Исход - Алексей Широков

– Хм! – святая задумалась. – Понимаешь ли, Ку Зи Ма…

Ву-Шу единственная из наднебесников старалась называть меня настоящим именем. Хотя первый раз её трёхслоговый вариант лингва-модуль не разобравшись перевёл тупо в лоб: «Жестокий к своей лошади». Не шибко хорошее имечко для воина по местным понятиям. Именно тогда-то я, собственно, и понял, почему остальные предпочитали «Мастера Ли».

– …Представь себе, что ты потратил годы и годы тренировок, чтобы укрепить своё тело и развить источник. Затем вышел на Небесный уровень и двинулся дальше, но новые зимы берут своё, а остановиться и отступить с выбранной дороги у тебя уже нет никаких сил, – Святая замолчала, глядя на меня, и я кивнул, показывая, что представил, и она может продолжать. – Наконец, ты вышел на божественный уровень и обрёл бессмертие, но ты уже стар и радости жизни, которые привлекают молодых, тебя уже не интересуют. Но и от одиночества, в котором провёл большую часть своей жизни, ты лезешь на стену. Твоим истинным спасением становится философия и ученики, в которых ты видишь продолжение себя и в которых желаешь оставить крупицу открывшихся тебе бесконечных знаний. Естественно, что каждое твоё слово, которое продолжатели понесут с собой в большой мир, должно быть наполнено мудростью и глубинной поэзией, смыслом и философией!

– Я так понимаю, что сказанное – из личного опыта? – произнёс я, когда она замолчала.

– Моя лаоши – божественная Ионг Си Дин, многое открыла мне во время обучения на горе Тянь Сяогун, – улыбнулась женщина.

– Что ж. Я уяснил, – кивнул я и подмигнул. – Твоя очередь хвастаться.

И она – похвасталась. Да ещё как. Сложив руки на груди в какую-то хитрую распальцовку, она прикрыла веки и засияла почти так же, как эльфийская богиня Иви. Ну, может быть чуть слабее, зато с явственными переливами тонких лучиков, вырывающихся прямо из её тела. Отдача энергии была, конечно, послабее, чем у ушастой воровки или герцога Сафронова, да и моя, можно сказать, энергоёмкость её значительно превосходила, но без сомнения это был примерно уровень неквалифицированного Аватара с аспектом «Звезда». Перешагнувшего разделяющий чакры барьер, но сразу же после этого застрявшего на пограничном уровне. Демонстрация длилась секунды три-четыре от силы, а затем Ву Шу расслабилась и иллюминация выключилась.

– Думаю – хватит, – произнесла она и усмехнулась. – Мы и так с тобой должно быть переполошили всех местных Ляо и великих, подошедших к пику Небесного уровня. Думаю, хозяину стоит готовиться к встрече незваных гостей.

– «Звезда», значит, – хмыкнул я, пропуская её слова мимо ушей.

– Что? – она вновь удивлённо посмотрела на меня.

– Аспект у тебя – «Звезда»…

– Звёздный… что?

– Нет, – медленно покачал я головой, вспоминая объяснения профессора Жаксылака Эргалиевича Аменгельды касательно моей «антиматерии». – Именно «Звезда». «Звёздные аспекты», они же «Космическая группа» – это немножко другое, пока не изученное наукой. А у тебя нормальный световой аспект третьего уровня, так называемой «Небесной группы» из подразряда энергетических...

– И ты ещё говоришь, что наши названия звучат для тебя странно! – покачала она головой.

– Другими словами, – крякнул я, гадая, что же напереводил ей лингва-модуль, да и наука здесь вряд ли дошла до подобных теорий. – Вот мы видим звёзды на небе. А точнее, их свет, который, по сути своей, не является их материальной составляющей. Вот твой аспект – часть этого самого света, пропущенного через океан сансары. Так понятно?

– Ну… не совсем. Что такое «ас-пе-кт», – по слогам выговорила она слово, которое искин в виде его чисто научно-прикладного значения просто не переводил.

– Приоритетная форма сансарной энергии, наиболее легко проходящая через твои чак… э-м... источник, – на лице женщины вновь отразилось непонимание, и тогда я предложил: – Давай я попозже тебе объясню эту тему подробнее. Скажи лучше, что ты можешь сказать о нашем спарринге?

– Тебе в срочном порядке нужно учить другой боевой стиль! – уверенно, тоном многоопытного сенсея, точно знающего то, о чём он говорит, огорошила меня Святая. – Нет, не пойми меня неправильно, мальчик. То, что ты умеешь сейчас – драгоценная жемчужина, которую следует развивать, хранить и беречь всю жизнь… но этого – мало. Столь глубокие познания в одном единственном деле, одновременно и твоя сила, и твоя слабость…

«Вот так вот! Здравствуй, попа, новый год! – слушая наставления в миг ставшей серьёзной Ву Шу, я даже как-то приуныл. – А ведь в чём-то она, наверное, даже права… по-своему. Вот вернусь домой, запишусь в секцию бесконтактного айкидо. А что? Народ любит подобную хореографию».

– …так, что если ты позволишь мне называть себя твоей лаоши и сопровождать вас с Ян-Селис, то я готова научить тебя искусству «Полуночного лотоса», – тем временем выдала Святая и, заметив моё выражение лица, банально прослушавшего большую часть монолога, нахмурилась и поторопилась добавить. – Я понимаю, что о «Лотосах» обычно говорят как о чисто женских техниках, но поверь мне – это не так…

Видимо подумав, что этого мало, она продолжила увещевания.

– Да и с лаоши ранга Святой, тебе на Императорском Турнире будет куда как легче в том змеином гнезде, которое у нас называется столицей!

– Да… Я как бы молчу. Всё лучше, чем бесконтактное айкидо, – пожал я плечами, гадая о причинах её желания отправиться вместе со мной, но и не думая отказывать, памятуя то уважение, которое оказывали Ву Шу горожане. – Я, в общем-то, не против унисекса… вот только… у меня как бы источника-то вашего нет.

– Хм… – она, прикусив губу, внимательно осмотрела мои чакры и как-то неуверенно произнесла. – Ну… придумаем что-нибудь…

Именно этот неловкий момент выбрал господин Багуа чтобы вернуться домой в сопровождении некоего субтильного азиата в серой длиннополой рубахе не первой свежести, за которым ездил на рикше в другой конец города. Незнакомец оказался немного-ни-мало местным «горшечных дел мастером», чем-то обязанным хозяину особняка, а потому именно на его плечи и решено было возложить основную нагрузку по становлению работ на нашем предприятии.

Тем более, как выяснилось немного позже, горшечник сильно задолжал то ли клану «Бжень», то ли «Хрень», и если бы не я со своими идеями, то непременно попал бы в рабство одной из состоятельных семей, целенаправленно разорившей его маленькое предприятие. Потому как успешных и богатых, а так же очень свободолюбивых, но не имеющих возможности защитить себя, здесь, как и во всех мирах, пожирали сильные. Ну а наш чинуша, вспомнив о нём, выступил в роли спасителя, банально купив себе раба вместе с его семьёй.

Вот такие вот выверты местного сознания среди простолюдинов – с одной стороны, мастеровой всеми силами пытался избежать подобной участи, а с другой – радостно ломанулся под руку другого господина. Уж не знаю, что он там ему наобещал, но расстроенным он не выглядел, скорее даже наоборот.

А ещё в разговоре участвовал внезапно появившийся у нас компаньон. Естественно, им была Ву Шу, и не то, чтобы она сама навязалась, хотя, конечно, истинно женское любопытство имело место быть. Здесь, к моему удивлению, постарался господин Багуа, буквально бухнувшийся на колени в ноги Святой и просивший разделить с нами дело, приняв во владение одну долю из его двух.