Кто на свете всех прекрасней? - Марисса Мейер

Лицо Эврета снова исказилось. Его упрямство и решительность не позволяли ему дать выход эмоциям.

– Она сказала, что вы приходили в ее магазин, Ваше Высочество. Сказала, что вы были восхищены этим гобеленом. – Эврет сглотнул. – Я подумал, что она была бы рада, если бы гобелен теперь принадлежал вам. Вы ведь были ее принцессой… И еще я подумал… Хочу поблагодарить вас за то, что убедили Ее Величество отпустить меня. Вы даже не представляете, как это было для меня важно. Я буду благодарен вам до конца своих дней.

Левана откашлялась, не спуская глаз с гобелена. Ей нравилось в нем все – идея, безупречная ручная работа… Нравилось, что Эврет подарил его ей. Но она понимала, что не сможет без зависти смотреть на что-то, созданное его супругой.

– Он прекрасен, – наконец ответила Левана, вставая. – Если вы не против, я уберу его в безопасное место. Мы отдадим его вашей дочери, когда она станет старше. Этот гобелен принадлежит ей.

Глаза Эврета расширились от удивления, на его лице медленно проступила улыбка.

– Благодарю, Ваше Высочество. Это… – Он отвел взгляд и сжал губы, борясь с переполнявшими его чувствами. – Это так благородно. Вы очень добры. Спасибо.

Левана покачала головой.

– Вы не должны благодарить меня. Мне не нужна ваша благодарность, Эврет.

Он опустил руки.

– Тогда примите мою дружбу, – сказал Эврет, – если вы по-прежнему желаете этого. Хотя я простой стражник и не заслужил ее.

Его улыбка была такой напряженной, что Леване пришлось отвернуться. Она чувствовала, как пылает ее лицо. Ее сердце превратилось в вулкан, по венам текла лава.

– Нет, Эврет. Вы должны понимать, что я считаю вас больше, чем… просто другом.

Улыбка на губах Эврета застыла. Он испуганно посмотрел на нее.

– Ваше Высочество, я… – Он покачал головой. – Я не хочу, чтобы мой визит…

– Что? – перебила его Левана, шагнув вперед.

– Оставил у вас неправильное впечатление, – продолжил Эврет, смягчив слова неуверенной улыбкой. – Вы милая девушка. Иногда мне кажется, что вы… вы запутались. Я знаю, что у вас добрые намерения… и что вы одиноки. Я понимаю, каково вам здесь, во дворце.

Левана тут же разозлилась. Она со стыдом подумала обо всем, что он видел – издевки Чэннери, смех придворных…

– Вам нужен друг. Я могу помочь. Ведь я здесь ради вас. – Выпустив край гобелена, Эврет поднес руку к лицу. – Простите, я подобрал не те слова. Мне не хотелось показаться…

– Снисходительным?

Эврет вздрогнул.

– Я забочусь о вас. Вот что я пытаюсь сказать. Я всегда здесь для вас, если вам захочется поговорить с кем-то, побыть рядом с другим человеком.

Левана раздраженно прикусила нижнюю губу, но в то же время в ней горела такая любовь к этому мужчине, что слезы подступили к глазам. Она перевела взгляд на гобелен – континенты Земли, необработанные края, блестящие золотые нити… Сделала глубокий вдох.

– Я знаю, – ответила Левана. – Знаю, что вы заботитесь обо мне. – Застенчиво улыбнувшись, она осмелилась посмотреть Эврету в глаза. – Сначала кулон, теперь гобелен. Вы словно пытаетесь подарить мне целый мир, сэр Хейл.

Эврет покачал головой.

– Лишь немного доброты, Ваше Высочество.

Улыбка Леваны стала шире, когда она подошла ближе, ступая босыми ногами по роскошному гобелену – через Антарктику, Атлантический океан…

– Вы уверены? – спросила она, бросив взгляд из-под опущенных ресниц, как делала Чэннери, когда общалась с потенциальным поклонником.

Эврет посмотрел на ее ноги на гобелене и нахмурился.

– Ваше Высочество…

– Я не запуталась, Эврет. Я не одинока. – Левана схватила верхний край гобелена, и Эврет отпустил его. Ткань упала на пол, и на лице Эврета снова появилась тревога.

Он отступил, но Левана, сама не осознавая этого, применила свой дар, и Эврет остался стоять на месте.

– Что?..

– Я люблю вас, Эврет.

Его тревога превратилась в ужас.

– Ваше Высочество, нет!.. Это не…

– Я знаю, знаю… Вы были счастливы в браке. Вы очень любили свою жену. Я понимаю. Но теперь ее нет, а я есть, как вы не понимаете? Все должно было произойти именно так. Так должно было случиться.

Эврет с изумлением смотрел на Левану – так, будто не узнавал ее. Будто не он улыбался ей несколько секунд назад, не он говорил с ней. Но он ведь уже признался ей, открыл ей правду!

Дружба? Дружба?

Нет. Кулон, гобелен и то, что он оставался с ней наедине в ее покоях…

Мужчина, желающий быть только другом, так себя не ведет. Эврет принадлежал Леване так же, как она принадлежала ему.

Она снова шагнула к нему, и он поднял руки, чтобы оттолкнуть ее.

– Перестаньте! – тихо прошипел Эврет, словно опасался стражников, оставшихся за дверью. – Этого я и боялся. Я знаю, что вы… – он запнулся, подбирая слова: – испытываете чувства ко мне, Ваше Высочество, и я польщен, но пытаюсь…

– Я могу стать ею, – перебила его Левана. – Если вам так будет проще.

Эврет с испугом уставился на нее:

– Что?

– У меня отлично получается. Вы видели… какой убедительной я могу быть.

– Что…

На этот раз облик Солстис Хейл дался ей проще – с каждым разом все проще. Левана была уверена, что запомнила ее в малейших деталях, от изгиба бровей до легких завитков на концах длинных темных волос.

Эврет попытался отшатнуться, но не смог сдвинуться с места.

– Принцесса, перестаньте.

– Но вы ведь этого хотите, не так ли? Так вы получите и то и другое. Я стану вашей женой. Стану матерью вашего ребенка. Люди быстро забудут о той, что умерла. Останемся лишь я и вы, наша идеальная семья. Вы станете принцем, Эврет, а это гораздо лучше, чем быть стражником, и…

– Перестаньте!

Левана замерла. Гнев, с которым он это произнес, заморозил огонь в ее венах. Эврет задыхался и пытался отстраниться от нее. Левана испугалась, что он упадет. Нахмурившись, она ослабила свои чары, и он пятился до тех пор, пока не натолкнулся на стену.

– Прошу, – пробормотал Эврет. – Перестаньте так себя вести. Вы не понимаете… Вы не знаете, как раните меня.

Левана чувствовала смущение, но твердо решила не сдаваться, и смущение исчезло. Она подошла к Эврету вплотную, почти прижалась к нему. Эврет попытался уклониться, но отступать было больше некуда.

– Вы не можете отрицать, что желаете меня. После того подарка на день рождения и открытки. После всех улыбок и…

– Всевышние звезды, принцесса, я просто пытался быть вежливым.