Правила колдовства - Сергей Малицкий

– Почти неделя в лодке, – понял Брок. – Но почему здесь нет лодок кроме нашей?

– Есть, – покачал головой лодочник. – Но только в Чидском озере, и только у южного берега. И не только лодки, но и корабли. Хотя рыбацкие барки иногда подплывают к северному берегу, но редко. Рыба вся южнее.

– Подождите! – не поняла Йора. – Какие корабли? Или мне послышалось про плотину?

– Увидишь своими глазами, – улыбнулся лодочник. – Поверь мне, я не смогу это описать. Это надо видеть.

– Да, – отозвалась Деора. – Это надо видеть. А вот и развалины. Ты ведь на них хотел посмотреть, Брок?

Там, где они плыли, беспокойный Чид размыл часть прибрежного холма, и в его обрушившемся склоне белели руины какого-то удивительного сооружения. Огромные камни, каждый из которых был в три раза длиннее лодки, были свалены друг на друга словно поленья возле дроворуба. Некоторые из камней изгибались, верно являясь частью утраченных во мгле времен арок, некоторые когда-то были частью колонн или перекрытий. Казалось, что невиданные великаны в древности забавлялись с каменными игрушками, а потом наигрались, бросили их и забыли.

– А вот это что? – спросил Брок, тыкая пальцем в оплавленные края некоторых камней. – Это ведь камень, а не воск? Что это? Почему камень оплавлен?

– Война, – сказал лодочник.

– Война, – подтвердила Деора. – Но очень давно. Тот мир погиб. Или, скажем так, те люди, что жили в городе, построенном из этих камней, погибли. Почти поголовно.

– Как давно это было? – спросила Гаота.

– Шестнадцать тысяч лет назад, – сказала Деора. – Мы будем изучать это. Но чуть позже.

– Но почему? – спросил побледневший Блас. – Почему те, кто построил это, не вернулись? Почему они оставили эти руины, не восстановили их? И что это была за война, если от нее плавился камень? Это была такая магия?

– Можешь называть это магией, – сказала Деора. – Хотя вот Юайс говорит, что это была наука. И что наука это не только перелистывание древних манускриптов, но и строительство зданий из таких огромных камней в том числе. Но противостояла эта наука магии. И закончилось все тем, что была почти уничтожена и наука, и почти уничтожена магия. Вы спрашиваете, почему те, кто построил это, не вернулись? Почему не восстановили свои города? Потому что их почти не осталось. А те, кто все-таки выжил, кто сохранил здания, через много тысяч лет построили последний оплот своего мира. Знаменитый город Бейн.

– Который тоже был разрушен, – подал голос Олк.

– Именно так, – вздохнула Деора. – Хотя, это длинная история.

– То есть, – нахмурилась Йора, – шестнадцать тысяч лет назад на жителей этих мест напали?

– Не только на жителей этих мест, – покачала головой Деора. – На весь Талэм. Весь Талэм был в огне.

– И кто же на них напал? – спросила Дина. – Кто убил их? Кто, пусть даже этот враг почти полностью погиб в этой войне так же, как и хозяева этой земли? Кто разрушил эти здания? Кто все уничтожил?

– Знаешь, – Деора задумалась на мгновение, – я бы могла называть разные имена, в том числе и имя ужасного бога, который все еще не может оставить в покое этот мир. Но я скажу проще – мы.

– Мы? – изумилась Гаота.

– Мы, – кивнула Деора. – Ты, потому что в тебе кровь маола. Я, потому что я имни. Так же, как Блас, Олк, Брок и Йора. И ты, Дина. Потому что ты дочь ведьмы. А магию принесли в Талэм мы. Ну, разве только наш лодочник, почтенный Пин, не может сказать того же самого о себе.

– Мы, – проскрипел старик. – В том числе и потому, что за эти годы все перемешалось. Реки крови не только пролились на эту землю и в эти воды, но и сплелись в родстве. К тому же…

Старик щелкнул пальцами и из воды выпрыгнула огромная, размером в руку рыбина и плюхнулась в самую середину лодки, обдав ошеломленного Брока брызгами.

– К тому же я тоже не чужд магии. Держи, парень, рыбешку, держи. Это наш завтрак. Мы пристаем.