Алгоритм судьбы - Валерий Большаков

Можайский уезд Центрального округа, Александровка

Бирский, прячась в тени сосен, пробрался к обочине тихой дороги. Пусто. Вдалеке, на пригорке, синел щит. Михаил поднял бинокль и разобрал название населённого пункта: «Александровка». Вышли-таки!

Вернувшись к друзьям, он поделился радостью:

– Почти на месте! Александровка за холмом, какой-то километр остался!

– Дотопаем, – проворчал Царёв.

Остальные только кивнули – марш-бросок отнял много сил у не подготовленных к лишениям ИТР.

– Пошли тогда, – вздохнул Бирский и повёл группу лесом, избегая полянок и прогалин.

– Ищут нас уже, интересно? – спросил в пространство Тимофей.

– Уже! – хмыкнул Гоцкало. – Давно ищут. С самого утра!

– Не нашли пока, – проворчал Геннадий, – и ладно…

Рита ничего не сказала, только вздохнула. Рюкзак она тащила самый лёгкий – Тима перегрузил её запасы в свой «сидор» – но девушку угнетала не выматывающая гонка, а неопределённость. Ведь полная темнота впереди! Что делать, как жить дальше? И сколько им, интересно знать, отпущено той жизни? День ещё не кончился, и предсказанные смерти вполне могут случиться… Нет, лучше об этом не думать!

Она поглядела на Тиму. Какое у него лицо напряжённое… Глаза цепкие, острые… И движения стали порывистыми, резкими… Быстрыми, но не торопливыми. Торопиться в их положении нельзя, так можно и ошибку допустить. А вот поспешать, наоборот, полезно для здоровья. И для продолжительности жизни.

Девушка вспомнила, как смутился Тимка, когда она застала его в виртуалке, азартно отстреливавшим монстров. Сама-то она «стратегией» занята была – поднимала экономику королевства эльфов. Она не посмеялась тогда над Кнуровым, улыбнулась лишь, снисходя до мужских слабостей. «Мальчишки! Им бы только в войнушку поиграть…»

Рита снова посмотрела на Тиму. Если честно, она не слишком понимала, почему провела с ним ночь. Отчего занималась любовью – понимала. Она девушка здоровая, природа требовала своё – целый месяц без мужчины! Но почему Тима? Нравился он ей? Хм. Нравился. Ну, так мало ли кто ей нравится! Бирский тоже симпатичный парень. И Гена. Сергей… он какой-то… несерьёзный. Ну а Саня из их отдела? А спала она тогда с Тимой. Сама увела его с вечеринки – он шёл, как бычок на верёвочке. И был с нею очень нежен. Даже чересчур нежен, так, что ласки не горячили, словно виртуальные касания эльфа. Но потом он осмелел, кровушка закипела… А она прижималась к нему и радовалась, что ничего не отвлекает её, никакие неприятные запахи – кожа у Тимки была чистой и если пахла, то мылом… Приятная была ночка. Рита протянула руку и вложила свою ладонь в Тимкину. Кнуров, не оглядываясь, сжал её пальчики. Очень нежно.

– Осторожно! – сказал Бирский. – Сейчас на опушку выйдем!

Из-за деревьев открылась деревня – коттеджи вразброс, огороды, садики, за речкой ферма просматривается и пятиэтажный сотовый дом для любителей урбанизации.

– Вон тот домишко! – указал Михаил на большой двухэтажный коттедж за околицей.

– К нему можно по саду пробраться, – оценил Тимофей, поглаживая пальцы Риты. – Во-он там, где лес – и сразу сад.

– И огородами, – поддакнула девушка. – Только там собаки могут быть.

– Угу… – мотнул головой Царёв. – Баллончики от зверей достали, и вперёд.

– А собакам плохо не будет? – поинтересовалась Рита.

– Не, подобреют только! На время…

Пятёрка прошла до смычки леса и сада и прошмыгнула из-под лап ёлок под ветви раскидистой старой яблони. Дальше росли груши, запущенные, почти дички – видать, растили их для декора и весеннего цветения.

Забор обнаружился всего один, и окружал он как раз нужный дом. Собаки гавкали где-то, но близко ни одна псина не показывалась.

Прячась под вишнёвыми деревьями, беглецы по одному перелезли забор. Сад по ту сторону ограды был ухожен – ни одной сухой ветки, ни одного сорняка. Листва аккуратно убрана, дорожки посыпаны песком.

– Подождите здесь, – негромко сказал Бирский. – Я схожу разведаю. Если всё в порядке – свистну.

Начальник проекта «Гото» скрылся в зарослях, а его спутники, умаявшись, присели на корточки. Рита привалилась к Тиме, и тот обнял её за плечи. Сжал, успокаивая.

Тихий свист донёсся с веранды, и четверо облегчённо зашевелились. Стараясь не ступать на дорожку, все проскользили к крыльцу и нырнули под навес. В холле их ждал пожилой, но крепкий мужчина с благородной проседью. Красное лицо его было отмечено тонким вертикальным шрамом через всю щеку, а левая бровь отчётливо секлась на две половинки. «Бывалый!» – отметила Рита.

Бывалый серьёзно, угрюмо даже осмотрел всех четверых и вдруг улыбнулся откровенно весёлой, хулиганистой даже улыбкой. «Тоже мальчишка!» – поняла девушка.

– Ну, давайте знакомиться, – протянул бывалый руку. – Савельев, Алексей Дмитрич. Подполковник ФСБ в отставке. В РВ меня не жалуют, так что мы с вами по одну сторону.

– Царёв, Геннадий, – прогудел инженер-контролёр.

– Гоцкало Сергей, – представился старший оператор-информатор, не порываясь шутковать, как обычно.

– Тимофей Кнуров, – отрекомендовался инженер-программист.

Рита отняла у инженера-программиста руку и протянула её подполковнику:

– Рита.

Подполковник галантно приложился к ручке.

– Ну, что ж… – медленно проговорил он. – Миша меня посвятил в суть ваших бед… Хотя я и не поверил до конца в этот ваш предиктор, но облаву на вас устроили знатную. Н-да… Прислушайтесь!

Рита прислушалась и уловила слабый рокоток.

– Это «вертушки», – усмехнулся Савельев. – И послали их по ваши души. Место… э-э… высадки скорее всего уже выявили, и скоро Александровку оцепят со всех сторон. В нашем распоряжении полчаса максимум. Так что давайте собираться в путь-дорогу. Впрочем, собираться буду я один, а вы пока передохните. Закусите, что найдёте в холодильнике. Рита, сообразишь товарищам?

– Соображу, – улыбнулась девушка. – Вы уж простите нас, что вот так вот врываемся и всё рушим. Это же опасно – нам помогать?

– Очень, – серьёзно сказал Савельев. – Только это моя работа – помогать. Я, Риточка, командовал группой АТ – антитеррора. Заложников освобождали, террористов спатки укладывали…

– Чечня? – спросил знающий Гоцкало.

– Ну, для чеченской войны я мал был, – усмехнулся подполковник. – Я тогда ещё учился. Ничего, этого гадства и на мою долю привалило – в Киргизии, в Сахеле, в Крыму… Ладно, потом поговорим. Кушайте и отдыхайте, я скоро.

Рита прошла на кухню, вскоре к друзьям присоединился Бирский.

– Втравил я дядю Лёшу в эти безобразия, – пробурчал он, – а он рад даже… «Разомнусь хоть!» – говорит…