Нездешний - Дэвид Геммел

Остановившись у подножия поросшего травой холма, Нездешний снял с седла Куласа и Мириэль. Деревья поредели — там, за холмом, начнется открытая местность. Нездешний устал: все тело его отяжелело, глаза слипались. Всегда крепкий, он не привык к подобному состоянию и не мог понять его причины. Дардалион подошел и принял на руки Криллу, которую подала ему Даниаль.

— Почему мы остановились? — спросила девушка.

Дардалион пожал плечами.

Нездешний взошел на вершину холма и лег на землю, оглядывая равнину. Вдалеке двигалась на север вереница повозок, сопровождаемая вагрийскими кавалеристами. Нездешний прикусил губу и нахмурился.

На север?

К Эгелю?

Одно из двух: либо Эгеля выбили из Скултика, либо он сам бежал в Пурдол. В любом случае нет смысла везти детей в Скултик. Но куда им еще деваться? Вот она, равнина: раскинулась на многие тысячи миль своей травянистой гладью, где лишь изредка встречаются деревья и низкие изгороди. Но Нездешний знал: этот ландшафт обманчив. Там, где почва кажется ровной, могут таиться балки и буераки, ямы и рвы. Здесь могла бы стать лагерем вся вагрийская армия, и он бы ее не увидел. Он оглянулся. Девочки собирали лесные колокольчики, и смех их отдавался эхом у холма. Нездешний вполголоса выругался, осторожно отполз назад и вернулся к своим спутникам.

Когда он был еще на склоне, из-за деревьев вышли четверо мужчин.

Сузив глаза, Нездешний продолжал спускаться. Дардалион разговаривал с Куласом и не замечал пришельцев. Они разошлись веером — бородатые, с угрюмыми лицами. У каждого — длинный меч, а у двоих — еще и луки. Арбалет висел у Нездешнего на поясе, но был сложен и потому бесполезен.

Дардалион обернулся, когда Нездешний прошел мимо, и увидел незнакомцев. Девочки бросили рвать цветы и метнулись к Даниаль. Кулас двинулся к ним, а Дардалион занял место позади Нездешнего.

— Хорошие у вас кони, — сказал человек, шедший посередине. Он был выше остальных и носил домотканый плащ из зеленой шерсти.

Нездешний промолчал, и Дардалион почувствовал, как нарастает напряжение. Он вытер ладонь о рубашку и сунул большой палец за пояс, поближе к ножу. Человек в зеленом плаще, заметив это движение, улыбнулся и вновь устремил голубой взор на Нездешнего.

— Не слишком-то ты приветлив, мой друг. — Ты пришел, чтобы умереть? — ласково осведомился Нездешний.

— К чему такие разговоры? Мы дренаи, как и вы. — Человеку явно сделалось не по себе. — Меня зовут Балок, а это мои братья Лак, Дуайт и Мелок — он младший. Мы не причиним вам зла.

— Вам это не удастся, даже если вы очень захотите. Вели своим братьям сесть и успокоиться.

— Мне не нравится, как ты себя ведешь, — нахмурился Балок. Он сделал шаг назад, и все четверо встали полукругом около Нездешнего и священника.

— Нравится или не нравится, мне это все равно. И если твой братец ступит еще хоть шаг вправо, я его убью.

Тот, о ком шла речь, замер на месте, а Балок облизнул губы.

— Силен ты грозиться для человека, у которого нет меча.

— Это должно было навести тебя на кое-какие мысли. Но ты, похоже, тупица, поэтому я тебе сам все растолкую. Мне не нужен меч, чтобы разделаться с такими подонками, как вы. Нет уж, помолчи и послушай! Нынче я в хорошем настроении — понял? Если бы вы явились вчера, я, пожалуй, убил бы вас без всяких разговоров. Но сегодня я великодушен. Солнце сияет, и мир прекрасен. Поэтому забирай своих братьев и ступай, откуда пришел.

Балок, чувствуя растущую тревогу, впился взглядом в Нездешнего. Их было четверо против двоих, не имеющих мечей, и они могли получить в награду двух лошадей и женщину, — однако же Балок колебался.

Очень уж он уверен в себе, этот малый, уж очень спокоен. В его осанке и манерах нет ни тени тревоги... а глаза холодны, как могильные камни.