Песнь Шаннары - Терри Брукс

Прямо перед горцем, разрезая мутную дымку, вспыхнул алый огонь. Рон увидел, как сухощавая фигурка Коглина отлетела в сторону, словно кукла, отброшенная рассерженным ребенком. Горец сжал зубы и бросился к источнику пламени. В мгновение ока добрался он до Морда. Тот стоял уже не так гордо: теперь странник как-то скорчился и согнулся, черный плащ обвис лохмотьями. Меч Ли пронзил алую вспышку и разбил пламя на части, вспоров огонь, точно твердое тело. Морд вдруг пропал. И тут же что-то зашевелилось за спиной у Рона. Горец повернулся, готовый к бою. Но это был Шепоточек. Он несся сквозь клубы дыма, крепко зажав в зубах одну из черных тварей. Вторая вцепилась в спину кота, пытаясь остановить его. Рон взмахнул мечом — клинок пронзил черную тварь, висящую на спине Шепоточка, и отбросил ее прочь от зверя.

— Кимбер! — прокричал горец.

Красный огонь взорвался совсем рядом, но Рон успел выставить меч, и черный клинок вновь поглотил пламя. На мгновение в клубах дыма возникла фигура в черном плаще — горец рванулся туда. И в этот раз Морд не успел увернуться. Чуть попятившись к каменной лестнице, странник попытался было обойти Рона слева; красный огонь бил из пальцев непрерывно. Но горец был уже рядом. Меч Ли взметнулся и обрушился вниз — Морда будто разорвало. Призрак рассыпался пеплом.

А потом вдруг стало тихо, лишь Шепоточек глухо покашливал, пробираясь к Рону сквозь клубы дыма. Но постепенно дым рассеялся, пыль осела, вновь можно было разглядеть и скалистый уступ, и Крух. Каменные обломки густо усеивали весь выступ, а на спиральной лестнице, там где Крух соединялся с площадкой, — именно на этом месте и стоял призрак-Морд, когда Коглин вызвал его на бой, — недоставало целого витка. Он обвалился от взрыва, устроенного стариком.

Рон быстро огляделся. Ни Морда, ни черных тварей. Горец так и не понял, что же случилось с ними: то ли они пали в битве, эти странные черные существа — прислужники странников, то ли просто отступили. Но как бы там ни было, их вроде нигде не видно.

— Рон…

Он повернулся на звук голоса Кимбер. Девушка шла к нему с дальнего края уступа, немного прихрамывая. Лицо ее было измазано сажей. И вообще она казалась теперь такой маленькой, такой беззащитной. Рон вздохнул с облегчением и тут же воскликнул с искренним гневом:

— Кимбер, ради всего святого, ну зачем тебе надо было?..

— Потому что он, Шепоточек, сделал бы то же самое для меня. А где деда?

Рон собирался как следует отчитать Кимбер, но после такого обезоруживающего заявления сразу замолк. Вместе они обыскали заваленный камнями уступ. И наконец нашли Коглина. Он лежал у самой стены утеса, наполовину погребенный под кучей щебня, весь черный, точно зола, которая осталась после их битвы с Мордом, сеющим огонь. Кимбер с Роном быстро раскидали каменные обломки и вытащили старика. Лицо и руки его были обожжены, волосы опалены, а сам он с ног до головы покрыт сажей. Кимбер склонилась над ним и принялась ласково гладить по голове. Казалось, он не дышит.

— Деда? — чуть не плача прошептала девушка и легонько похлопала его по щеке.

— Кто еще там? — внезапно вскричал Коглин, испугав и Кимбер, и Рона. И вдруг отчаянно замахал руками: — Пошли прочь, бродяги! Прочь из моего дома!

А потом старик моргнул и открыл глаза.

— Девочка? — устало пробормотал он. — А где эти черные дряни?

— Их уже нет, деда, — улыбнулась Кимбер, и в темных глазах ее промелькнуло облегчение. — С тобой все в порядке?

— В порядке? — Выглядел Коглин, конечно, неважно, но кивнул он довольно бодро, и голос его напрягся от возмущения. — Ну естественно, со мной все в порядке! Просто я слегка не в себе, а так все прекрасно! Помогите мне встать!

Рон вздохнул. “Счастье еще, что ты жив остался, старик, ты и девушка”, — мрачно подумал он.

С помощью Кимбер горец поднял Коглина на ноги и отошел, предоставив ему самому отряхиваться и ощупывать себя. Выглядел старик так, словно его только что вытащили из ямы, набитой золой, но ранен он вроде бы не был. Кимбер крепко обняла дедушку и принялась приводить его в порядок.

— Ты, деда, должен быть поосторожнее, — ласково выговаривала ему она. — Ты ведь уже не такой ловкий, как раньше. Если ты снова так ринешься прямо на странника, тебе уже несдобровать.

Рон покачал головой, не веря своим ушам. Кто кого еще должен бранить: юная девушка своего взбалмошного дедулю или все-таки старик свою внучку? Куда, интересно, они с Брин смотрели, когда…

Горец резко оборвал себя. Брин. Он же совсем позабыл о Брин. Рон поглядел на Крух. Если Брин была здесь, то теперь она наверняка уже спустилась в Мельморд. Значит, ему тоже нужно туда — за ней.

И он поспешно направился через уступ к тому месту, где ступени Круха соединялись с площадкой. Горец так и сжимал в руках меч Ли. Сколько же времени он потерял здесь? Он должен догнать Брин раньше, чем она встретится с тем, что ждет ее в этой туманной долине, — что бы там ни было…

Горец резко остановился. Прямо у него на пути стоял Шепоточек, загораживая дорогу вниз. Болотный кот мгновение внимательно смотрел на Рона, потом моргнул и уселся, поджав задние лапы.

— Уйди с дороги! — рявкнул горец.

Но кот даже не шелохнулся. Рон переступил с ноги на ногу и нетерпеливо шагнул вперед. Шепоточек слегка сморщил нос, приоткрывая зубы, и глухо зарычал.

Рон остановился и сердито обернулся к Кимбер:

— Убери свою кошку с дороги, Кимбер. Я иду вниз.

Девушка тихонько позвала кота, но тот остался сидеть на месте. Слегка озадаченная, девушка подошла к нему и склонилась над зверем. Почесывая Шепоточка за ухом, она что-то долго ему говорила. Кот потыкался носом в ладонь хозяйки и заурчал, однако не сдвинулся с места. Наконец девушка отступила.

— С Брин все в порядке, — улыбнувшись, сообщила она. — Она пошла вниз, в эту яму. Рон с облегчением кивнул:

— Ну тогда я иду за ней. Но Кимбер покачала головой:

— Ты должен остаться здесь, горец. Рон удивленно уставился на нее:

— Остаться здесь? Но я не могу! Брин там совсем одна! Я должен идти к ней! И снова Кимбер покачала головой:

— Она не хочет, чтобы ты это делал. Она даже воспользовалась песнью желаний, чтобы это предотвратить. Она убедила Шепоточка, и теперь он ее страж. Никто не пройдет туда — даже я.

— Но это же твой кот! Вот и заставь его подвинуться! Скажи ему, что он должен меня пропустить! Быть не может, чтобы магия была так сильна.

Феино личико Кимбер оставалось спокойным.

— Это больше чем магия, Рон. Инстинкт Шепоточка подсказывает ему, что Брин поступила правильно. Не магия держит его, а его собственное разумение. Он понимает, что там, в долине, для нас слишком опасно. Он тебя не пропустит.

Горец смотрел на девушку с гневом и недоверием. Потом перевел взгляд на кота, потом снова на Кимбер.