Школа прошлой жизни - Даниэль Брэйн

Все самое интересное проходило мимо меня, и я пока не определилась, радоваться мне тому, что течение моей жизни не нарушено, или возмутиться, но кому я могла высказать свои возмущения, разве что Сущим, которым были абсолютно безразличны мои надежды и чаяния.

За годы жизни в Анселских Долинах я стала неверующей, впрочем, там это было в порядке вещей. Здесь же за хулу можно было получить пару лет каторги, и недовольство бездействиями Сущих я предпочитала держать при себе.

Девочки — средний класс, от четырнадцати до шестнадцати лет, — жались за партами, а на возвышении перед кафедрой лежал Джонни — многострадальная кукла, на которой поколения студенток тренировались делать перевязки и элементарные операции. Джонни придумал Фил, и я подозревала, что он каждый раз создает нового голема, потому что учебный год не успел начаться, а Джонни выглядел уже сильно потрепанным, и правая нога у него почти отвалилась.

Под настороженными взглядами я прошла к окну и положила волчий корень в ледяной шкаф.

— Когда занятие закончится, — предупредила я, — выходите из класса спокойно и не кричите.

Пока я бежала вниз, успела подумать над следующим. Мэдисон вышла через черный ход, который далеко от конюшен и ближе к лесу. Когда умер Криспин? Мэдисон долго не было, она промокла и не продрогла лишь потому, что была привычна к сырости и холоду, а еще умела хорошо концентрироваться. Если Нэн не ошиблась и сказала «несколько часов» не для красного словца, то Мэдисон могла заметить убийцу Криспина… И не понять, что видела. Или кого.

На последней ступеньке я остановилась. Это было уже чересчур смело — считать, что Криспин убит. Он погиб, потому что его ударила лошадь, у меня нет оснований не верить Нэн.

Занятия кончились, студентки заполонили холл первого этажа. На переменах Школа напоминала мне мой университет — многолюдно, шумно и весело, на самом же деле у нас училось всего пятьдесят пять студенток, и весело в Школе почти не бывало. Но я не видела ни Торнтон, ни Честер, и это значило — Нэн успела зайти в класс до конца занятия, я ее упустила и теперь буду терзаться в догадках до самого вечера.

Мэдисон нашлась, и даже смерть Криспина теперь не казалась мне большой бедой. Легко получилось себя убедить, что несчастья случаются, порой — слишком часто.

У меня была работа, которая в том числе заключалась в том, чтобы раздать преподавателям классные журналы, и я направилась к кабинету директора Лэнгли. Мне не хотелось туда заходить, но я себя пересилила. Лэнгли вряд ли мне что-нибудь скажет, но — я кивнула своим мыслям — я смогу сообщить ему, что студентка нашлась.

У двери торчал Арчи, на мое приветствие он не ответил, и я подумала, что у бедного старика шок. Я коротко стукнула в дверь и вошла, не дожидаясь приглашения. Лэнгли был не один, и я уже в коридоре это услышала, но не считала, что прерву важный конфиденциальный разговор.

— Нет, господин хороший, да кто бы вы ни были! Я потеряла малышку Лайзу, чем вы хотите меня напугать? Я не стану перебираться в это насквозь прогнившее здание, моим растениям нужен постоянный уход!

Крики, вопли и раздражение — такая же примета Школы Лекарниц, как протечки и холод. Лэнгли об этом еще не знал, он был мрачен, рассеянно кивнул мне, и по его лицу мне стало понятно, что дело, возможно, серьезнее, чем я вообразила. Спрашивать я не стала.

— Она нашлась, сэр, — сказала я, решив не выдавать Мэдисон. — Она была на улице с позволения преподавателя, искала ингредиент.

— А, — тут же забыла свой резкий тон госпожа Коул. — Мэдисон отыскала волчий корень? Вот же настырная. Ладно, пусть приходит, раз обещала, научу.

Она боком протиснулась в дверь. Ей было далеко до объемов госпожи Лидделл, и все равно я подумала, что в темноте их можно запросто перепутать. Арчи, очевидно, ждал своей очереди, потому что сразу вбежал в кабинет, дергая плечами и морщась, будто от боли.

— Вы зря мне не верите, господин директор. Спросите кого хотите, я в темноте вижу мышь.

Лэнгли кивал в такт его словам. Волосы его были мокрыми, слегка вьющимися, и вода капала с них на темный сюртук и на пол.

— Говорю вам, я его видел, — настойчиво продолжал Арчи. — Не первый раз я его видел, так почему ничего не сделал, спросите вы, я отвечу — я хочу дожить отпущенные мне Сущими дни.

«О чем это он?» — прочитала я в недоумевающем взгляде Лэнгли.

«Не имею ни малейшего представления», — постаралась передать ему я.

— Глупая Коул не намерена прятаться в безопасном месте, я скажу — спрячьте меня! Спросите кого угодно, нельзя будить древнее зло! Нельзя было будить это древнее зло!