Люди и призраки - Оксана Панкеева

– А ты помолчи, – огрызнулся Жак. – Займись чем-нибудь. Я думаю. А вы с Ольгой меня отвлекаете. Вот Азиль молчит, и вы помолчали бы.

– О чем ты таком важном думаешь? Пытаешься найти выход? Жак, перестань. Нам всем больно, и всем его жалко, но тут действительно ничем не поможешь. Если уж мэтр Истран сказал, что ничего нельзя сделать, что ты можешь придумать? Остается только уповать на милость божью. – Тереза вздохнула и, чтобы не расстраивать Жака, потянулась к папке с рисунками Мафея. – Мафей, можно я посмотрю? Раз уж я так мешаю Жаку, я посижу в уголке и молча посмотрю твои рисунки.

– Можно, – вздохнул принц и попытался добыть огонек, чтобы раскурить еще одну сигарету, как его учил Орландо, но у него не получилось, и пришлось воспользоваться банальными спичками. – А в лаборатории у мэтра все закрыто. И чего я не спросил Хоулиана, как успокаивать и усыплять? Он же умеет… Балда я, сразу пить начал и о всякой ерунде трепаться, нет чтобы о полезном спросить…

– А его никак нельзя найти или позвать? – не унимался Жак. – Не надеяться же, в самом деле, на милость того, чего нет!

– Кого найти? – переспросил Мафей.

– Ну эльфа твоего. Может, он бы мог помочь.

– Да ну, скажешь… Яды магии практически не поддаются. А противоядия не существует. Если бы эльфы его знали, то знали бы и люди.

– А может, как-то иначе можно? Как-то же маги спасают умирающих, догоняют там, возвращают, все такое…

– Это не тот случай, – всхлипнул Мафей. – Не получится. Мэтр это умеет, он бы сделал, если бы можно было.

– Да что ты со своим мэтром… Может он ошибаться?

– Может, но не в этом случае. Как тебе объяснить… Такой способ годится, если… ну, в общем, для нас он не подходит.

– Почему? Ты сам можешь объяснить? – не отставал Жак.

– Я понимаю, но как тебе объяснить?… Скажем, если бы он умирал от какой-то болезни, которая проходит, то можно было бы попробовать. А так… тело все равно непригодно для жизни, поэтому возвращать в него душу не имеет смысла. Не получается у меня понятно объяснять…

– Можно попытаться продержать его, пока яд полностью не выведется?

– А он не выводится, наверное. Иначе этот способ уже давно бы открыли. Давай я в справочнике посмотрю…

Мафей спрыгнул со спинки стула и полез на полку за справочником. На некоторое время наступила тишина, слышно было лишь, как тихо всхлипывает Ольга, шуршит бумагой Тереза и Мафей сосредоточенно сопит, склонившись над книгой. Жак напряженно думал.

– Мафей, – вдруг подала голос Тереза, – а зачем ты мэтру Альберто такую шляпу нарисовал?

– Кому? – переспросил Мафей, отрываясь от справочника.

– Мэтру Альберто, – повторила девушка, показывая рисунок. Мафей тихо обомлел, поняв, что не убрал из папки портрет товарища Амарго, который он набросал вчера вечером, равно как и портрет Орландо, лежавший там уже вторую луну. И только сейчас сообразил, кого же ему так напоминал сердитый конспиратор с Зеленых гор. Действительно, мэтра Альберто. Очень похож…

– Твою мать… – тихо ахнул Жак, тоже воззрившись на злосчастный портрет. – Это же он! Подумать только, как меняет человека головной убор!

– А ты что, сразу не узнал мэтра Альберто? – удивилась Тереза.

Жак, не отвечая, вскочил с кресла.

– Мафей, – решительно заявил он, – пойдем ко мне.

– Зачем? – не понял принц.

– Там я тебе все объясню.

– А дам здесь оставим?

– Не пропадут наши дамы. Не сломают тебе ничего. Разве что сигареты твои выкурят. Пойдем скорее, у меня появилась идея.

– Опять, наверное, какой-нибудь антинаучный вздор, – проворчал Мафей, неохотно отрываясь от справочника.

– Научнее не бывает, – заверил его внезапно оживившийся Жак. – Давай скорее. Если у нас все получится так, как я рассчитываю… нет, помолчу, чтоб не сглазить.

– К тебе? – покорно уточнил мальчишка.

– Именно. Мне надо кое-что забрать из кабинета.

Оказавшись в своей гостиной, Жак буквально взлетел по ступенькам и торопливо защелкал кнопками замка.

– Ты этого мужика где видел? – спросил королевский шут, открывая дверь и жестом приглашая Мафея заходить. – У Карлсона в Зеленых горах?

– Жак! – жалобно простонал несчастный художник. – Я же поклялся молчать! Ну что вы с Шелларом за люди, вечно все знаете, даже если я вам ничего не говорю!

– Да я его сам там видел. А ты тоже хорош – портретов бы не рисовал, если уж поклялся. Хотя ты же не обещал ему не рисовать, так что, твоя совесть чиста. Я вот к чему. У этого мужика обязательно должен быть универсальный антидот. Это такая удивительная хренотень, которая нейтрализует любые яды. То есть абсолютно любые, понимаешь?

– Это что-то из твоего мира? – уточнил Мафей.

– Да. Такая штука обязательно входит в стандартный набор первой помощи всяких там космонавтов, химиков, разведчиков других планет, агентов спецслужб и представителей прочих экстремальных профессий… короче говоря, у него такое лекарство должно быть. Или я полный дурак. – Жак схватил со стола какой-то мешок и начал рыться в шкафчике. – Сейчас мы с тобой пойдем к нему. К мэтру Альберто. И попытаемся как-то добыть у него этот универсальный антидот. Любыми способами. Как получится. Если он дома, будем просить, слезно умолять, падать на колени, угрожать – в общем, действовать по обстановке. Если его дома нет, украдем. Мне как-то все равно, хорошо это или нет. Когда мой друг умирает, я, пожалуй, даже убить смог бы…

– Это не понадобится, – вздохнул Мафей. – Его нет дома. Он в Голдиане, ищет Диего. Но я очень рад, что ты на все готов. Потому что лаборатория мэтра Альберто находится в нижнем этаже, за моргом, и, чтобы в нее попасть, надо пройти через этот самый морг.

– Фиг с ним, – решительно заявил Жак, бросая в мешок какие-то незнакомые Мафею вещи. – Пройдем. Подумаешь, станет мне хреново – переживу. В крайнем случае, если в обморок хлопнусь, дотащишь. Все, я собрался. Заготовь на всякий случай обездвиживающее заклинание, вдруг нам кто-то попробует мешать или хозяин дома окажется…

В очередной раз покинув свое многострадальное тело, Шеллар заглянул в кабинет, удостоверился, что там пусто, и попытался вспомнить, на чем он остановился в своих поисках. Кажется, успел дойти до второго этажа… «И где же они могут прятаться, эти призраки предков? Или с Шелларом они тоже не желают общаться, как с проклятым выродком? Нет уж, дорогие родственнички, придется». И его величество двинулся дальше.

Как оказалось, во дворце можно разглядеть массу интересного, если ты призрак и никто не подозревает о твоем присутствии. Несомненно, если бы не сегодняшняя трагедия, можно было бы узнать еще больше, поскольку в этот вечер все вели себя непривычно тихо и вообще были какими-то пришибленными. Многие плакали. Придворные дамы и вовсе обливались слезами, что показалось Шеллару по крайней мере странно. Правда, при этом каждая из них ревела в одиночестве в своей комнате, видимо, чтобы не показывать подругам красные глаза и распухшие носы. Только Акрилла спала, тихо всхлипывая во сне, да Эльвира нервно ходила по комнате, комкая в руках мокрый платочек в разводах косметики. На столе Эльвиры, как и каждый вечер, стояла нетронутая вазочка с апельсиновым вареньем. «Ждет, – понял Шеллар. – Ждет каждый вечер, а вдруг он, наш дорогой Карлсон, прилетит, точно как в сказке. Только что же он не летит? Хоть бы посмотреть на него, что ли. А то так и умру, не увидев».