Четырнадцатое, суббота - Владимир Жариков

Два лакея на запятках, обернувшись, достали мушкеты и направили их в нас. Два выстрела грохнули, слившись в один. Одна пуля просвистела прямо над моей макушкой, другая царапнула Вольфу ухо, пошла кровь. Так, а это уже не шуточки, пули-то настоящие. Ведь могли и в глаз попасть или еще куда, а то и вообще убить! Мушкеты у них, по всей видимости, тоже были однозарядные, как и конфискованный у разбойников пистолет. Перезаряжать, находясь на запятках трясущейся кареты, им было не с руки. Тем временем карета прибавила ход,. мы видели, как кучер стегал бичом коней.

- Ну, гады, это вам даром не пройдет! - сказал Вольф. - Дай-ка пистолет!

Я машинально протянул ему оружие, подсознательно догадываясь, что может произойти смертоубийство, но не знал, как помешать этому.

- Может не надо, - сказал я на всякий случай. - Пусть улепетывают!

- Ну уж нет!

Вольф был настроен очень решительно. Он пришпорил серого в яблоках и не целясь выстрелил, сбив пулей с одного из лакеев шляпу. Лешек залился оглушительным свистом, и перед каретой на дорогу упало дерево. Карета остановилась, кучер, оба лакея и еще один слуга, сидевший с кучером на облучке, бросились врассыпную в лес.

Мы подъехали к карете. По дороге Вольф подобрал сбитую с лакея шляпу. Мне показалось, сейчас он схватит ее зубами и будет трепать, как разъяренная собака. У кареты мы спешились и открыли дверцу. Внутри находился полный, средних лет человек в расшитом бисером черном камзоле, пышных (не знаю точно как сказать, не разбираюсь в средневековой одежде) шароварах что ли, или панталонах до колен и желтых чулках с подвязками крест накрест. Он забился в угол и дрожал от страха.

- Вы-вы-вы не посме-ме-ете! Я-я уже все-се отдал. Вам те-теперь нужна моя жизнь? Ну убивайте, убивайте, чего тянуть!

Он разрыдался. Вольф встряхнул его за плечо и сказал:

- Прекратите истерику, сударь, и объясните нам, что все это значит! Зачем ваши люди стреляли в нас?

Мы сели в карету. Я с Вольфом напротив перепуганного господина, Лешек - рядом с ним.

- Вы приняли нас за разбойников? - спросил я.

Он закивал головой.

- Уверяю вас, это не так. Более того, мы сами вчера оказались жертвами нападения лихого народца.

- И вас тоже обчистили до нитки? - обнаружив в нас родственную душу, перепуганный господин стал обретать дар нормальной речи.

- Напротив, мы произвели экспроприацию экспроприаторов.

- То есть?

- Ограбили разбойников, - пояснил Вольф. - Это вы ночевали у дороги в трех часах пути отсюда?

- Да-да. Да. Стало совсем темно, и я подумал, что не стоит продолжать путь… Я был очень расстроен, мы пережили такой стресс! Вчера вечером на развилке кучер свернул не на ту дорогу, и мы стали жертвами нападения этих нелюдей…

- Ета, я бы попросил, типа… - обиделся Лешек.

- Простите, этих тварей! Какой пассаж! И я принял решение - вернуться назад, поскольку выполнение моей миссии потеряло всякий смысл. Ведь они забрали и шкатулку! А без нее…

- Вы едете в Алмазную долину?

- Теперь уж да! - со вздохом сказал напуганный господин. - А еще вчера я направлялся в Шема Ханство с очень ответственным поручением Великого Волшебника, Мага и Чародея, Властелина ночи, Повелителя Алмазной долины Бэдбэара, но - увы! За утрату этой шкатулки мне грозит самое худшее: меня уволят с должности и на год лишат развлечений. А может быть и… (театральная пауза) на два!

Напуганный господин отвернулся и закрыл ладонями лицо. Я переглянулся со своими спутниками: "Почему бы не помочь хорошему человеку?", "Действительно, почему бы нет?". Я вышел из кареты и достал из рюкзака, навьюченного на каурого, шкатулку, колье, медальон и перстень.

- Это ваше?

Напуганный господин сначала онемел, потом округлил глаза, расширив их до размера… да шут с ними, не буду подбирать сравнения. А после чуть не пробил головой крышу кареты. Крыша оказалась крепкая.

- О, боги! Где вы это взяли?!!

- Я же сказал: провели экспроприацию экспроприаторов.

- Я… я так благодарен, это выше всяких похвал! Но мне нечем отблагодарить вас, у меня отняли все деньги. Почти все, заначка-то у меня осталась, но ведь меня ждут еще издержки в пути, пока я смогу обналичить векселя. Я же теперь, благодаря вашей любезности, имею возможность продолжить выполнение своей миссии. А вы держите путь в Алмазную долину?

- Да, - хором ответили мы.

- А если не секрет, по какому делу?

- Добиться аудиенции Бэдбэара, - ответил я.

- Великого Волшебника, Мага и Чародея, Властелина ночи, Повелителя Алмазной долины Бэдбэара, - добавил Лешек.

- Добиться ЕГО аудиенции непросто. У вас действительно очень важное дело?

- Да, - заявил Лешек. - лично я хочу поступить в университет и стать магистром.

- Мне нужно изменить свой мерзкий характер, - сказал Вольф. - Стать добрее, терпимее и научиться любить.

- А мне, - в свою очередь произнес я, - необходимо разыскать похищенных друзей и найти врата для перехода в другой мир.

Незнакомец развеселился. Он уже не был напуганным господином. Теперь он был Вальяжным господином, Чванливым господином и Самодовольным господином.

- Зачем же вам добиваться аудиенции Его Магейшества Великого Волшебника, Мага и Чародея, Властелина ночи, Повелителя Алмазной долины Бэдбэара? Вам, юноша, - он повернулся к Лешеку, - разумнее всего было бы обратиться в приемную комиссию университета. Вы, молодой человек, - он посмотрел на Вольфа, - просто могли бы поработать над собой методом аутотренинга или воспользоваться помощью любого мага средней руки. Что же касается вас (то есть меня), розыском пропавших людей и нелюдей занимается гражданская полиция, а насчет второго я могу вас уверить, переход в мир иной прост, - он скрестил на груди руки, откинул голову и закрыл глаза, - другого способа нет.

- Прикольно, да? - сказал Лешек. - Нам, типа, советы не нужны. Мы, как бы, и сами знаем, как мечты свои сбыть… сбудить… Тьфу! Осуществить!

- Да вы не сердитесь, господа, просто Великий Волшебник, Маг и Чародей, Властелин ночи, Повелитель Алмазной долины Бэдбэар не имеет ни времени, ни возможности пообщаться с каждым своим подданным, - говорил незнакомец, пока мы покидали карету. - Впрочем… А почему бы ему не пообщаться с чужеземцем?

Он поймал меня за руку, когда Лешек с Вольфом уже направлялись к лошадям.

- Возьмите этот перстень, - незнакомец понизил голос. - Он дает право прохода везде, во все учреждения канцелярии Его Великого Магейшества. Держите!

Сжав мою ладонь, он вложил в нее серебряный перстень с печаткой, после чего гаркнул зычным голосом:

- Эй вы, жалкие трусы! А ну выходите, вашим поганым жо… э… жизням ничего не угрожает!