Шайя - Юлия Меллер

А все эти мысли пришли из-за возникшего подозрения, что на неё может кто-то влиять в своих целях. И вот вместо того, чтобы искать варианты своего попадания на Старк и заранее прикинуть, что там делать, она вдалась в анализ происходящего.

Но Харадо слушал её внимательно, не подтрунивал, а потом и вовсе погрузился в собственные размышления.

— В тот день, когда имперцы прекратили вашу блокаду, они вообще отвели все свои корабли на значительное расстояние. Вся часть нашего сектора сейчас чиста, — поделился информацией мужчина.

— Это же не просто так? — встрепенулась Шайя, с тревогой смотря на Харадо. — Столько лет они не давали нам спокойно жить, всё лезли и пакостили, а тут отступили?

— Я тоже не верю в такие подарки. А теперь давай приплюсуем твоё предчувствие беды огромного масштаба — и тогда приходит на ум только одно объяснение.

— Империя делает вид, что к будущей беде не имеет никакого отношения, — принялась рассуждать Шайя. — И предусмотрительное создание ферманами своего алиби вызывает тревогу!

Она посмотрела на Харадо в упор — и тут же пожалела об этом: его взгляд сбивал её с толку.

— Что же они задумали, — пробормотала она, — раз ожидают какого-то расследования или спроса за то, что произойдёт?

Шайе стало нехорошо, и девушка потянулась к сладкому, чтобы заесть появившуюся тошноту и дрожь.

Несколько минут назад она сама уверенно утверждала, что жители Старка имперцам не нужны, но это были слова… всего лишь логический вывод, а теперь, когда все размышления были озвучены и соединены, то пришло более глубокое понимание её страшных слов.

Это не забавная фраза из «Кин-дза-дза»: «Скрипач не нужен!»

Харадо пришёл к таким же выводам, что и Шайя. Более того, в свете страшных догадок уже по-иному звучало дедово: «Возвращайся!»

«Дед что-то знает про Старк? Правительство Алайи знает? Знает — и смирилось? Они приняли решение идти под руку Империи? А Старк, точнее их жители, исчезнут? Их воины никогда, ни при каких обстоятельствах не сдались бы… Значит, их уберут… Никто не знает как, но Имперцы уверены в своей безнаказанности и уверены, что у них всё получится. У Алайянцев после безумного акта устрашения не останется иного выбора, как идти на поклон!»

Кацу посмотрел на подавленную девушку, которая клала в рот одну сладость за другой и безостановочно пережёвывала их. Он подал ей чашку с чаем, а после вложил в руку салфетку, которую она стала замысловато складывать и раскладывать, вновь бездумно складывать и раскладывать.

Кацу понимал, что это нервное, и ему хотелось обнять Шайю, увезти её в свой дом… Но дом вскоре перестанет быть самым защищённым местом!

Велик шанс того, что вскоре на Алайе жизнь может стать хуже смерти, а династию Харадо уберут одной из первых, на что бы там ни надеялся дед.

Удивительно, но юной Шайе очевидно, зачем нужны империи алайянцы, а правительству — нет!

Министры не привыкли к широте мысли и замыслов, они закоснели и живут, работают, думают по привычке.

Дед ошибается, если считает, что склониться перед Империей — значит выжить. Не в этот раз, не с этим врагом, не в современном обществе!

— Шайя, но, быть может, мы нагнетаем и не видим чего-то более простого и приятного? Возможно, что через пару дней мы узнаем, что император Ферманов смертельно болен и поэтому его генералы решили прекратить свои завоевания. У имперцев много проблем и их надо решать.

Девушка замерла, оставляя скомканную салфетку и прислушиваясь к себе.

— У них действительно много проблем, которые надо решать, но… — она замолчала, но, видимо, чутьё ей больше ничего не подсказывало, и тогда Шайя уже принялась рассуждать, исходя из здравого смысла:

— Они же не дают занимать ключевые посты местным жителям, а своих не хватает. У них полно шпионов, агентов, дознавателей и прочих, но те, кто мог бы организовать работу на захваченных станциях и планетах уже, по-видимому, закончились! Я думаю, что за столько лет у Империи случился довольно сильный перекос в обществе, и им уже сложно остановиться от захвата новых планет, так как основная часть их общества нацелена и подготовлена именно к этому.

Кацу понимал точку зрения Шайи, более того, сюда гладко ложилась теория о получении из алайянцев техническим путём тех самых высококлассных подчинённых специалистов, биокукол, но принимать её единственно верной не спешил.

Пока что основным доводом в пользу всех ранее произнесённых ею слов было дедово: «Возвращайся»!

Оно не выходило у него из головы. Ему необходимо больше информации.

— Шайя, я тебя выслушал и обещаю всё обдумать.

— Господин Кацу, вы возьмёте меня с собой? Простите, но сейчас для меня этот вопрос самый важный.

Он долго смотрел на неё, подбирая слова, которые убедили бы девушку в том, чтобы она отправилась в путешествие… куда угодно, только подальше от их сектора! Пусть бы слетала в созвездие оборотней, подала бы запрос на посещение новой живой планеты! Как её там, Гром? Говорят, что на Гром можно попасть, в отличие от других живых планет, на которые высшие расы не дают доступа. Он даже потянулся к кольцу, чтобы перевести на счёт Шайи приличную сумму.

— Времени мало, и если вы не поможете, я буду искать другие пути… Я не отступлю, — она сказала это настолько ровно и буднично, что он понял — не отступит!

— Я найду тебя через час, — уточнил он и нехотя проводил девушку до дверей.

Отпускать её не хотелось. Пусть бы сидела в гостиной, а он мог бы в спальне или в душевой связаться с отцом! Но побоялся некрасиво выглядеть в её глазах и отпустил.

Он смотрел, как её тоненькая фигурка удалялась по коридору, а потом звякнул колокольчик подошедшего лифта и Шайю скрыли раздвижные двери. На какой-то миг он забыл, что хотел сделать и почему позволил ей уйти. Его тянуло к ней, но она ушла, оставляя пустоту, которая быстро заполнилась тревогой.

Шайя попросила о встрече прокуратора станции и, немного подождав, огорошила его новостью о своём увольнении.

— Так не делается, госпожа Ниярди, — сердился мужчина. — Это безответственно, и я не ожидал от вас подобного поступка!

— Простите, но обстоятельства сложились так, что я сама несколько часов назад поняла, что не смогу дальше выполнять свои обязанности.

Прокуратор уговаривал, потом грозился подать на неё жалобу, но Шайя только краснела, бледнела, злилась или блестела глазами, в которых набирались слёзы.

— Ну почему вы такая упрямица? Хотите, я вас назначу начальницей отдела по работе с людьми и устрою вас в роскошных апартаментах?

— Вы лучше назначьте себе секретаря и парочку личных помощников, пока не загнулись, заменяя бывшего модифицированного прокуратора.

— Вы! — вскинулся мужчина.

— Мой дядя говорит, что на Алайе все те, кто занял должности специалистов вашего уровня, уже давно поняли, что без помощников не обойтись. Только прокураторы космических станций продолжают тянуть воз в одиночку, доказывая, что они не хуже предшественников.