Королевский маскарад - Оксана Демченко

– Да, ведьма, – гордо выпрямилась Сэльви, упирая кулачки в широкие бедра. – Объяснить часто не могу, но – ведаю. И умных вроде тебя воспитаю.

– Давай, – жадно подалась вперед Эриль, готовясь слушать.

– Любая природная сила не относится к добру или злу, – развела руками мама. – Огонь сжигает – и греет. Вода разрушает, но вместе с тем питает все живое. Для вас река разделяет миры. Для меня она – и преграда, и возможность. А настоящее зло – это страх и предрассудки. Нельзя отказываться от знания только потому, что так написали какие-то там древние мудрецы.

– Они были из восьмого круга, – возмутилась Эриль. – Среди живущих ныне эльфов никто еще…

– Старые, выжившие из ума на самовозвеличивании уродцы, – хмыкнула королева. – Слов понапридумывали, шор понавешали на глаза. Вода – это вода. В ней все. И память, и жизнь, и душа. А они говорят о «свойствах». Ненавижу, когда мир разрывают на кусочки, чтобы так изучать.

– Но… ну-у… – Эриль уже щупала на поясе рукоять осы, исчерпав научные аргументы для спора с королевой.

– Вы, маги, и людей рассматриваете, как дохлых кур, – довольно сообщила ведьма, в свою очередь отстегивая гибкий клинок и хватаясь за его рукоять. – Сперва прирезать, разделить на кожу, мясо, печень… потом соберите обратно и считайте это вонючее мертвое безобразие – курицей.

– Сейчас я тебя буду изучать, – нарочито мрачно предупредила Эриль. – Дети, занятия на сегодня окончены.

Дети послушно поклонились наставнице и побежали на лужайку – смотреть издали, как королева и ее лучшая подруга продолжают спорить о магии. Весело, со звоном и свистом боевых клинков-ос, до глубокой усталости. Разнимать обычно никто не рисковал. Потому что спорщицы сразу же объединялись против вмешавшегося… А когда магия и дикое ведьмовство работают вместе – лучше спрятаться и не показывать носа: живо превратится в пятачок.

Занятый своими воспоминаниями, Лоэль добрался в мир живых, не заметив дороги. То есть невнятное колыхание тумана убаюкало, укрыло с головой, мягко унесло вниз, к чуму, где по-прежнему пел Тимынтэ.

Хэнку очнулся сразу, а Лоэль устроился поудобнее, усердно отбрыкиваясь от окружающих, и заснул. Метель выла, снег стлался тонкими прядями бороды ветра, тек, как вода, и впивался в шкуры чумов, как мелкий живой гнус.

Когда эльф отдохнул, отоспался и благодушно согласился воспринимать окружающее, непогода исчерпала свое усердие. Ветер стих, небо расчистилось, мороз взялся выстуживать его черную прорубь, полируя сияющее парадной яркостью серебро звезд.

– Муж достался тощий, – притворно ворчала Сигэ, готовя завтрак. – Ленивый, вовсе слабый. Есть и то не хочет. Совсем плохой.

– Хочу, – бодро возразил Лоэль. – А где…

– Зачем спрашиваешь? – насмешливо дернула бровью дочь вождя. – Тебе и одна жена не нужна, а вторую ищешь, словно ей будешь больше рад. Разве Сигэ плоха? Давай совсем прогоним Сыру, станем жить без нее. Мне нравится быть женой нидя-шамана, тебя уважают.

– Тогда не выдумывай глупости, – посоветовал Лоэль, одеваясь и с интересом принюхиваясь. Неужели опять каша? И откуда столько круп набрали! – Я уйду по весне, а Тимынтэ останется. Он будет очень, очень сильным шаманом лет через десять. Даже, может быть, вождем всех кайга.

– Ну не знаю… Он молодой, слабый и чужой в роду, – неуверенно возразила Сигэ. – Но я, однако, тебя слушаю, бесполезный муж.

– Он поведет вас вниз по реке, к исконному дому ны-кайга, – пообещал Лоэль. – Он и твой брат. Хорошо, когда два молодых вождя думают согласно. А это зависит от их жен. Тимынтэ чужой роду, но ты – дочь старого вождя.

– У моего отца – Кэлху – есть два сына, старшие, – вздохнула Сигэ.

– Я мало знаю ваши обычаи, – усмехнулся Лоэль, принимая плошку с кашей. – Но я разбираюсь в людях. Тот, кто прогонит беду, станет вождем. Разве я не прав?

– Сигэ подумает, – важно пообещала девушка.

– Пусть она делает это на ходу, – подмигнул Лоэль. – Пойди позови Тимынтэ.

– Одна жена гуляет с бывшим женихом, – фыркнула девушка. – Вторую отсылаешь тоже. Бесполезный муж!

Сделав это неоспоримое заявление, красавица-кайга гордо удалилась. Эльф виновато развел руками. От простоты своих «жен» он несколько шалел. И признавал себя действительно вполне бесполезным. Можно затеять интрижку – чего тут плохого? Та же Оса находила немалую прелесть в обилии ухажеров. Он сам жил среди людей достаточно долго, знал, что не всякие отношения приводят к обязательствам. Но только не здесь! Он еще не раз вернется в мир льда, это наверняка. И будет дружить с родом Дюпты. Станет помогать детям, внукам, часто гостить – такова привычка эльфов. Нельзя начинать дружбу с грубого вмешательства в чужую жизнь. Он вернется в долину, а «жены», случайные игрушки первой зимовки, останутся здесь. Им заново придется строить жизнь, и будет это непросто. След небрежного отношения не удалить позже ни показной добротой, ни щедростью подарков. Тем более Дюпта далеко не глуп и настоящую цену словам и делам людей-нидя знает. А Лоэль не хотел остаться для кайга чужаком. Нет, если бы он решил взять жену у людей льда, даже не по полному обряду, то сделал бы это всерьез, на всю ее жизнь. Тогда пришлось бы объяснять, что в неполных браках эльфов и людей не рождаются дети. Что он останется точно таким же через полвека. Что он маг, а не шаман и что жить здесь всегда не сможет. Увы, в долине Рэлло милой наивной Сигэ не будет уютно и хорошо. Слишком все чужое. Значит, следует радоваться: его не любят всерьез. Приняли условия сосуществования и перевели в категорию друзей. С ним шутят, его жалеют, за ним ухаживают – можно ли желать лучшего?

Можно. Сейчас Лоэль очень хотел спасти род Дюпты. А еще более того он мечтал поговорить с единорогами. Не один раз, на берегу нездешнего мира. От той беседы в голове остались лишь обрывки воспоминаний и впитанное мозгом заклятие зимы. Он бы желал слушать их день за днем, до самой весны. Это почти возможно. Маг сам сказал – срок ограничен именно сезоном холодов. И еще добавил, что лошадью быть противно.

Эльф задумчиво вытряхнул на ладонь колечко Кошки Ли. Толкнул пальцем, перекатывая. Что придумала бы неугомонная? Да кто же знает! У нее и обычные лошади разговаривали. Причем без умолку…

Книгу волшебных сказок удалось отобрать у Лэйли очень своевременно: через две страницы начиналось повествование о трехглавом драконе. Королева перелистнула, изменилась в лице и выразительно глянула на мужа. Орильр нервно усмехнулся и забрал книгу. Наверняка родители увидели свою малышку, приделывающую крылышки к спине огромной ящерицы Драконэль.

Интересно, а можно ли менять заклятие? Табун, оказавшийся в распоряжении шаманов, состоит уже не из коней – их заменили олени, привычные для севера. Вывод: облик снежных созданий неустойчив. Насколько? Лоэль напряженно зашептал слова одними губами, без звука, выверяя формулу. Рог необязателен, имеется в виду вооружение как таковое. Тело коня довольно подробно вплетено, создавали крупное быстроногое копытное…