Самый сердитый гном - Денис Юрин

– К вопросу о шарлатанах-индорианцах, – произнес успевший восстановить глаз Мортас, рассматривая покрытый черной слизью наконечник стрелы. – Посмотри, Мартин, думаю, ты будешь впечатлен!

Маг взял отравленную стрелу в руки, предварительно стерев с наконечника тонким батистовым платком остатки вязкой массы. Через минуту обнюхивания, рассматривания и поливания платка каким-то раствором из переносного арсенала склянок чудодей огласил свое заключение:

– Муэта эвкалда, сильнодействующий яд, приготовленный на основе сока так называемого кровавого дерева, растущего на юго-восточном побережье Кантерского полуострова. При попадании в кровь смерть неизбежна.

– Даже для вампира?! – удивилась Самбина. – Человек умирает примерно на восьмой секунде, а вампир может продержаться около минуты, если, конечно, его не утыкали, как дикобраза. – Мартин кивнул в сторону лежавших возле лестницы трупов. – Противоядия нет. – Маг замолчал, ему нечего было добавить, кроме того, что план провалился и они попали в большую беду.

Массивная каменная колонна надежно защищала остатки отряда, но стоило им покинуть укрытие, как они тут же попали бы под перекрестный огонь сведущих в применении страшного яда монахов. Вопрос «что делать?» витал в воздухе, но никто из бойцов не решался его задать, поскольку боялся не получить оптимистичного ответа. Гнетущее молчание было прервано протяжным, едва ощутимым человеческому и гномьему уху звуком. Оставшиеся в живых вампиры вжались в колонну и плотно закрыли глаза и уши.

– Что это было? – спросил Мартин у побледневшей графини.

– Начало нашего конца. – Оторвав прекрасные телеса от мягкой софы, Самбина, по-видимому, твердо решила встать на путь трагико-героической патетики и философствования.

– А если точнее? – переспросил маг, едва сдерживаясь, чтобы не высказать своего отношения к любителям загадок и эффектных сцен.

– Зов Норика, – произнесла графиня и закрыла глаза. – Маркиз не только мастер трансформации, но и обладает сильным зовом, который нельзя не только блокировать, но и слышать. Для людей зов безвреден, но вампир-чужак от его звука может погибнуть или сойти с ума.

– Какие вы нежные, утонченные натуры, – проворчал Мортас и осторожно выглянул из-за колонны.

Самбина не обратила внимания на полную сарказма реплику человека-дракона, в этот миг ее волновало совершенно другое.

– Если Каталина не успела очистить туннель, то… – То через несколько минут к нам в гости пожалует около сотни разъяренных монстров, – закончила за графиню Флейта.

– Ну что ж, нет худа без добра, по крайней мере никто не будет стрелять в нас отравой, – воспрял было духом Мартин, но тут же помрачнел, взглянув на изуродованное свежими шрамами лицо Мортаса.

– Боюсь, индорианцы в курсе маркизовых проказ, они не уйдут, будут стрелять до конца… слишком многое поставлено на карту, чтобы жалеть каких-то недоделанных вампиров. Норик…

– Уже слышали, не продолжай! – оборвала разъяснения Мортаса графиня, не желавшая слушать горькую правду. – Что же нам делать? – все-таки прозвучал зловещий вопрос.

– Бороться! – ответил Мортас, на которого были устремлены взгляды соратников. – Вы напрасно на меня так смотрите, я не всесилен. Яд действует на меня медленней, но более четверти часа не продержусь. Конечно, есть другое решение, но…

– Какое? – насторожился маг, почувствовав недоброе.

– При строительстве Храма и туннелей погибло много людей, ты мог бы…

– Нет, – быстро замотал головой маг, – нет, только не это!

– Другого выхода нет, они невосприимчивы к яду, да и вампиры не причинят им вреда…

– Замолчи, я сказал «нет»! – закричал Мартин и стукнул кулаком по колонне.

– Вы о чем?! – Самбина, как, впрочем, и остальные, удивленно захлопала глазами, пытаясь понять, о чем же говорили мужчины.

– Ты должен поднять их, поднять одиннадцатый легион, точнее, то, что вначале называлось легионом! – Мортас пристально смотрел в глаза мага.

Мартин почувствовал, что Мортас знал намного больше, чем рассказал ему при встрече в гостинице. Дракон знал и о братстве морронов, и о сражении с эльфами под Дуэнабью.

– Это ведь просто, как тогда, под Дуэнабью! Я же не прошу призвать твоих сестер и братьев… только их… – Мортас замолчал, не решаясь говорить в присутствии посторонних дальше.

– Не могу, в той битве решалась судьба человечества, сейчас же угрозы нет, ничего не выйдет! – отпирался изо всех сил маг.

– Ты не можешь или не хочешь?!

– Не могу, – прозвучал лаконичный ответ, – нет необходимых условий.

– Будут, – печально улыбнулся Мортас, – условия я тебе обеспечу, но только уж и ты не подведи!

Пархавиэль накинулся сзади и крепко обхватил руками наемника, пытаясь остановить совершавшего глупость товарища, но Мортас ловко вывернулся из его захвата и выскочил из-за колонны. Дюжина ядовитых стрел тут же просвистели в воздухе, но юноша увернулся и, чтобы привлечь внимание стрелков, замахал руками над головой.

– Не стреляйте, я хочу говорить с Нориком, мне нужен маркиз! – кричал Мортас, увернувшись от второго и третьего залпов.

– Что он делает, что делает?! – негодовала графиня, пытаясь вырваться из рук удерживающих ее слуг. – Пустите, пустите меня, я должна остановить…

Совместными усилиями людям и вампирам удалось побороть потерявшую контроль над своими действиями Самбину

– Успокойся, ты ничего не изменишь, – вкрадчиво зашептал на ухо графине маг. – Это его право, его выбор, или погибнет он, или поляжем мы все!

– Прекратите стрельбу! Я сказал прекратить, а не опустить луки, болван! Держите его под прицелом! – прозвучал откуда-то из-под сводов Храма властный мужской голос.

– Но-о-орик! – в гневе прошипела графиня и попыталась вырваться из рук отвлекшихся слуг.

– Спасибо, маркиз, а то у меня сегодня не танцевальное настроение, – пошутил Мортас, отвесив появившемуся на балконе Норику галантный поклон.

– Чего изволите, милостивый государь?! Только давайте покороче, без долгих дискуссий!

– Мартин, ну сделай же что-нибудь, ты же умный, сделай, прошу! – упрашивала мага Самбина.

– В двух словах, кто я и почему я здесь, не объяснить, – усмехнулся юноша, задирая голову вверх.

– Это ни к чему, я и так знаю, – сухо ответил маркиз. – Ты Моэрдок Одал Реданшьен Тамвиллисс, легендарный дракон, уже которую тысячу лет мучающийся в человечьем обличье. Чего ты хочешь?

– Заключить союз. – Мортас стоял неподвижно и даже не шевелил руками, чтобы не провоцировать изрядно уставших держать тетиву в натянутом состоянии лучников.

– Почему?! – прозвучал вопрос, самым логичным и одновременно банальным ответом на который при данных обстоятельствах было бы: «Хочу жить!»