Та, которая заблудилась - Яна Икрамова

– Я плохой преступник.

– Нет, ты хороший преступник!

Из к/ф «Шанхайский полдень»

(Shanghai Noon)

Эх, жизнь хороша и жить хорошо! И даже тот факт, что я теперь вдали от дома, почти не омрачает погожего денька. Правда, жаль, что нравы тут пуританские. Вот Линка не дала мне позагорать на крылечке, чуть ли не забившись в истерике, увидев, что я собираюсь выйти из дому в импровизированном купальнике. Глядя на расширенные в ужасе глаза новой подружки, пришлось смириться. Со своим самоваром в Тулу, как известно, не ездят. Позагорать я все же вышла. Пусть загорает хоть лицо.

Я нежилась на солнышке и мирно мурлыкала под нос детскую песенку, когда вдалеке замаячила темная точка. Впрочем, точка довольно быстро превратилась в две точки, а затем и в двух всадников. Бравые ребята, поднявшие тучу пыли, тормознули прямо напротив нашего скромного домика и спрыгнули с коней. Я нахмурилась. Ребятушки в одинаковых одеждах чрезвычайно напоминали солдат, причем что-то мне подсказывало, что подобные наряды мне уже однажды встречались. И ничего хорошего эта встреча не сулит. Навстречу прибывшим из домика высунулись Линка и Дорана. Я быстро прикидывала, куда бы свинтить. Но поскольку путей отступления не было, пришлось остаться на месте. И изобразить полное безразличие к происходящему.

– Именем короля! Мы разыскиваем пропавшую ведьму, сбежавшую из подземелья!

Я чуть было не брякнула, что вовсе не сбегала ни из каких подземелий. И, чтоб не сболтнуть лишнего, старательно прикусила язык. Дорана пнула меня в левый бок и, подождав, пока я отодвинусь, спустилась к гостям. При этом довольно бодрая старушка, резво ускакавшая вчера к соседям, вся ссутулилась, и казалось, вот-вот развалится на части. Моим первым порывом было броситься на помощь. Правда, я не успела, сердобольная Лина оказалась шустрее. Наша хозяйка немедленно повисла на Линкином локте.

– Шпасибо, внученька, – прошамкала бабуся, еще с утра совершенно четко выговаривающая все буквы в словах. – Сынки, – обратилась она к служивым, – вы ко мне?

Ребята переглянулись. Тот, кто выглядел постарше, неуверенно повторил:

– Разыскиваем ведьму.

– А-а-а, – протянула наша хозяйка, – вы уж как найдете, всенепременно жгите. Их, акромя как огнем, ничем не изведешь, этих ведьм-то.

Наша хозяйка покачала головой и погрозила пальцем куда-то в сторону предполагаемой ведьмы. Поскольку от ее жеста искомая колдунья не появилась, солдаты синхронно вздохнули, и старший строго сообщил:

– У нас есть информация, что в вашем доме со вчерашнего дня проживает неизвестная. – Нам с Линкой достались изучающие взгляды. Линка смутилась, а я широко улыбнулась.

– Эт кто сказал? – неожиданно выйдя из образа, быстро осведомилась Дорана.

– Э-э-э, – растерялся парень.

– Это внученьки мои приехали ко мне, – снова зашамкала бабка, кивая в нашу сторону. – Из городу.

– Брешет она, – раздалось с другой стороны улицы. Новое действующее лицо маячило за забором у домика на противоположной стороне улицы. – Откуда у нее внучки? У нее и детей-то сроду не было.

– Тю, Марася! – хмыкнула Дорана. – Ты чего глотку дерешь?

– А ты чего врешь, старая колода?

– Не слушайте ее, – улыбнулась наша хозяйка, – это она по-соседски со мной ругается.

– Как же! Да она сама старая ведьма! Вы в дом-то ее загляните. Там и демонов, и упырей наловите.

Солдаты опять переглянулись.

– Да вы не слушайте ее, сынки, она просто умом больная, – мирно сообщила бабка. Тетку напротив чудным образом перекосило. – Это внучки мои приехали ко мне.

– Врешь! Врешь! Откуда внучки? Откуда? – Соседка перешла на крик с легким повизгиванием.

Солдатам это явно пришлось не по душе. Тот, что помладше, сморщился, будто услышал скрежет когтей по стеклу. Впрочем, звонкий голос соседки весьма походил как раз на подобные звуки.

– Дочки это моего сына, – спокойно пояснила Дорана насторожившимся стражам.

– Какого сына, старая? Да твой выродок от тебя лет пятьдесят как сбежал! Врешь ты!

– Он не сбежал, а в город поехал, чтобы жизнь свою устроить, – не меняя интонации, заявила наша хозяйка. – А теперь вот дочки его ко мне приехали. Навестить бабушку.

– Врешь, врешь! Я твоего кривозубого мальчишку хорошо помню! Он перед побегом на всю деревню поклялся, что вовек не вернется. Все слышали! Выжила сама своего ублюдка!

Дорана вздохнула. Потом спокойно сказала, обращаясь все к тем же стражникам:

– Поклялся. И так и не вернулся. Так и помер вдали от дома. – Развернулась и в повисшей мертвой тишине ушла в дом.

Лина укоризненно покачала головой, глядя на стражников. Ребята смутились и растерянно проводили взглядами уходящую старушку.

Я, вдруг поддавшись порыву, подлетела к калитке.

– А эта ведьма, она какая? Ну, на кого похожа?

Тот, что выглядел помоложе, заученно оттараторил:

– Ростом невысокая, волос рыжий, короткий, одета в штаны мужские, злая, жестокая, глаза колдовские, язык, как у змеи, раздвоенный. – И добавил: – Может заговорить человека до смерти.

Я только хмыкнула. А я-то себе казалась симпатичной! Что-то король меня не очень хорошо разглядел. Или память его подводит. Впрочем, мне от этого только лучше.

– Не-э, у нас таких нету. Хотя, кажется, у тети Мараси волосы рыжие, может, она знает? – Я невинно похлопала глазами, указывая в сторону агрессивной соседки, и, подхватив под локоток Линку, удалилась в дом. У самой двери обернулась, чтобы иметь возможность наблюдать перемещение всадников к дому напротив.

Дорана плакала. И мы с Линкой, не сговариваясь, обняли ее, а после до самого вечера развлекали самыми разными историями. Я даже читала стихи. Сама Дорана тоже оказалась неплохим рассказчиком. Вечер прошел в теплой, семейной атмосфере. Я и впрямь ощутила себя Линкиной старшей сестрой и Дораниной внучкой. Моя новая семья, кажется, разделяла мои чувства.

Уже засыпая, я ехидно послала воздушный поцелуй королю, моему любимому Серпентарию и всей королевской гвардии. Не на ту напали, ребятушки.