Месть колдуна - Юрий Иванович

– Да я от такого количества сразу лопну! – в тон ответил десятник.

– Берег рядом, – посерьёзнел генерал, – Мы начинаем смещать клин влево, и ты, как услышишь мою команду, начинай поворачивать вправо.

– Понял. Жду команду.

На этот раз высадка прошла превосходно. Невзирая на скученность, вся армия единым потоком выскочила на Барьер не хуже чем волна из муравьёв, и так же стремительно стала скатываться вниз, к посёлку.

Как ни странно всех наёмников оставили после этого без опеки колабов или огов. Но зато сотники насильно заставили своих подчинённых быстро поужинать и тут же разойтись отдыхать по своим казармам. Строго пресекая любое брожение или попытки прорваться к заветному трактиру. А выпить и расслабиться после тяжёлого дня хотелось всем поголовно. Но тут уж повезло тем, кто оказался более запасливым и предусмотрительным.

В своей комнате Золана с торжествующим хмыканьем достала из-под матраса почти полную бутыль с вином, оставшуюся от вчерашнего ужина:

– И в трактир идти не надо!

Кремон поставил на стол два стакана с некоторым сомнением:

– Конечно, расслабиться надо. Но я думал, честно говоря, что сегодня меня в покое не оставят. Видела ту группу колабов на Нулевом Уровне?

– Ещё бы! Мне показалось, что там как минимум их король со своей свитой. Так они величественно стояли.

– И почему они не захотели сегодня пообщаться с главным героем?

– О! Как ты зазнался, – воскликнула девушка и тут же стала наливать в стаканы, притворно расшаркиваясь и делая свой голос дрожащим: – Господин Низу, неужели вас моё обслуживание уже не устраивает?

– Конечно не устраивает! – включился в игру парень. – Разве принято обслуживать героя в не обнажённом виде?!

– Ох! Простите великодушно!

И через несколько мгновений менсалонийка, блистая своим бесстыдством, уже восседала на коленях у Кремона. Тот ещё позволил высказать последние сомнения:

– Вдруг меня всё-таки вызовут?

– Да кому ты кроме меня сейчас нужен? Вот завтра они тебе голову поморочат обязательно.

Но парень и так отбросил в сторону все сомнения и предположения. Когда в твоих руках такое роскошно и умопомрачительное женское тело – трудно думать о делах. Тем белее тех, которые состоятся лишь через много часов.

Утром, перед самым подъёмом к ним в комнату напросился первый заместитель десятника со своей пассией. Причём ордынец явно мялся и нервно перекладывал из руки в руку помятый листок бумаги. Зато Лидия Салграй смотрелась очень уверенно, импозантно и поглядывала вокруг с невероятной самоуверенностью. Кремон, так и продолжая лежать с прижавшейся к нему Золаной, решил ускорить события:

– Кузласс! Говори быстрей чего тебе надо. Вот-вот подъем протрубят.

– Да тут такое дело…, – ордынец наконец-то решился и сделал шаг вперёд, протягивая десятнику листок с каракулями. – Здесь вот рапорт-прошение о расторжении контракта…

– Твоего?!

– Да нет, только Лидии.

– Ха! А на каком основании она его подаёт?

– Видишь ли…, – опят замялся Кузласс. Но его перебила стоящая сзади подруга:

– Основание – моя беременность. И я имею право расторгнуть контракт.

Теперь стало всё понятно. Более опытный и разбирающийся в тонкостях контракта ордынец понимал, что прошение отвергнут. Но Лидия так присела ему на шею, что он не знал, как выйти из создавшейся ситуации. Поэтому Кремон добавил строгости в голос:

– Лидия! Даже в мирное время подобное расторжение невозможно.

– Как?! Я помню, читала контракт! – загорячилась женщина.

– Значит, плохо читала. Расторжение возможно лишь после пятимесячной беременности. Насколько я понимаю, в полк ты пришла в полной боевой готовности. Правильно?

– Ну и что! Если меня не отпустят – я сбегу!

После этого выкрика ордынец лишь скорбно развёл руками. Пришлось десятнику рявкнуть на зарвавшуюся наёмницу:

– Если сделаешь попытку к побегу – казнят как дезертира! – и для страха добавил: – А то и в Топи сбросят для развлечений и поднятия боевого духа.

Результат оказался неожиданным. Женщина бросилась к кровати, рухнула возле неё на колени и зарыдала:

– А что же мне делать?! Не хочу я в никакой Поход идти! Все там сдохнем! До единого! А я ребёнка хочу-у-у-у…

Несмотря на форму, в фигуре наёмницы не осталось и капельки воинственности. И Кремон всеми силами постарался погасить возникшую жалость к этой несчастной:

– Раньше надо было думать. Ведь знала, куда идёшь служить. Да и от меня то, что надо? Я ведь такие вопросы не решаю.

– Да мы понимаем! – оживился Кузласс. – И просим лишь, что бы ты как непосредственный командир не отклонил прошение. А там глядишь начальство к тебе и прислушается. Ведь ты у нас человек незаменимый и герой по всем понятиям.

Кремон тяжело вздохнул и протянул руку:

– Тоже мне нашли героя. Давай прошение. Отдам полковнику. Но это всё, что я могу сделать.

– А больше и не надо, – Меченый чуть ли не согнулся в поклоне. – И так понимаю, что шансов почти нет. Спасибо огромное и за это.

Тут же ордынец подхватил свою всхлипывающую подругу и вышел с ней из комнаты. А десятник с удивлением крутил листок и приговаривал:

– Надо же! Беременна! И когда успели? – потом что-то вспомнил и слегка дёрнул Золану за волосы: – А как твоя «затенённость»?

Девушка беззаботно хихикнула и пояснила:

– Почти уже исчезла. Но с другой стороны и я бы сейчас не против от такого похода отказаться. Брр! Бродить по этим жутким Топям! Действительно – родить легче!

– Откуда знаешь? Рожала?

– Да ты что, издеваешься?! Оно мне надо? Разве что лет через сорок. Или…, ты сильно захочешь…

– Нет, я таких желаний навязывать никому не собираюсь. – Рассмеялся парень под звук горна побудки. Они тут же вскочили и принялись одеваться. – Кстати, вино мы вчера всё выпили. Но постараюсь тебя отпустить во время занятий в трактир. При первой же возможности. Обязательно купи пару литров лучшего гремвина. Мало ли что… В дальней дороге всё пригодится.