Энфис. Книга 6 - Александр Кронос

В конце концов, мы в этом замесе почти с самого начала. Штурмовали железнодорожную станцию, прошли ледяную пустыню Рэдда и выбрались оттуда живыми. Внесли хаос на планету шизанутых вояк. А теперь он решил взять и ударить в спину? Я бы понял, заведи он разговор о том, что хочет уйти. "Прошитый" может неплохо устроиться и без клана. Даже сейчас. Или банально примкнуть к другому. Всё, что мне понадобилось бы — обещание не разглашать наши секреты. Да, скорее всего я бы постарался поставить какой-то ограничитель. Аналог той закладки, которая есть у советника, только с запретом на разговоры о Кадзи, древних рода, клане Торро и ещё паре десятков вещей. Но не стал бы возражать.

Выдохнув, поднимаюсь на ноги. Хер с ним. Встречусь, просканирую и определюсь с дальнейшими действиями. В крайнем случае придётся прикончить. Если всё не так плохо, как кажется, то думаю будет достаточно обычной беседы.

— Не знаю, стоит ли вмешиваться. Но думаю, стоит проверить и самого безопасника. На всякий случай. Конечно, если ты думаешь не об этом же.

А ведь в целом верно. Кто сказал, что сам офицер безопасности не является частью заговора? И целью всей это беседы не был конфликт между мной и одним из старых соратников? Да, выглядит слишком топорно для тонкой игры. Но большинство моих новых подчинённых родились и выросли на пограничной планете. Там тонкость не в большом почёте.

Определившись с решением, покидаю каюту. И через десять минут уже стою недалеко от кабинет безопасника. Заходить не хочется — это будет слишком очевидно. Поэтому решаю попробовать навык на расстоянии.

Развернув интерфейс, запускаю его. И удивлённо моргаю. Теперь я вижу фигурку офицера через переборку. Энфис-структура подсвечивается разными цветами, но на её фоне выделяется яркая клякса. Та самая метка, которую оставила после себя инициация.

Какое-то время просто наблюдаю. Что интересно, радиус действия солидный — помимо безопасника, я вижу ещё десятка полтора членов экипажа, которые находятся поодаль.

В конце концов пробую потянуться к яркому пятну. Это получается неожиданно просто — от моего энергокаркаса отделяется тонкий канал, который стремительно преодолевает расстояние и буквально впивается в кляксу.

Сознание как будто раздваивается. Одна его часть воспринимает мир, как и раньше. А вот вторую наполняют эмоции безопасника. На несколько секунд прикрываю глаза, пытаясь стабилизировать ощущения. Потом принимаюсь за анализ.

Первое — отчётливое чувство вины. Но это может быть из-за моих слов о том, что нужно было обозначить ситуацию сразу же. Второе — чувство хорошо сделанной работы. Опять же непонятно — если предположить, что он лгал, то может ощущать удовлетворения из-за того, что его план оказался успешным. Третье — облегчение. Тут вариантов и вовсе море.

В голову приходит неожиданная идея и я решаю попробовать. Срабатывает — связь оказывается двусторонней. И если начать транслировать ему определённые чувства или эмоции, то офицер их чувствует. Сначала тестирую на самом простом — жажде. После того, как тот дважды выпивает по стакану воды, перехожу к основной задаче. Как скоро выясняется, передать кому-то чувство лояльности к своей персоне, уже не так просто. Не самое тривиальное занятие.

Но в итоге вроде бы срабатывает — эмоциональный фон меняется. Снова разбираю его по составляющим. Чувство хорошо выполненной работы только выросло. Как и уровень внутреннего облегчения. Выходит не врал. Он и правда получил эти рапорты, а Санн действительно озвучивал фразы, которые ему приписывают.

Вырубаю навык и меня слегка потрясывает — возвращение в обычное состояние не проходит без стресса для организма. Возвращаясь в каюту, снова слышу советника.

— Ну как? Что показала проверка?

Губы сами кривятся в грустной усмешке.

— Он говорил правду. Или искренне так считает.

Тот лишь вздыхает в ответ. Я же ускоряю шаг. Только вместо каюты топаю в кают-компанию, где делаю себе чашку кофе. И долго пытаюсь успокоиться — из головы не хочет уходить вопрос "зачем"? Как ни крути, у Санна не должно быть серьёзной мотивации для предательства. Всё, что он излагает — ерунда. Стремись парень исключительно к деньгам, да спокойной жизни, давно бы свалил из отряда.

Возможно устал за время наших странствий? Или сорвался после гибели Нерри и Колюча? В принципе всё может быть. Но даже если так, это не поводу наносить удар в спину

Сколько не перебираю в голову факты, так и не могу понять, из-за чего он на самом деле слетел с катушек. Самый простой вариант — всё озвучиваемое правда и он жаждет больше денег. Но хочется верить, что причина на самом деле в другом. И всё, что нужно — просто решить какую-то определённую проблему.

Когда звучит сигнал тревоги, удивлённо дёргаюсь и вскакиваю на ноги. Какого хера? Мы же в червоточине. Мятеж?

— У нас двадцать минут до выхода в системе Рапсоры.

Неожиданно. Выходит я просидел тут почти три часа. И судя по полной чашке кофе на столе, несколько раз делал себе напиток. На полном автомате.

Рыкнув, делаю глоток горячего кофе и шагаю на выход. Пока занять своё место на мостике.

Добравшись, обмениваюсь взглядами со слегка встревоженной Эстой. Рухнув в кресло, обращаюсь к советнику.

— Ты передавал данные Эззе?

— А нужно? Пока я ничего не сообщал. Решил, что этот вопрос лучше проработать в одиночку.

Значит девушка просто беспокоится из-за того, что я около трёх часов проторчал в кают-компании. Понимаю. Нехарактерное поведение партнёра — тревожный признак.

По-хорошему, ей наверное тоже стоит знать. Помимо меня и Эсты на борту нет других "ветеранов". И если с Портером начнутся проблемы, то разгребать их тоже придётся нам. Видимо надо будет выложить ей всё после того, как выйдем из червоточины. Или нет. Нужно подумать.

Вот и время выхода. Резкая смена картинки за стеклом корабля, заставляющая моргнуть глазами. Поворачиваю голову к монитору радарной системы. А из устройства связи слышится голос Тонка.

— У нас небольшие осложнения, командир. Хотя, ты наверное и сам это видишь.

Глава VII

На радарах и правда отображаются чужие корабли. Правда всего два и довольно далеко — в районе самой Рапсоры. Хочу поинтересоваться, кто это такие, но тут система связи снова начинает работать, озвучивая чьё-то сообщение.

— Говори контр-адмирал Михель Корк. Я возглавляю восьмое космическое крыло Конфедерации Равенства. Во