Обжигающий след. Потерянные - Анна Невер

Огромный широкогрудый вепрь в горбатой холке доставал ей до плеча. Но нет, кабанов она достаточно встречала в лесу, чтобы понять, что это животное отличается. Тело, точно высеченное из камня, было бугристым и слабо бликовало от света фонаря, как вымазанная в глине чешуя. В раскрытой хищной пасти виднелись черные гнилые клыки – величины такой, что волки обзавидовались бы. И самое странное – глаза. Их просто не было. Животное было слепо. Однако стоило сделать шаг назад, как зверь поднял пятак и как бы принюхался. Но не выказав интереса к женщине на мосту, затеребил когтистой передней конечностью. Только сейчас Войнова разглядела под этой лапой тушку дохлой кошки. Зверь покатал добычу по брусчатке, вываляв ее в грязном снегу, потом подхватил клыками. От немилосердного зрелища Тису передернуло, она попятилась. Прочь от этого места! И когда уже отошла шагов на двадцать от вепря, тот развернулся и неслышно потрусил дальше, затем черным призраком перемахнул через парапет, под мост. И исчез.

Девушка поспешила домой, мысленно ужасаясь тому, что она преспокойно гуляла по этим окрестностям с Поней, в то время как поблизости шныряло это жуткое существо. Что это было? Какой зверь? Слава Единому, что не напал. Оказавшись во флигеле, Тиса измерила свою комнату шагами вдоль и поперек. Пару раз использовала памятованы, чтобы еще раз убедиться, что все это ей не приснилось. Проворочалась с бока на бок, сожалея, что рядом нет Демьяна, чтобы спросить у него. Он вэйн и по части чудовищ сведущ, как никто другой. К утру Тиса поняла, что готова бежать к Агате Федоровне за разъяснениями. Еще успеть бы письмо отправить до начала урока.

Собираясь выходить, во дворе постоялица столкнулась с Алевтиной Кадушкиной.

– Мне Гишка сказал давеча, вы поговорить со мной хотели? Если Устин опять вам напакостил, выпорю засранца, сидеть не сможет, – не церемонясь, высказала женщина, поправляя корзину с выпечкой.

Войнова припомнила, что как раз на проделки мальчишки и хотела пожаловаться, однако за несколько дней уже успела остыть и передумать.

– Хотела лохань попросить, но уже и без нее справилась, – отмахнулась, отступая к калитке. – Извините, тороплюсь на почту. В котором часу она открывается?

– Так с осьми поди.

Чтобы успеть и к Агате, и на почту, придется проситься в проезжие сани.

– А вам что? Письмо отправить надо или посылку?

– Письмо, – закусив губу, призналась Тиса.

– Так если спешите, можете мне отдать. Я как раз там у Добровольских буду рядом, зайду да отдам.

– А это вас не затруднит?

Кадушкина заверила, что нисколько, и видящая после некоторого колебания отдала конверт и копейку за почтовую услугу.

– Только, пожалуйста, не забудьте. Хорошо? Мне очень важно именно сегодня его отправить.

– Ни в коем разе не забуду, будьте покойны. – Алевтина спрятала бумагу за пазуху кроличьего тулупа.

Мост Тиса переходила с опаской, поглядывая по сторонам. Но речная долина будто специально сегодня выглядела умиротворяющей. Снежная равнина, ясное небо и ослепительное солнце. При таком ярком свете вчерашнее приключение казалось дурной шуткой воображения.

Агата Федоровна нашлась за прилавком аптеки. Пришлось подождать четверть часа, пока не проредятся посетители и она не освободится, чтобы поговорить с помощницей. Сумбурно описав вчерашнего зверя, Войнова ждала, что скажет вэйна.

– Очень мне это не нравится, ласточка, – нахмурилась та. – Пожалуй, я съезжу туда. Какой мост, говоришь?

Тиса описала место.

– Попробую прослушать фон, – неуверенно произнесла колдунья. – Может быть, это игрушка какого-то вэйна либо оборотень.

– Точно. Я слышала, что военные ищут оборотней, – вспомнила девушка.

– Так вот, значит, из-за каких мошенников тут Кречетов на уши поднял все гарнизоны, – хмыкнула вэйна.

– Только там говорилось о двух, а тут целая стая. И еще этих кабанов не все видят. Моя соседка, во всяком случае, не смогла их высмотреть в поле, тогда как я их наблюдала.

– Вот как? Может, это призрак какого-то древнего, – продолжила строить предположения Агата. – Постой, ласточка. Но если это оборотень, ты можешь увидеть его даром, я права?

И как она сама не догадалась?! Тиса кивнула и вскоре оказалась на диванчике колдуньи. Закрыла глаза и попыталась увидеть кабана. Однако дар повел себя совершенно неожиданно. Он будто не понимал, чего от него требуют. А затем вдруг туман почернел и стал похож на трубный дым, черный и, к сожалению, бестолковый.

– Я не смогла его найти, – разочарованно протянула видящая, вернувшись в гостиную.

– Жаль. Что ж, в любом случае надо написать в вэйностражу Белограда. Поехали-ка в благочинную управу.

Здание городской управы выглядело длинной двухэтажной казармой, огороженной решетчатым забором. При входе с тыльной стороны здания под козырьком висел желтый герб благочиния: поверх скрещенных саблей и пик – щит, на котором черный орел душил в когтях желтую змею.

В этом серьезном заведении к рассказу Тисы о чудовищном кабане отнеслись с недоверием и скепсисом. Заявление принял немолодой чиновник в очках и парике, что белым блином покрывал его макушку. Войнова сильно подозревала, что плешивую. Он же и обещал, что после одобрения заявления начальником управы Петром Окоповичем оно отбудет в Белоградскую вэйностражу.

– Но вы же отправите отряд к мосту, верно? Чтобы они проверили перелески у реки, – спросила Тиса и получила в ответ слегка сомнительное:

– Мы примем меры, соответствующие возможной угрозе, барышня.

– Важнее, чтобы вы отправили заявку в Белоград, – с толикой раздражения в голосе произнесла Агата Федоровна.

– Я уже объяснил вам, уважаемая вэйна, что сначала заявление должен одобрить…

– Кречетов, – закончила за него колдунья. – И когда, позвольте спросить, ваш начальник его рассмотрит?

– В самое ближайшее время.

Уже будучи на улице, Агата Федоровна искренне посетовала:

– Жаль, слаба я для боевой вэи. Иногда так и хочется вдарить промеж глаз этим бумажным волокитчикам. Сама постараюсь до отъезда просмотреть этот мост.

– Какого отъезда? Вы уезжаете?

– Нескоро, через полторы седмицы.

Видящая не стала расспрашивать, но вэйна и сама продолжила:

– Брат к себе зовет в Радыжинск погостить. Именины у него, восемьдесят стукнуло. Я, быть может, еще подумала бы, ехать или нет, но племянник настаивает.

– Но до Радыженской губернии так…

– Далеко, я знаю, ласточка. Ни за что бы не поехала, да племяш портал купил до Бронеславска. Потратился изрядно. Оттуда три дня на санях, и на месте. Так что за аптекой Пантелеймон присмотрит.

Жорка по велению Агаты довез Тису до кованых ворот с крылатой старухой Евсифоной. И в Увлеченный клуб она почти не опоздала. Торопливо шагая по школьному скверу, раздумывала, стоит ли говорить о кабане клубовцам, и пришла к решению, что стоит. Насколько опасна эта тварь, неизвестно, поэтому лучше пусть остерегутся гулять в одиночку по безлюдным окраинам.