Цитадель огня - Марк Энтони

— И он отдал его тебе? — наконец спросил Том.

— Что?

— Ключ. Майндрот передал тебе ключ?

Тревис опустил плечи.

— Нет. Он лишь сказал: «Берегись — он пожрет тебя». А потом… он сгорел.

Из мрака ночи налетел ветер, взметнулось вверх пламя костра, в небо полетели кармазинные искры, которые тут же гасли, подобно звездам.

Фолкен слегка отодвинулся от огня.

— Ну, нам необходимо помешать Дакаррету завладеть ключом к Крондизару.

— А мы успеем его опередить? — спросила Мелия.

— Вы найдете его в Цитадели Огня, — негромко проговорил Том.

— В Цитадели Огня? — встрепенулся Бельтан. Том нахмурился.

— Да. Дакаррет спрятал там Крондизар. Мне удалось узнать, что Цитадель находится в Пустоши, к северо-востоку от Спардиса. Но в твоем вопросе содержится еще что-то, не так ли, сэр рыцарь?

Бельтан ничего не ответил.

— Нам говорил о Цитадели дракон Сфитризир, — пояснил Фолкен.

Тревис повернулся и увидел, что Грейс смотрит на него. Она сжала его руку.

Том нахмурил густые брови.

— Надеюсь, ты знаешь, что драконам нужно верить с большой осторожностью, Фолкен?

— Но они говорят правду, не так ли? — прошептал Бельтан, скорее для себя, чем для Тома.

— Нет, — возразил Том, — драконы говорят собственную правду.

Бельтан покачал головой, но больше ничего не сказал.

— Благодарю тебя, Том, — сказала Мелия. Тира забралась к ней на колени, и леди гладила ее волосы, в то время как девочка смотрела в огонь. — Это знание поможет нам. Впрочем, мне следовало бы догадаться самой. Дакаррет всегда был жестоким и мелким, даже до того, как Бледный Властелин использовал Имсари, чтобы привязать к себе некромантов.

Дарж нахмурился.

— Вы говорите так, словно знали его лично, леди Мелия.

Янтарные глаза сверкнули в свете костра.

— Я действительно его знаю.

Тревис вряд ли смог бы объяснить, как ему удалось связать факты. Может быть, виной тому сотни мелких подсказок — поступки Мелии и ее слова, — но перед ним вдруг возникла ошеломляющая картина: совершенно неожиданная, но все объясняющая.

— Вы, — сказал он, глядя на Мелию через танцующее пламя костра. — Вы одна из них. Верно?

— Одна из кого? — не выдержал Дарж.

— Одна из Девяти. — И прежде чем кто-то успел возразить, Тревис повернулся к старику в белых одеяниях. — И вы тоже. Леди Мелия сказала, что вы старые друзья. — Безумный смех зародился в его груди. — Она только не сказала, насколько старые.

Эйрин покачала головой.

— О чем ты говоришь, Тревис?

— Они боги, Эйрин. Или когда-то ими были. Пока не пришли на Зею, чтобы воевать с некромантами.

Голубые глаза баронессы широко раскрылись. Она посмотрела на Фолкена. После долгой паузы он кивнул — а за ним Бельтан и Лирит.

— Но почему, леди Мелия? — Слова душили Тревиса, но он собрался с духом и продолжал: — Почему вы никогда не говорили нам правду?

— А разве ты рассказал мне, кто ты на самом деле, дорогой?

Тревис ударил кулаком по колену. Нет, такой ответ его не устраивает.

— Фолкен, почему ты молчишь?

На губах у Мелии появилась улыбка, но глаза оставались печальными.

— У Фолкена полно своих секретов, дорогой. В конце концов, не я одна знакома с Дакарретом.

Тревис в изумлении уставился на барда.

— О чем она говорит? Как ты мог знать Дакаррета?

Фолкен молчал так долго, что Тревис уже решил: ответа не будет. Потом бард поднял руку в черной перчатке.

— Это сделал со мной Дакаррет.

Все смотрели на барда, не в силах заговорить. Голос Фолкена стал горьким, точно яд.

— Он взял мою руку в качестве награды. И напоминания. За роль, которую я сыграл, сам того не зная, когда приложил руку к гибели королевства.

— О каком королевстве ты говоришь, Фолкен? — тихо спросил Дарж.

Бард сжал в кулак руку в черной перчатке и произнес одно слово:

— Малакор.

Мелия накрыла ладонью его кулак, в ее глазах сияла печаль.

— Ты не должен себя винить, дорогой.

Фолкен опустил руку.

— Да, это сделают другие.

Эйрин сжала левой рукой подол своего платья.

— Но этого не может быть. Малакор пал семь столетий назад.

— Да, — кивнул Том, — совершенно верно.

Тревис уже ничему не удивлялся.

— Конечно, Фолкен из Малакора. Именно так он представился мне в Зимнем лесу. Из чего следует, что…

— Семьсот сорок два года, — закончил за него бард с невеселым смехом. — Тебе стало легче, когда ты узнал истину?

— Но как? — просто спросила Грейс. Фолкен пожал плечами.

— Дар Дакаррета. Я буду жить вечно, чтобы помнить, какие деяния совершила рука, которую я потерял.

Мелия обняла барда, и они склонили головы, а Том смотрел на них, и в его золотых глазах стояли слезы.

Игла скорби пронзила сердце Тревиса… потом он решительно тряхнул головой. Кто такие эти люди — нет, эти существа, — чтобы использовать их всех? Они даже хуже, чем Сфитризир. Как и «Дюратек», дракон ничего от них не скрыл. Мелия и Фолкен больше походили на Ищущих — открывали только то, что им было удобно в данный момент.

Грейс удивленно смотрела на него.

— Тревис, что случилось?

Он вскочил на ноги, с гневом глядя на барда и янтарно-глазую леди.

— Ну и какие еще секреты вы скрыли от нас? — с ядовитой усмешкой спросил он.

Губы Мелии вытянулись в тонкую ниточку. Потом она вновь склонила голову, оперлась на плечо Фолкена и заговорила, но теперь в ее голосе не слышалось ни гнева, ни печали, а лишь бесконечная усталость.

— Оставь нас в покое, Тревис. Пожалуйста. Оставь нас в покое.

Гнев ушел, так вода выливается из пробитой пулей фляги, и он ощутил пустоту. Опустившись на землю, Тревис посмотрел на побледневшие лица остальных. Потом его руки коснулись легкие пальцы.

— Все в порядке, Тревис, — тихо проговорила Грейс. — Они все еще Мелия и Фолкен.

Я знаю, — хотелось ему ответить. — Но остался ли прежним я сам?

Но он лишь опустил голову ей на колени и заплакал.