Ангел-наблюдатель - Ирина Буря

Родители подпрыгнули, ошарашенно уставившись на него, мы же с моим ангелом, переглянувшись и не сговариваясь, тут же нашли глазами Игоря. Лежащего на полу перед телевизором — с правой ручкой, покоящейся на случайно, видимо, упавшем с журнального столика пульте — и завороженно созерцающего мелькающие на экране яркие картинки.

Вы думаете, хоть кто-то признал мою правоту?

Мать возмущенно поинтересовалась, кто бросил пульт на пол.

Отец расплылся в победной улыбке.

— Сразу видно, что технарь растет! — торжественно провозгласил он. — Мой внук!

Мой ангел, крепко сжав зубы, пробормотал нечто вроде: «Завтра… магазин… книги…» и начал собираться домой.

Мы с ним весь вечер не разговариваем. Не успели домой вернуться, он в Интернет нырнул — Игоря мне купать пришлось! — и за стол меня пустил, только когда распечатал… уж не знаю, сколько страниц с детскими стихами. Вон лежит на кровати, декламирует…

Черт, нужно ведь ему еще о Маринином дне рождения сказать! Я же просто забыла! Нет, лучше завтра.

16 января.

Я больше никогда, нигде, ничего не буду ждать! Особенно, если это что-то хоть каким-то боком, хоть намеком будет касаться этих… чертовых… ангелов!

У меня в голове вообще все перемешалось, даже не знаю, что писать. Наверно, лучше по порядку. Нет, лучше самое главное.

Встреча с друзьями закончилась полной катастрофой.

Нет, лучше все же с самого начала.

Ничто эту катастрофу не предвещало. Наоборот, в нашу с моим ангелом жизнь, сконцентрировавшуюся в последнее время исключительно вокруг Игоря, вернулись старые, уже полузабытые штрихи, всегда придававшие ей ни с чем не сравнимый колорит и очарование.

Узнав о Маринином дне рождения в нашем доме, мой ангел взъерепенился — прямо чем-то родным повеяло, а то моду взял — одни директивы направо и налево раздавать.

— Это еще с какой стати?

— А тебе жалко? — по старой привычке перешла в нападение я. — Мы ведь с Игорем никуда выбраться не можем, а я уже три месяца в четырех стенах, скоро никого из знакомых не узнаю!

Мой ангел раздраженно дернул уголком рта — возразить столь громко вопиющей правде жизни даже он не решился.

— А сколько народа будет? — буркнул он.

Теперь растерялась я — Марине я ведь так и не перезвонила, первое увечье Игоря напрочь вышибло у меня из памяти тот факт, что наш с ней разговор остался неоконченным.

— Не знаю, — честно призналась я, и быстро выдвинула на передний план самую радужную деталь плана: — Марина просила передать тебе, что всю еду она берет на себя.

— А кто вообще приглашен? — подозрительно прищурился мой ангел.

— Сейчас выясним, — с готовностью кивнула я, и ринулась к телефону.

— Как кто? — удивилась Марина. — Вы, само собой, Светка с Сергеем, Тоша с Галей, детвора…

Я с облегчением перевела дух.

— … ну, и я с ребятами, конечно, — закончила она.

У меня, по-моему, сердце удар пропустило. Сейчас же все сорвется!

— С какими ребятами? — снизила я на всякий случай голос. Может, удастся при докладе акценты в первоисточнике переставить?

— Стас, Макс и Киса, — четко и уверенно уточнила она.

От отчаяния я даже забыла съехидничать, что Марина, по всей видимости, смирилась с именем, данным мной ее бывшему ангелу-хранителю.

— Марина, — простонала я, — ты вообще соображаешь? Дениса? В одну компанию с Галей?

— Так он же не Денис, — искренне удивилась Марина, — он уже Макс. Узнать она его не узнает, а напоминать ей о себе он, поверь мне, не станет.

— А Тоша? — вспомнила я нашу последнюю встречу с замаскировавшимся Денисом.

— С ним проблем не будет, — безапелляционно закончила разговор она.

Узнав состав приглашенных, мой ангел начал хватать ртом воздух. Тщательно и большими глотками. Чтобы на всю последующую тираду хватило.

— Это она специально к нам напросилась! — завопил он свистящим шепотом. — Чтобы кого ей вздумается с собой притащить! С тобой-то никто не откажется встретиться! А я кем буду выглядеть? Как мне Тоше все это объяснять?

— Она сказала, что Тошу тоже берет на себя, — попыталась я спасти тихо гибнущую на моих глазах идею.

— Ее бы кто на себя взял! — рявкнул мой ангел, и добавил неожиданно смирившимся тоном: — Я, кажется, догадываюсь, кто это будет…

От такой беспрецедентной уступчивости я воспрянула духом.

Но последующие несколько дней мой ангел обходил эту тему молчанием. Я тоже ничего не могла сделать — не звонить же мне, в конце концов, кому-нибудь с вопросом, ждать ли мне гостей в своем собственном доме. Наконец, не выдержав, я поинтересовалась, словно между делом, как там дела с шестнадцатым.

— Уладилось, — буркнул мой ангел, и я судорожно проглотила все остальные вопросы. Чтобы не спугнуть удачу.

Поскольку все внешнеполитические вопросы предстоящего празднества решились без меня, я решила внести свою в него лепту созданием уютной внутренней атмосферы. И все оставшиеся дни, пока Игорь спал, методично и скрупулезно убирала квартиру. В конце концов, в прошлый раз гости у нас были сразу после ремонта, и как-то не хотелось, чтобы они далеко не лестное сравнение провели. Да и слова матери о моем «внимании» к чистоте за живое меня задели.

Но только в то время, пока Игорь спал. Во время его бодрствования я ни минуту от него отвлечься не могла. Мой ангел сдержал непонятно к кому обращенную угрозу, и сразу после Рождества у нас в доме появилась куча детских книжек. Которые на некоторое, по крайней мере, время затмили даже кухонную утварь.

Больше всего ему нравились те из них, в которых на каждой странице находилось крупное изображение какого-то предмета и коротенькое четверостишие о нем. Стишки были совершенно незамысловатые, но очень ритмичные и с ясной, четкой рифмой — они прямо не проговаривались, а пропевались. Игорь мог чуть ли не часами у меня на коленях просиживать, завороженно глядя на картинки и покачиваясь в такт моим словам. Я еще думала, что так, глядишь, он танцевать начнет раньше, чем ходить.

И на одной из таких книжек он и сделал следующий гигантский скачок в абстрактном мышлении, увязав в своем сознании предмет с его изображением и названием. Однажды я отлучилась на минутку, оставив перед ним развернутую книжку, на одной странице которой была изображена ядовито-лимонная груша, а на другой — удивительно реалистичное, румяное яблоко. Услышав через пару минут треск рвущейся бумаги, я помчалась назад.

Увидев, что он старательно запихивает в рот вырванную страницу с яблоком, одновременно ворча и отплевываясь, я задумалась. Сбегав на кухню за настоящим яблоком, я отобрала у него страницу, расправила ее и положила рядом яблоко, тыча пальцем то в него, то в