Солнце для речного демона - Марго Генер

Приложив титанические усилия, кашляя и пыхтя, как потревоженный буйвол, Эмили подняла голову и застыла.

Перед ней стоили две очень стройные девушки. Настолько стройные, что их можно было бы принять за подростков, если бы не рост. Они явно были выше Эмили на пол головы. Бедра и плечи узкие, а талии и вовсе можно обхватить ладонями. Лица заостренные, глаза большие и светлые, волосы до самых пяток и ниспадают аккуратными волнами. У одной черные, как деготь, у другой – соломенные. Обе бледные, как свежевыбеленные стены и наряжены в светлые платья из тонкой ткани до пола.

На Эмили смотрят строго и даже с какой-то злостью.

Она попыталась заговорить, но получился лишь кашель. Белокурая покачала головой и проговорила резко:

- Берем её и потащили. И так уже воду за ней вытирать. Мало ли, что из этих земны вывалился.

Едва она закончила, как Эмили ощутила на локтях крепкие и цепкие, словно когти пальцы. Не успела и пискнуть, как эти хрупкие девы сдернули её с места и поволокли по гладкому полу.

Никогда в жизни еще Эмили так не позорили. Даже к жертвенной реке она пришла сама, на своих ногах. А теперь её волокут, словно телушку на убой.

Праведное возмущение придало сил. Она задергалась и, наконец выдавила из себя:

- Кто вы? Где я?

Темноволосая покосилась на неё, не прекращая движения. Глаза сверкнули голубым.

- Гляди, - сказала она подруге. – Разговаривает. Ишь ты. Прежние только сознание теряли и рыдали.

- Эта какая-то странная, - согласилась белокурая. – Волосы гляди какие. Цвет, будто рака сварили.

- Фу, где ты видела вареных раков? – поморщившись спросила темноволосая.

Девушка с соломенными волосами ответила с явной гордостью:

- Тебя еще не было, а меня хозяин брал в путь к кипящим озерам. Вот там и видела. Раки если близко к ним подплывают - варятся заживо и становятся вот такого цвета.

Они обе оглянулись и посмотрели на Эмили так, словно это она виновата в том, что эти раки варятся. Но решимость понять, где находится и почему ее волокут в неизвестном направлении Эмили не покинула. Если ее собираются судить боги, она имеет право хотя бы знать где и почему.

- Вы боги? – снова собравшись с силами спросила она.

Девы переглянулись, а через мгновение голубой коридор, по которому тащили Эмили заполнился мелодичным смехом. Он походил на звон десятков колокольчиков, и Эмили невольно подумала, что боги с таким смехом непременно должны быть добрыми. И вдвойне не понятно, почему они так недовольно смотрят на нее.

- До богов нам, как на старом окуне до неба, - с кривой усмешкой отозвалась белокурая.

- Тогда кто? – недоверчиво спросила Эмили и попыталась подняться, но ноги все еще не держали.

Девушки перехватили ее поудобнее, а белокурая проговорила:

- Тебе не обязательно это знать.

- Да какая разница? – отозвалась темноволосая. – Потом-то всё равно узнает. Мы ундины, деточка. Верноподданные ундины…

- Много разговариваешь, - оборвала ее вторая. – Неведение для них лучше. Эффект больше. Замолчи и потащили.

Эмили попыталась воспротивиться.

- Я сама могу, - слабо проговорила она и зашевелила ногами.

Но и ей, и девушкам, которые назвали себя ундинами, было ясно – сама она пока не может. Пришлось смириться и повиснуть на тонких, но невообразимо крепких девичьих руках.

Об ундинах Эмили знала лишь из «Легенд старого Обода». В них говорилось, что они прекрасные девушки, которые расчесывают волосы, поют на берегу и заманивают чарами одиноких мужчин. И, видимо, поэтому они так недобро смотрят на нее - Эмили на мужчину похожа слабо.

Ее волокли, казалось, вечность. За это время она успела кое-как прийти в себя. Мокрое платье липло к телу, она замерзла. Но сопротивляться и задавать вопросы все еще не решалась. Если в этих ундинах достаточно силы, чтобы тащить ее без единой тени напряжения, наверняка хватит удали, чтобы присмирить.

Смирение никогда не было коньком Эмили, несмотря на доброту, она верила: если чувствуешь, что делаешь правильно – делай. Но сейчас она даже не понимала, что происходит, жива ли она и куда ее тащат. А женское чутье подсказывало – спорить с этими девами плохая идея.

Они поглядывали на нее по очереди, словно сговорились. Эмили молча смотрела на них и на прозрачные стены, переходящие в потолок, за которым исходит волнами голубая вода. В ней все так же неспешно движутся вытянутые тени, но не приближаются, словно боятся.

После очередного поворота темноволосая ундина проговорила:

- Может поставим ее? Надоело тащить.

- Не переломишься, - отозвалась белокурая. – Тебя зачем послали? Вот и выполняй.

Ундина со смоляными волосами скривилась и фыркнула.

- Я вообще не понимаю, зачем мы это делаем.Какая разница, где? Всегда одно и то же. Так зачем напрягаться?

- Тебе пиявки мозги выпили? – спросила другая дева. – Ему лучше знать, что и как делать. А ты лишь ундина, обязанная ему абсолютно всем. Ты ходишь и плаваешь, потому что он позволил. Иначе давно отправилась бы к богам.

Темноволосая снова поморщилась.

- Я смотрю, ты вся млеешь от него, - сказала она. – А может и хорошо было бы попасть к богам. Откуда ты знаешь?

- Будто ты не млеешь, - огрызнулась белокурая.

- А я не знаю, я это или моя ундинья суть, - парировала другая девушка.

Эмили слушала перепалку этих прекрасных, хотя и очень странных дев и пыталась собрать воедино обрывки их слов. Понять ундин сложно. Но Эмили уяснила несколько вещей – они не боги, у них есть хозяин. И он тоже не бог. И если они все не боги, то, вероятно, она жива, а вовсе не умерла, как ей казалось прежде.

Темноволосая ундина продолжала:

- Может, это вовсе не я желаю, а то, кем я стала благодаря ему? Может, будь я человеком или низкоросликом… Как их… го… гномом, я бы и не посмотрела в его сторону.

- Дура ты, - спокойно сказала белокурая. – Причем неблагодарная. Будь ты хоть креветкой, от него млела бы, как миленькая. А станешь дальше ерунду молоть, все расскажу ему. Он быстренько тебя выгонит. Отправит в Туманное море, чтоб неповадно было.

Кожа ундин была бледной. Но даже с этой бледностью Эмили заметила, как побелело лицо темноволосой.

- Не говори ему, - взмолилась та. – Ты же понимаешь, я просто болтала. Я же всегда так, мелю языком, как лягушка. Даже сама не понимаю, что несу. Вот даже сейчас. Вообще не понимаю, я тины переела, она в голову ударила. Не говори ему…

Ундина явно испугалась. Тот, кому принадлежит это подводное место имеет над ними власть.

И ему зачем-то понадобилась она, Эмили.

Чрез какое-то время бесконечный коридор разветвился, ундины проволокли ее в самый левый проход и рывком поставили на ноги. Ее качнуло, но Эмили смогла удержаться, тем более что крепкие руки все еще сжимали локти.