Лазоревый грех - Лорел Гамильтон

Да, он был угрозой для глаз, но не этим он был опасен. А вотто, что я хотела его трогать, водить руками по его белейшей коже, — вотэто было опасно. Это не была любовь, не было даже вожделение. В результатесерии совпадений и чрезвычайных ситуаций я привязала Дамиана к себе как своегослугу-вампира. Что невозможно. Вампир может иметь слугу-человека, но у человекане может быть слуги-вампира. Я начала понимать, почему Совет раньше убивалнекромантов на месте. Дамиан лучился добрым здоровьем, из чего следовало, чтоон недавно на ком-то подкормился, но я знала, что это была добровольная жертва,поскольку охотиться я ему запретила. Он делал то, что я ему говорила, — небольше и не меньше. Повиновался мне во всем, так как у него не было выбора.

— Я знал, что успею до того, как вы войдете, —сказал он.

— Да, полет имеет свои преимущества.

Я встряхнула головой и убрала пистолет. Пришлось потеретьладонь о юбку, чтобы не коснуться Дамиана. Рука прямо чесалась его тронуть. Онне был моим любовником или бойфрендом, и все же меня так и тянуло егопотрогать, когда он бывал рядом, и чувство это было до неприличия мне знакомо.

Глубокий вздох, который я испустила, оказался слегкапрерывистым.

— Я велела Мике никого не присылать, пока не пойму, чтотам творится.

Дамиан пожал плечами, подняв руки.

— Мика сказал «иди», и я пришел.

Он тщательно сохранял на лице нейтральное выражение. Но былнапряжен и явно ожидал, что я сорву недовольство на гонце.

— Коснись его, — сказал Ашер.

От его тихого голоса я вздрогнула. Но он хотя бы уже вылезиз джипа.

— Что?

— Коснись, ma cherie, коснись своего слуги.

Я ощутила, как мне щеки заливает жаром.

— Это так заметно?

Он улыбнулся, но не радостно.

— Я помню, как это было с... Джулианной. — Ее имяон произнес шепотом, который был отчетливо слышен в холодном осеннем воздухе.Меня поразило ее имя, произнесенное им, — раньше он избегал егопроизносить и слышать.

— Я — человек-слуга Жан-Клода, но не испытываюнепреодолимого желания потрогать его каждый раз, когда вижу.

Ашер посмотрел на меня в упор:

— Ты — не испытываешь.

Мне пришлось задуматься. Мне действительно хотелоськоснуться Жан-Клода при каждой встрече, но ведь это секс, тяга друг к другунедавно образовавшейся пары?

Я поморщилась и сменила тему:

— И у Жан-Клода та же потребность коснутьсяменя? — Как у меня коснуться Дамиана.

Последней фразы я не сказала вслух.

— Почти наверное, — ответил Ашер.

Я сильнее нахмурила брови:

— Он ее хорошо скрывает.

— Показать такой неприкрытый голод значило бы тебяотпугнуть. — Он слегка взял меня за локоть. — Я не хотел бы открыватьничьих секретов, но мы должны показать единый фронт перед... перед ней сегодня.Касаясь Дамиана, ты набираешь силу, как Жан-Клод набирает силу, касаясь тебя.

Я медленно перевела дыхание. Одно я знала совершенно точно:Ричарда сегодня здесь не будет. С момента нашего разрыва он близко не подходилк «Цирку проклятых». Отсутствие трети нашего триумвирата ослабляло нас. Ричардобещал явиться в «Цирк» через месяц, к ожидаемому визиту Мюзетт, но раньше онне придет. Я готова была поставить на это свою жизнь — а может, уже ипоставила. Черт его знает, что ждет нас там, внутри.

Я посмотрела на обоих вампиров и тряхнула головой. Нам надовойти и пора перестать жаться. Ашеру тоже пора, но им я не могла управлять —дай бог с собой управиться.

Я взяла Дамиана за руку, и сила потекла между нами какдыхание ветра. Я провела ладонью по его гладкой коже всей ладонью, кромекончиков пальцев. Они болели, если их слишком сильно прижать. Дыхание Дамианастало прерывистым, когда я скользнула рукой ему в ладонь, переплела с нимпальцы. Если не давить слишком сильно, заклеенные пальцы не болели.

Так было хорошо его касаться. Трудно объяснить, потому чтоэто прикосновение не наводило на мысль о сексе. Не то что касаться Жан-Клода,или Мики, или даже Ричарда. У нас с Ричардом была сейчас кровная вражда, но всеравно на меня действовало его присутствие. Когда я смогу быть в одной комнате сРичардом и у меня тело не будет сжиматься, тогда я пойму, что любовь прошла.

— Я не возражаю, что Мика прислал помощь.

Его ладонь, всю руку, все тело отпустило напряжение, котороея даже раньше не заметила. Он улыбнулся и пожал пальцы мне в ответ:

— Это хорошо.

— А ты помягчела, — раздался голос у меня заспиной. Я резко обернулась — все мы обернулись — и увидела идущего к намДжейсона, очень довольно ухмыляющегося, что сумел нас застать врасплох.

— Чертовски тихо для вервольфа, — сказала я.

Он был одет в джинсы, кроссовки и короткую кожаную куртку.Джейсон, как и я, американец и любит одеваться непринужденно. Светлые волосывсе еще подстрижены коротко, как у молодого руководителя компании. Они делалиего с виду старше, взрослее. Без обрамления волос его глаза казались больше,синее, цвета невинного весеннего неба. И цвет этот не соответствовал прыгающимв глазах чертикам.

— Пожалуй, слишком тепло для кожаной куртки, —заметила я.

Он одним движением расстегнул молнию и блеснул голой грудьюи животом, все еще идя к нам, даже с шага не сбившись. Иногда я забываю, чтоДжейсон днем работает стриптизером в «Запретном плоде», одном из клубовЖан-Клода. В такие моменты он мне об этом напоминал.

— У меня не было времени одеться, когда Жан-Клод меняпослал ждать вас.

— А к чему такая спешка?

— Мюзетт предложила Жан-Клоду поделиться с ним своимpomme de sang, если он поделится своим.

Pomme de sang в буквальном переводе значит «яблоко крови» —жаргонное название объекта, куда более значимого, чем просто донор крови.Жан-Клод его когда-то охарактеризовал как возлюбленную подругу, только вместосекса она дает кровь. Содержанка, или в случае Джейсона — содержанец.

— Мне казалось, что просить одолжить своего pomme desang, — это бестактность, — сказала я.

— Но может также быть величайшей любезностью ичестью, — объяснил Ашер. — Если есть возможность превратить обычай впытку, Мюзетт ее не упустит.

— Значит, она своего pomme de sang предложила Жан-Клодуне в знак чести, а потому, что знала: он не захочет делиться Джейсоном?

— Oui.

— Отлично, просто отлично. Какие еще есть маленькиевампирские обычаи, которые могут вдруг выскочить и вцепиться в икру?

Он улыбнулся и поднес мою руку к губам для быстрогоцеломудренного поцелуя.