Файролл. Черные флаги Архипелага - Андрей Васильев

Награды:

Пассивное умение 'Абордажная сабля' первого уровня — вы получите первичные навыки обращения с этим оружием, грозным в умелых руках

Титул 'Гроза корсаров'

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе 'Деяния'.

Визг сообщил мне, что мой волк, увы, отправился на небеса, но будем надеяться, что погрыз он своего противника достаточно качественно.

— Память о боге — и хоть и успевший подобрать свою саблю, но замешкавшийся флибустьер падает на песок — сорок пятый уровень, куда ему…

Вами открыто деяние 'С одного удара' первого уровня.

Для его получения вам необходимо убить еще сорок девять противников одним ударом

Награды:

Пассивное умение 'Напор и натиск' первого уровня- 2 % к силе удара.

Титул 'Потрошитель'

Примечание: при выполнении деяния в зачет идут противники исключительно гуманоидных рас, с уровнем не ниже сорокового, при этом разница игрока и его противника должна быть не более двадцати уровней.

Подробные комментарии можно посмотреть в окне характеристик в разделе 'Деяния'.

Ну ты погляди, а! Прямо задался день! Кабы еще не этот архипелаг, так его растак…

Следующим я прикончил погрызенного моим волком супостата — увы, только с пары ударов.

— Душа волка, куси корсара — напустил я по новой волка на последнего из противников. Тот как-то вяло начал отмахиваться саблей, прозевал, как я зашел сбоку и печально глянул на меня, когда мой меч скрежетнул о его ребра. Вскоре и он упал на песок, и я поспешно шуганул прочь промелькнувшую в голове скаредную мысль о том, что неплохо было бы обшарить тела покойных корсаров, и проверить их карманы на наличие в них пиастров. Мародерка — это святое, но сейчас для меня важнее, чтобы те трое уцелели, ну или хотя бы двое, негр-то явно слуга, малец тоже не в счет, а вот долговязый мужик явно…

Но, глянув на схватку я понял, то, что кем был долговязый мужик раньше, и насколько он бы мог быть мне полезен, я скорее всего теперь и не узнаю, поскольку сейчас он уже стал покойником. Буквально на моих глазах он получил удар кончиком сабли в горло, и, упав на колени, хватался за шею, пытаясь задержать уходящую из него жизнь. Вот досада, а!

При этом троица с бригантины действовала очень умело и эффективно, это следовало признать. На песке уже валялось шесть тел нападавших, при этом у трех была размозжена голова — негр с колотушкой явно знал свое дело. Он и сейчас лихо ей махал, отгоняя оставшихся в живых пиратов от своего молодого спутника.

Ладно, надо хоть юнца этого не дать убить — мне позарез нужен источник информации, хоть какой-то. Больше мне ее получить неоткуда — на форме никто ничего не знает, да и знать не может, на хозяев из 'Радеона' вообще никакой надежды — они мне все в последнем 'Важно' сказали. Да еще и с учетом их свары с Консорциумом… Консорциум, не смешите меня, догадываюсь я, что это за Консорциум. Разборки, блин, третьего уровня…

Я рассудил что пираты — они такие пираты, и без зазрения совести саданул с оттягом по шее одного из них, конечно же, со спины. Очень эффективный удар вышел, с учетом того, что он и так был подранен, получилось все просто замечательно и скоропостижно.

— Проклятье! — заметил меня все тот же бородач в фуфайке — Живой?

— Живее всех живых — не стал оспаривать очевидное я, принимая его саблю на щит — Не могу тебе пообещать того же.

Под ноги к нам грянулся еще один пират с практически расплющенной головой — страшная же штука этот молот, особенно в умелых руках. Жуть!

— Н-на — дискантом пискнул юноша, и острие его рапиры вышло из спины еще одного негодяя.

Оставшийся в живых пират посмотрел на лица юноши и негра и рванул в море, видимо решив, что утонет он или нет, плывя к кораблю еще неизвестно, а вот здесь его точно прибьют.

— Крысы — просипел фуфаечник, вращая саблю и описывая ей замысловатые восьмерки — Трус…

Негр не стал мудрить и попросту кинул свое грозное орудие в пирата, как некий темнокожий Тор, бог местных викингов. Что примечательно — попал, и тело последнего из оставшихся в живых, а теперь уже совершенно неживого корсара, упало на песок.

— Ух ты — достав из кармана тряпицу, я начал протирать клинок — и забота об оружии, да и доставать, если чего не надо будет. Кто их знает, что это за люди.

— Дядька Себастьян — заорал юнец во всю глотку и, сорвав шляпу, замахал ей — Дядька Себастьян, чего так мало своих инвалидов послал нас убивать, нам они на один зуб!

Волна волос упала на плечи юноши, который по ходу оказался вовсе и не юношей, а девушкой. Надо же, старею, не распознал. И надо отметить — прехорошенькая такая оказалась барышня, глазастая, с тонкими чертами лица и похоже с тем еще характером, поскольку к уже произнесенному она добавила на редкость грамотно сплетенное ругательство, не хуже малого загиба Петра свет Алексеевича. Ну да, не соврали разработчики — и натурализм на месте, и ненормативная лексика тоже. Чудо что за место!

— Не беспокойся племяшка, я еще до тебя доберусь, твоя удача, что времени нету у меня сейчас — донесся до острова со стороны баркентины мужской бас явно усиленный рупором — Не будь я Себастьян Фирейра если я не отправлю тебя на корм акулам, по свойски, по родственному!

На это девица обернулась к баркентине спиной и хлопнула себя ладонями по заду. Вот тебе и откровенная сцена, теперь все перечисленное в наличии, хорошо еще, что она портки не спустила. Робин, бедный Робин, куда ты попал?

На корабле звякнули в колокол, он развернулся к нам кормой, поймал ветер и стал удаляться.

— Чертов старый осьминог, чтоб тебе словить риф под киль! Дали же боги дядьку, врагу не пожелаешь — девушка бросила шляпу на песок, подошла к своему погибшему спутнику и потыкала его носком ботфорта

Негр что-то промычал, покачав головой, и пошел за своим молотом.

— Все Просперо, кончилась удача Питера — вздохнув печально, отметила девушка — Жаль, славный был костоправ, головорезов-то новых мы наберем на островах, а вот лекаря пойди еще поищи.

После барышня развернулась ко мне и коротко глянула на чернокожего гиганта. Тот как-то очень ненавязчиво и совершенно не скрывая своих намерений, встал сбоку от меня, поигрывая молотом.

— Кто ты? — без всяких экивоков и как-то так запросто, при этом очень жестко спросила меня девица — Кто и откуда?

Я испытывал дикое желание сказать, что я Робинзон Крузо, моряк из Йорка, но подавил его и ответил честно -

— Я Хейген из Тронье, тан Запада и его окрестностей.

— Тронье? — барышня сморщиала наморщила точеный носик с веснушками — Запада? Это где?

— Это на Раттермарке, на континенте — я, честно говоря, даже и не знал, как ей объяснить, откуда я взялся. Плюс похоже еще на носу была и проблема с тем, что как-то придётся обосновывать историю своего появления здесь, на острове.