Отдел 15-К. Тени Былого - Андрей Васильев

– Ох, и дурак ты, приятель, – не выдержал Коля. – Ну и дурак…

А ведьма, что его на крючок поддела, – молодец. Она с тех клиенток такой навар сняла, что этому идиоту и не снилось, причем наверняка не только деньгами, причем ничего своими руками не делая и потому ничем не рискуя. Ей же даже предъявить нечего, она просто помогала мальчику продавать ценности, исключительно по доброте душевной. А какие уж, с какой начинкой – ей неведомо. И все, с нее взятки гладки.

– Хотя она несколько листов у меня забрала, – даже не обратив внимания на реплику Нифонтова, продолжил бубнить Виктор, кивком указав на бумаги, что так и держал в руках оперативник. – Сказала, что в такие дебри не то, что мне, но и ей самой лезть не имеет смысла, но для ее коллекции это самое то. Просто она собирает старинные манускрипты подобного толка. Там и в самом деле что-то невнятное было написано, вроде «Перековка небесного металла» или «О том, как Индрик-зверя изловить и на службу к себе поставить». Ну ведь чушь же несусветная, согласитесь? Индрик-зверь! Я погуглил, кто это такой, долго смеялся. Даже в свете происходящего все равно ерунда полная выходит.

– Отдал, стало быть? – уточнил Коля.

– Отдал, – подтвердил юноша. – Правда, не все, как она хотела, а только часть, сказал ей, что остальное водой залил случайно и выбросил. Просто жалко стало как-то, все-таки это немалая ценность, наверное, дорого стоит. А что теперь со мной будет?

– Могу сказать, чего не будет, – отозвалась Женя. – Вкусной еды, игр на приставке, прогулок на самокате и ласк женщин с пониженной социальной ответственностью. Это все переходит в раздел воспоминаний.

Прозвучало красиво, но на деле, конечно, ничего такого парнишке не светило. Доказать то, что он на самом деле причастен к бедам пострадавших женщин, возможным не представлялось просто в силу того, что законодательно вред, причиняемый людям посредством порчи или сглаза, не предусмотрен. Нет такой статьи ни в одном кодексе. И если бы сутулый вредитель был духом покрепче и соображал пошустрее, то быстро бы до этого додумался.

– Пиши список, – велел Виктору Нифонтов. – Всех, кто тогда книгу дербанил, с именами, фамилиями, телефонами и адресами.

– Адресами? – озадачился юноша.

– Если знаешь, – поправился оперативник. – Но имена и телефоны – обязательно. И Аллы Витальевны данные укажи.

– У нее телефон уже неделю как отключен, – садясь за стол, сообщил Виктор. – Абонент не абонит. У меня кое-какие ингредиенты заканчиваются, хотел их у нее попросить или купить. И в сети она не появляется. Я даже волноваться начал – человек-то немолодой, не случилось ли чего? Можно было бы съездить, но куда – я не знаю.

– И не появится, – заверил его Коля. – Даже не сомневайся.

– Почему? – удивился юноша.

– Потому что она сильно умная, – пояснил оперативник. – Что хотела – то получила, а на тебя ей плевать, потому что твои проблемы не ее головная боль. Пиши давай!

Он видел, что стресс у задержанного идет на спад, и скоро он задаст себе вопрос: «А не дурак ли я?», сам же даст на него положительный ответ, после чего непременно пойдет в отказ. Неумело, напролом, но пойдет. Разумеется, у него ничего путного из этого не получится, но информацию получить станет куда труднее, а она ох как нужна.

– А обложку от книги кто забрал? – спросила Женька, проводя пальчиком по струнам гитары.

– Ее себе Вероника оставила, – чиркая ручкой по бумаге, отозвался Виктор. – Девушка, можно вас попросить – не трогайте инструмент, не надо.

Все вышло так, как Коля и предполагал – в тот момент, когда молодой человек отдавал ему список, в его глазах уже ясно просматривалось сомнение в том, что он поступает правильно.

– Что ж вас столько было-то? – недовольно вздохнул Коля, глянув на листок. – Замучаешься теперь концы искать.

– Да половина, небось, повыкидывала эти обрывки, – предположила Мезенцева. – Как домой приехала, так сразу в ведро мусорное и отправила. Там это вроде как по приколу было, а по трезвяку поняли, что хлам он и есть хлам.

– Хорошо, если так. – Коля сложил листок и убрал его в карман. – А может, и наоборот – плохо. Шеф точно скажет, какое из этих двух мнение верное. Ну что, мастер-артефактор, одевайся и поехали. Кстати – заготовки какие еще остались? Если да – надо сдать.

– Одна была – вы ее забрали, – глухо произнес Виктор. – А куда едем? Мне там адвоката предоставят?

– Конечно же, – похлопала его по плечу Мезенцева. – Как без него? Мы же в правовом поле работаем.

Коля глянул на уверенную в себе девушку и как-то даже ей позавидовал. Непосредственно он в этот момент ничего подобного не испытывал, напротив, снова ощутил, насколько зыбки их позиции. Вот упрись сейчас этот паршивец рогом – и что тогда делать? Надевать на него наручники и волоком в машину тащить? Не лучший вариант, потому что шумный, может привлечь внимание нежелательных свидетелей. А свидетели первым делом все на смартфон заснимут и в сеть выложат, с хештегом «полиционерызвери». И тогда не жена государственного деятеля под удар попадет, а отдел. Первую не жалко ни разу, потому что от нее толку никакого людям нет, а вот отдел является той границей, которая людей от Ночи защищает. Да – не всех, возможно – не всегда, но что может – то делает.

Опыт – вот чего ему так не хватало. Кабы еще бы годик около Пал Палыча и Германа потереться, посмотреть на то, как они работают… Вот только не судьба. Законы отдела просты – раз нож выдали, то все, крутись сам.

Но – обошлось. Виктор и до машины дошел безропотно, и в ней вел себя прилично, единственная накладка вышла из-за неугомонной Женьки, которая все же попыталась присвоить себе так глянувшийся ей самокат, попробовав прихватить его как вещественное доказательство. Причем совершенно непонятно, чего именно.

– Жди, – усадил Коля неудачливого чародея на громоздкий стул с вычурной резной спинкой, с незапамятных времен стоявший на первом этаже здания, а сам направился наверх.

– Долго? – донесся до него унылый голос Виктора.

– Сколько надо, – взяла на себя роль его собеседницы Мезенцева. – Тебе теперь спешить один хрен некуда.

Ровнин, слава богу, оказался на месте, он изучал свежую прессу, попивая ароматный чай, который Аникушка ему всегда собственноручно заваривал. Или собственнолапно?

– Ну, как съездил? – благодушно спросил руководитель отдела у сотрудника. – Сцапал злодея?

– Да какой он злодей? – отмахнулся оперативник. – Балбес, да и только. Как вы и говорили, так и вышло. Этот дятел умудрился добыть колдовскую книгу, вернее, ее фрагменты, а после еще и с ведьмой на этой почве сошелся. Та, само собой, свою выгоду соблюла, а этого дурачка подставила по полной.

– Ведьмы – они такие, мимо рта ложку не пронесут, – покивал Олег Георгиевич. – Фрагменты, о которых речь шла, изъял?

– Само собой, – с достоинством ответил Нифонтов, а после протянул ему листы. – Вот они. Правда…