Ледяной рыцарь - Дарья Ратникова

- Новая невеста… - Он потёр лоб рукой. – Значит, я спал десять лет, или больше. Всё перемешалось. Ничего не помню.

Он попытался встать и застонал, как от боли. Потом поднял на меня глаза.

- Ты не боишься меня?

- Нет, - Я покачала головой. Почему то я и правда его не боялась. Странно, но он не пугал меня.

Вдруг до нас донеслись голоса, а потом нетерпеливое ржание кошмаров.

- Мы на охоте, да?

Я кивнула. Глаза у рыцаря потемнели.

- Ты должна будешь найти новую жертву, а я – убить её по приказу Царицы, превратить в лёд, верно? – Он выплюнул это «царицы» вместо обычного «госпожа» с такой ненавистью, что я сразу поверила в его искренность. Передо мной был другой человек, не Ледяной Рыцарь, а Майкл.

- Да.

- Помоги мне. Я не хочу этого делать.

- Как помочь? 

- Я не знаю. Будь рядом. Не дай мне сделать это. – Я только и успела подумать – как я смогу ему помешать, когда Майкл заговорил, торопливо, проглатывая слова. – Я под властью Царицы, под её вечным проклятьем. Тысячу раз уже я умолял небеса даровать мне прощение, но, видимо, моё время ещё не пришло. Но я не хочу служить проклятьем для людей. Иногда бывает, что её власть ослабевает. Особенно часто, когда я отправляюсь на землю и рядом со мной невеста. Словно Единый даёт мне шанс. Я не знаю, с чем это связано, но когда её нет рядом, я иногда могу сопротивляться. Но не в замке. Там слишком темно. Вечная ночь… - Он закусил губу, а по лицу вдруг прошла словно судорога боли. – Если ты – моя новая невеста, помоги мне. Я не хочу быть её верным псом, я не хочу, чтобы из за меня гибли люди. Помоги моей жертве сбежать.

- Я постараюсь. – Я действительно хотела помочь, но не понимала, чем.

Вдруг рыцарь обернулся и побледнел.

- Она уже рядом. Не дай мне снова стать убийцей.

Я понятия не имела, что надо делать, но жалость к рыцарю, жалость, в которую превратился страх, заставили меня взять его за руку. Рука его была тёплая, как у живого человека. И мне было жалко его совсем как человека.

А дальше всё случилось так быстро, что думать уже было некогда. Я услышала сдавленный крик. Похоже кричал этот мальчишка, потом треск ломающихся кустов и голос Царицы.

- Что-то вы долго. Я вами недовольна. Майк, ты знаешь, что надо делать.

Рыцарь встал. Я обернулась. В нём не осталось ничего от человека, который жаловался мне. Он был собран и серьёзен, минутная слабость прошла, и рыцарь снова был похож на воина. И всё же он оставался человеком. Я видела это.

Он сделал несколько шагов вперёд, когда навстречу нам из кустов вывалился мальчишка. Но увидев нас закричал от ужаса и хотел броситься назад. А сзади уже раздавалось ржание кошмаров и крики девушек Царицы. И тут Рыцарь шагнул вперёд, в мгновенье зажал ему рот и потащил в кусты. Я бросилась следом.

- Несколько минут мы выиграем, - он был сосредоточен и молчалив. Но я видела, как ему тяжело даётся это неподчинение.

- Парень, ты знаешь дорогу через лес, в безопасное место?

Мальчик закивал головой, кажется, сообразив, что убивать его сейчас не будут.

- Тогда беги, не разбирая дороги. Вперёд. Только молча. – И рыцарь отпустил его. Мальчик на мгновенье замешкался, а потом бросился бежать. А мы с рыцарем кинулись в другую сторону. Я всё ещё держала его за руку, боясь отпустить.

Мы бежали по направлению к Царице. И когда Рыцарь увидел её сани, он вдруг остановился.

- Что случилось? Где мой мальчик?

- Я потерял его из виду, - Рыцарь стоял, гордо подняв голову, без обычного «госпожа».

- Потерял, говоришь. – В глазах Царицы плеснулась ярость. – Ты будешь наказан, Майк. А пока вот тебе задаток. – И она протянула руку.   

На её ладони загорелось яркое синее пламя. Такое же как у рыцаря, только ярче. Я почувствовала мощь, исходящую от Царицы. Она словно выросла и сама засветилась синим светом. Она подняла руку и направила ладонь на рыцаря. Я увидела, как пламя коснулось его, окутало, словно одеялом. Рыцарь скорчился от боли, потом упал на колени, сжимая зубы. Он молчал, не желая кричать. И я могла лишь догадываться, как ему больно. Он словно горел в огне и не сгорал, а может замерзал от холода, ледяными иглами впивавшимся под кожу, как те статуи, в саду А я понятия не имела, как ему помочь.

Но мне было жалко его. За прошедшие несколько минут я узнала его так хорошо, словно знала всю жизнь. Хотя сама бы не могла толком сказать, почему. Наверное, если бы Царица наказывала его дольше, я бы не выдержала и чем-нибудь выдала бы себя. Но она вдруг опустила руку, а потом обернулась ко мне.

- Мой Рыцарь иногда выходит из повиновения. И тогда приходится напоминать ему, кто здесь хозяйка и госпожа. Так, Лизетта, будет со всяким, кто посмеет нарушить мою волю, - И она внимательно посмотрела на меня. Что-ж, я усвоила урок, поэтому просто стояла молча. Ну, поехали!

Она отвернулась и пошла прочь от рыцаря, который стоял на коленях, сжимая горло руками. Глаза его были закрыты.

- А как же охота? – Одна из девушек, ехавших с нами, капризно скривила губы.

- Я устрою охоту в другой раз, и не бойся, тебя точно возьму с собой, - Хищно усмехнулась она. – Садитесь. – Потом обернулась на рыцаря, который всё ещё стоял на коленях и приказала ему. – Садись в сани и правь кошмарами.

И он встал, медленно, словно нехотя. В глазах снова был лёд, словно они неживые. Он первым залез в сани, я за ним. Как только Царица подняла свои сани в воздух, мы взлетели вслед за ней. И тогда я подняла глаза. Мне показалось, или рыцарь снова был самим собой – не рабом, а человеком, Майклом. Хотя, может быть, мне так только показалось. Он не осмеливался заговорить со мной, а я тоже молчала, боясь напомнить о себе. Вдруг он уже забыл? Но я то ведь помню всё, и что мне теперь делать с этой памятью?

Сани летели по воздуху, а я обдумывала всё, что произошло на охоте. Я была рада, что мне не пришлось заманивать никого и я осталась в живых, да и не только я. Жертв ведь не было. А с другой стороны, я боялась, что Царица придумает какую-нибудь проверку похуже. И не факт тогда, что я справлюсь. Но я должна делать то, что могу, что зависит от меня – всё остальное – неважно. А ещё я всё-таки грустила, что побыла на земле так мало. Кто знает, может быть, теперь я увижу родные места только через десять лет или и вовсе не увижу, как те девушки, что работают на Царицу.

Мы приземлились. В этот раз полёт показался мне короче, чем до этого. Может быть, это тоже какое-то колдовство Царицы. Она первая выскочила из саней, да так, что полы её лёгкой, расшитой серебряными узорами шубки, взметнулись вверх, как крылья.

- Ну что, девочки, вы пока можете отдыхать. А ты, Лизетта, пройдёшь со мной.

Страх напомнил о себе. Неужели я выдала себя чем-то? Неужели в чём-то оступилась? Но Царица по-прежнему смотрела на меня дружелюбно.