Кристалл времени - Соман Чайнани

Но только почему же Агата никак не может своим сердцем поверить в эту правду?

Почему ее сердце по-прежнему остается не на стороне правды, а на стороне ее лучшей подруги?

Краешком глаза Агата увидела, что Гиневра покусывает свою нижнюю губу и выглядит такой же смущенной и неуверенной, как она сама.

– В чем дело? – сердито спросил Тедрос, тоже заметивший это.

– Когда Софи была в замке, она так убедительно изображала из себя верную сторонницу Райена, что я сама поверила в то, что она вас предала, – сказала Гиневра. – Но, даже находясь под колпаком у Райена, она сумела показать мне, что это не так. Нашла способ доказать свою верность и донести до меня правду. Давайте подумаем, может быть, мы что-то упустили? Чего-то важного не увидели?

– Ну, свою преданность нам Софи демонстрировала, когда думала, что я настоящий король, – ответил Тедрос. – Но теперь, когда…

Он понял, что сболтнул лишнее, и резко замолчал.

– Что значит «теперь»? – нахмурилась Гиневра. – Что-то изменилось? Что именно?

Потрошитель ничего не сказал, но тоже насторожился.

Агата и Тедрос быстро переглянулись. До этого момента принц тщательно скрывал от всех то, что увидела в кровавом кристалле его принцесса.

Теперь Тедрос представил себе, как будет рассказывать своей матери о том, что он, возможно, не настоящий наследник, что ее мужа околдовали, чтобы сделать отцом сыновей какой-то совершенно посторонней женщины… что Экскалибур не ошибся, отвергнув его…

– Н-ничего, – принял решение Тедрос и повторил, обернувшись к своей матери: – Ровным счетом ничего не изменилось.

– Но почему ты сказал, что Софи не думает больше, что ты настоящий король, и…

Тедрос мялся, не знал, что ему ответить, а в голове Агаты тем временем вновь и вновь отдавались эхом недавние слова Гиневры.

«Нашла способ доказать свою верность…

Нашла способ доказать свою верность…»

Глаза Агаты вновь вернулись к застывшему на стене стоп-кадру.

– Ты чего-то недоговариваешь мне, Тедрос, – строго сказала Гиневра.

– Мама, клянусь…

– Не клянись, если это ложь.

Тедрос тяжело сглотнул и замолчал.

Его мать и Потрошитель тоже молчали, выжидающе смотрели на него.

– Э… – покрываясь потом, начал Тедрос. – Скажи, мама, имя Эвелин Садер тебе о чем-нибудь говорит?

– Эвелин Садер? – удивленно вскинула брови Гиневра.

– Да, сестра Августа Садера, – быстро уточнил Тедрос. – Она стала деканом, когда мы учились на втором курсе. Впрочем, вы с папой вряд ли могли ее знать, я думаю, просто хотел убедиться…

– Погодите, – прервала их Агата и спросила, указывая на облако пыли за каретой. – Можно увеличить этот фрагмент?

Старушка-гном пошевелила пальцами в груде мертвых светлячков, увеличивая изображение на стене.

– Хватит, – подняла руку Агата. – Вот оно.

В облаке пыли обнаружилось что-то необычное, постороннее.

Маленькое туманное пятнышко.

Розовое.

– Увеличьте еще, – приказала Агата.

Бабушка-гном начала колдовать над мертвыми светлячками, розовое пятнышко заполнило собой весь экран.

– Стоп, – сказала Агата.

Тедрос затаил дыхание, глядя на стену.

Потрошитель и Гиневра тоже молча смотрели на нее.

Агата провела кончиками пальцев по застывшей картинке, по расплывающимся розовым словам, которые Софи успела написать, когда делала вид, что подсвечивает себе ступеньки кареты.

А вот что именно она написала в надежде, что это послание дойдет до ее друзей.

На заднем плане, позади этих слов, в окошке кареты виднелось лицо Софи. Своими яркими, как изумруды, глазами она смотрела прямо в глаза Агате.

– Ну и что это должно означать? – спросил заинтригованный Тедрос.

Агата смотрела на послание, и в ее глазах отражались глаза Софи.

– Это означает, что твоя дьяволица оставила нам домашнее задание, – ответила она, поворачиваясь к своему принцу.

* * *

Агата обвела взглядом Тедроса, Гиневру и своего кота, вместе с которыми она уселась на обитом бархатом полу тронного зала, подкрепляясь стоящими здесь же в вазах солеными миндальными орешками, облитыми карамелью фигами и сладкими картофельными чипсами. Она не имела совершенно никакого представления о том, сколько сейчас времени, знала лишь, что после бегства Софи прошло несколько часов.

– Итак, подытожим то, что нам известно, – начала Агата. – Софи по-прежнему на нашей стороне…

– Ну, это еще вопрос, – возразил Тедрос с набитым орешками ртом.

– Ваше величество император Тель Шорт, у входа во дворец неизвестный. Он требует пропустить его внутрь, – громко объявил появившийся в дверях гном-охранник и несколько тише добавил: – Очень подозрительный на вид незнакомец.

Потрошитель недовольно полыхнул своими круглыми глазищами и вышел вслед за охранником.

Агата до сих пор никак не могла привыкнуть к тому, что ее кот выполняет обязанности императора, но, по правде сказать, было много более важных вещей, которые требовали ее внимания. А пока что она повернула голову, чтобы встретиться взглядом с Тедросом, и сказала:

– Мы знаем о том, что Софи на нашей стороне потому, что она для нас то послание оставила.

– Агата права, Тедрос, – поддержала ее Гиневра. – Софи очень опасную игру затеяла, очень опасную. Наподобие той, в которую играла, когда подтолкнула меня действовать, чтобы ты смог сохранить свою голову на плечах.

– И поэтому помчалась к Райену и его братцу-монстру… ради меня, да? Ах-ах, самоотверженная Софи! Софи-бессребреница! Софи-мученица! Да что там, давайте уж сразу – Святая Софи! Странно, почему она не была в Школе Добра? Ах да, вспомнил. Потому что была слишком занята, пытаясь убить всех нас.

– Да, Софи – девушка непредсказуемая, – признала Агата. – И мы не знаем, почему она решила вернуться и что она задумала. Но мы знаем, что она пытается помочь нам. Поэтому она и задала нам тот вопрос. Это задание, на котором мы должны сосредоточиться, пока она решает свои задачи.

– И все эти выводы ты сделала из той бредовой пыльной записочки? Ну-ну, хотел бы я, чтобы ты в моей голове мысли с такой же легкостью читала, как в ее, – проворчал Тедрос, прихватывая из вазы новую щедрую пригоршню чипсов. – То, что она написала, не имеет никакого смысла, согласись. «Почему Леди поцеловала его?» Какая еще Леди? Кого она поцеловала? И почему нам так важно это знать?