы, но никто никогда не касался платформ, с которых забил.

А ведь, если так посудить, этим нехитрым движением Наточка бессознательно отмечала для тела «удачно» двигающуюся платформу, с которой легко было попасть в кольцо.

Вскочив с места, я быстро сбежала по ступенькам вниз и кинулась в сторону подсобных помещений. Найдя тюбик с краской, которой подводили линии на щитах и стартовых площадках, я помчалась обратно в зал.

— Наточка, прелесть моя! — едва не подпрыгивая от охватившего меня азарта, прокричала я.

Подруга смерила меня недовольным взглядом, уклонилась от запущенного в нее мяча и дернула подбородком, как бы говоря — «Чо надо?».

— Спустись на минутку! — попросила я.

Ох, зря Бакет Зигл так кичится своей антивзломной системой движения платформ. Он просто не учел, что в бакетбол будут играть ведьма и теоретик!

* * *

Утро перед матчем с предсказателями среди вереницы похожих дней ничем особо не выделялось. Если, конечно, не считать нервно грызущей ногти Натки и ее неожиданного предложения вывести нашего маленького питомца на прогулку.

— С чего вдруг такая забота о братьях наших меньших? — подозрительно нахмурилась я, наблюдая, как почуявший надвигающиеся неприятности Рокки резво двинулся прятаться под кровать.

— Это не забота, — отрицательно качнула головой ведьма, — это нервы! Клянусь Светлой Богиней, что если не найду себе занятия в ближайший час, то… то…

— То начнешь терроризировать округу, — закончила я за девушку.

Натка кивнула и, подхватив с вешалки куртку, начала выманивать щенка.

— Вылезай, беспредельщик! — громко крикнула она и улыбнулась. Нехорошо так улыбнулась! — Вылезай, кому говорю! Сейчас пойдем твой детский жирок растрясать.

Рокки осторожно высунул мордочку из-под кровати, глянул на меня и жалобно заскулил.

— Смирись, дружище, — посоветовала я черному песику. — По-другому рядом с ведьмой не выжить.

Горестно вздохнув, щенок нехотя выполз из своего укрытия и потрусил к выжидательно замершей на пороге рыжей подруге.

— Мы не скоро! — предупредила она, напоследок громко хлопнув дверьми.

Потянувшись в кроватке и окончательно прогнав остатки сна, я решительно дернула с себя одеяло и встала. Натянув черные штаны, плотно облегающие худые ноги, и длинную серую майку, я принялась творить себе вкусный завтрак.

«Какой сегодня чудесный день», — радостно гомонил оптимизм.

«Да уж», — весьма недовольно фыркнул пессимизм.

«А, кстати, вчера тоже был хороший день», — подметил мозг.