Тень - Антон Грановский

– Весьма ценная информация, – насмешливо проговорила Лиза. – Ну что, тогда идем?

Андрей кивнул:

– Идем.

Лиза весело засмеялась, взяла его за руку и потащила к остановке.

Перед светофором они остановились. Лиза с любопытством покосилась на Андрея и вдруг сказала:

– А вы повзрослели. Пять лет назад были совсем мальчиком, а теперь прямо дядя. Угостите меня пивом?

– Пиво на территории университета не продают, – сказал Андрей. – Как насчет холодного чая или колы?

Лиза фыркнула:

– У вас тут как в монастыре! Тогда уж лучше минералку.

Андрей улыбнулся и осведомился ей в тон:

– Следите за фигурой?

– Угу. Пока еще есть за чем следить.

– Ясно.

Зажегся зеленый. Они, отчего-то ощущая неловкость, перешли через дорогу и остановились возле ларька. Андрей купил две бутылки минералки и вручил одну Лизе.

– Перейдем на «ты»? – предложила она. Андрей кивнул:

– Давай. Знаешь, я…

– Троллейбус!

Лиза схватила Вершинина за руку и потащила к остановившемуся троллейбусу.

В троллейбусе его внимание привлек листок социальной рекламы. На нем был изображен пожилой человек, собравшийся перейти через дорогу на пешеходном переходе и уже занесший ногу над бордюром. Однако на светофоре, изображенном слева, горел красный свет, и к переходу на полной скорости несся грузовик.

Подпись под картинкой гласила: «Бойся красного!»

– О чем задумался? – окликнула Андрея Лиза.

– Так, ни о чем. Просто картинка смешная.

Лиза посмотрела на рекламный листок и поморщилась:

– Скорее уж страшная.

Пять минут спустя они вышли из троллейбуса и, попивая минералку, двинулись к смотровой площадке. С полминуты молчали. Первой молчание нарушила Лиза:

– Андрей, а ты правда меня помнишь?

– Конечно. Мишаня повсюду таскал тебя с собой.

– Меня вечно ему навязывали. Представляю, как вы меня ненавидели!

– Ну, иногда было весело.

– Точно. Я даже знаю когда. Например, когда я пошла с вами на озеро, увязла в болоте и просидела там целый час. А вы в это время удили рыбу в ста метрах от меня и слушали музыку в наушниках.

– В то время мы были не очень внимательными, – признался Андрей.

– Не то слово. Особенно если учесть, что весь этот час я орала благим матом.

Они помолчали, улыбаясь воспоминаниям.

– А помнишь, как вы лазили на чердак, к голубям, и я тоже за вами полезла? – снова заговорила Лиза. – Залезла до середины лестницы, посмотрела вниз – и оцепенела от ужаса! Весь двор собрался посмотреть, как я сижу на высоте четырех метров, вцепившись в лестницу, и рыдаю!

– Кто тебя снял?

– Участковый. Примерно через полчаса, когда даже прохожим надоело на меня смотреть. Мишку тогда выпорол отец. И согласись, он это заслужил.

– Мы все это заслужили, – улыбнулся Вершинин. – Если бы в то время я знал, что через несколько лет ты превратишься в такую красавицу, я бы от тебя не отходил.

Лиза улыбнулась:

– Еще не поздно все исправить.

Слова ее прозвучали слишком многозначительно для обычной шутки, и Андрей почувствовал смущение. Лиза, однако, была проста и раскованна.

– Знаешь, – снова заговорила она, – а ты стал настоящим мужчиной.

– Это хорошо? – насмешливо вскинул бровь Андрей. Лиза тоже улыбнулась:

– Сложный вопрос, если учесть, что многие мои приятельницы считают меня феминисткой.

– Феминисткой? За что они тебя так?

– Да как тебе сказать. Понимаешь, я уважаю мужчин за силу и ум. Но иногда они ведут себя как полные кретины. Особенно когда снисходительно рассуждают о нас, женщинах. В такие минуты становится ясно, насколько плохо вы нас знаете.

Андрей хмыкнул и потребовал:

– Приведи пример.

– Пример? Пожалуйста. Вас, мужчин, смешит, что женщины готовы так много времени проводить в магазинах.

– Смешного тут мало. Скорее, это прискорбно, – заметил Андрей.

Лиза нахмурилась и покачала головой:

– Ты не прав. Для женщины поход в магазин – это творческий акт. Стоя перед полками с продуктами, она не просто выбирает еду. Она представляет себе, как эти продукты будут смотреться на столе, придумывает, что будет готовить сегодня, завтра, послезавтра. Фантазия ее работает на полную катушку, как у какого-нибудь суперодаренного писателя-фантаста. Понимаешь, о чем я?

Вершинин улыбнулся:

– Кажется, да. Если честно, я никогда не думал о шопинге с этой стороны.

– Само собой, – небрежно сказала Лиза. – Потому что «эта сторона» – типично женская, и мужчины редко на нее заходят.

Они остановились у гранитных перил смотровой площадки и посмотрели на расстилающуюся внизу, за рекой, Москву.

– Какая красота! – восторженно выдохнула Лиза.

– Вид на Эдем! – улыбнулся Андрей. – Возле этих перил Герцен и Огарев, будучи студентами, давали клятву бороться за свободу. А мой отец сделал предложение моей матери.

Лиза посмотрела на Вершинина и тихо спросила:

– Ты по ним скучаешь?

– Сам не знаю. Если честно, я ведь не очень хорошо их помню.

Лиза снова вгляделась в даль, на покрытый легкой дымкой огромный, красивый город с золотыми маковками церквей.

– Ты часто сюда приходишь?

– Да нет. По крайней мере, реже, чем хотелось бы. – Андрей посмотрел на часы. – Слушай, Лиза, ты извини, но мне пора бежать в библиотеку.

Лиза улыбнулась:

– Понимаю. Сама студентка.

Андрей посмотрел на нее удивленно. У него до сих пор не укладывалось в голове, что голоногая девчонка с вечно исцарапанными коленками стала взрослой девушкой.

– А где учишься? – полюбопытствовал он.

– В меде. Буду врачом-эпидемиологом, как Мишкины родители.

– Тоже поедешь в Африку спасать чернокожих детишек?

Лиза спокойно посмотрела на него и неожиданно серьезно проговорила:

– Если придется – поеду. Человек обязан совершить в жизни что-то важное и значительное.

Андрей хмыкнул:

– Ты прямо как мой брат Егор.

Лиза посмотрела на него внимательно и чуточку тревожно:

– А ты с этим не согласен?

– Не знаю. Все это слишком сложно. Никто еще не доказал, что в нашем существовании есть какой-то смысл. А раз так, то кто скажет, какой поступок важен и значителен, а какой – нет? – Андрей посмотрел на серьезное лицо Лизы и виновато улыбнулся: – Прости. Я не умею говорить на такие темы.