Блондинка и два брата-аристократа - Полина Нема

На ватных ногах я пошла к дому.

— Дмитрий, останьтесь на улице.

— Светлане будет тяжело завязать корсет в одиночку, — ответил Дмитрий, не сбавляя шага, и надменно посмотрел на правителя. Было заметно, как Андрайон напрягся под этим взглядом. Хоть и кажется мощнее и мускулистей.

Только мы вошли в дом, как меня подхватили под руку. Мы пролезли под упавшей балкой, чудом не разбившей лестницу, а вот на повороте чудо-юбка слетела, оставляя меня в одних трусах.

— Эй! — попыталась вырваться из его хватки.

Я, конечно, не из тех, что на море в бикини, а как в домашнем, то сразу прячутся. Но проблема была еще в том, что я надела свои счастливые хлопчатобумажные с оранжевыми уточками. Это как раз из серии: сбил грузовик, а что патологоанатом скажет про увиденное?

Дмитрий резко остановился и осмотрел меня с ног до головы.

— Мило. Светлячок, иди в комнату, — он немного сжал мою руку, но тут же отпустил и убежал на третий этаж.

Я тут же кинулась в комнату. Дневник запрятала в тайник. Найдут братья — хорошо, не найдут — почитаю потом. Если вернусь.

Только задвинула крышку, села на кровать, прикрылась одеялом — вошел Дмитрий.

В руках у него — темно-зеленое платье и черные полусапожки.

— Мамины вещи, — коротко ответил он. — Снимай все.

— Вы выйдете? — спросила его.

— Светлячок, нет времени, — он подошел к окну. — Тебе помочь?

— Я сама! — тут же отозвалась, пытаясь понять где верх, где низ у платья. Казалось, что изнутри у него выдрали пару юбок.

Быстро натянула, расправила спереди и сзади. Декольте неглубокое — овальное. А ткань такая приятная и не пыльная. Только зашнуровывается на спине…

Оголенной спины коснулись теплые мужские пальцы.

— Выпрямись, — легкое касание по позвоночнику, а меня словно током пронзило.

Я втянула живот, расправляя плечи.

— Светлячок, без глупостей. Мы едем в замок правителя. Вспоминай все исторические и псевдоисторические сериалы, касающиеся аристократии и знати. За две минуты я тебе ничего не успею рассказать…

Он запнулся. А я застыла на месте, пытаясь унять собственное дыхание и бешено-колотящееся сердце.

— Женщины, — прошептал он, опаляя дыханием шею. — Только в вашем мире норма надевать вначале платье, а потом обувь.

Ой, точно.

Я села на кровать и стала натягивать сапожки. Корсет впился в живот, когда я согнулась. Охнула, от боли.

Дмитрий не выдержал, забрал обувь и помог обуться. Н-да, с таким мужчиной ничего не страшно.

— Дмитрий, почему? — спросила его, вставая с кровати и расправляя платье. Сзади оно длиннее, чем спереди. А сапожки прям размер в размер.

— Что «почему»? — он обошел меня, разглядывая.

— Почему вы не сдали меня? И вообще спасаете?

Если даже правитель сказал, что они могут всех перебить прямо на месте, а он не рисковал. Я не верю, что нравлюсь ему настолько, что ради меня он рискует братом.

— Потому что, — он положил руку мне на щеку. — Жизнь человека — самое ценное. А наш жизненный принцип — не лишать ее просто так.

— А клятвы? — кровь пульсировала в висках от его близости.

Дмитрий притянул меня к себе.

— Они ничего не стоят для тех, кто не в курсе, — его губы так близко к моим, что я ощущаю тепло его дыхания. Но отголоском разума понимаю, что нас могут подслушивать. Главное не сорваться и не поцеловать. — Правитель — из чужой страны, чужой народности. Он и понятия не имеет, какие клятвы имеют вес. Светлячок, отыграй эту роль до конца. Когда все закончится — на трон взойдет истинный наследник Бребулье, а мы вернемся домой. Думай о сестре.

Он выпустил меня из объятий.