Шут королевы Кины - Евгений Малинин

Если бы мы могли всегда выполнять данные нами обещания!

Выйдя на площадь, я вдруг понял, что время давно перевалило за полдень. И тут же почувствовал насколько голоден. «Вот что значит остаться без завтрака!» – немедленно возникло в моей голове, – «Силы тают просто на глазах».

Я направился к центральному входу во дворец, и тут мне навстречу вышел старик-лекарь. Он был не то чтобы встревожен, а скорее озабочен, и его озабоченный вид мне очень не понравился. Увидев меня, он помахал рукой, а когда мы подошли поближе друг к другу, заговорил, не дожидаясь моих расспросов:

– Кина сегодня гораздо крепче… Она вполне может даже погулять по саду… Но, понимаешь, она опять погружается в свои странные раздумья, ее снова ничего не интересует, кроме ее мыслей. А что ее мучит, она не говорит! Тебе удалось хоть что-то узнать?!

– Так к ней можно зайти, поговорить?.. – спросил я, не отвечая на вопрос старика.

Тот удивленно моргнул, внимательно посмотрел мне в глаза, но переспрашивать не стал. Вместо этого, по привычке пожевав губами он сказал:

– Зайти-то можно, но вот станет ли она с тобой разговаривать?..

– Ничего, – улыбнулся я, – У меня есть тема, которая ее заинтересует.

– Значит ты все-таки что-то узнал! – снова воскликнул лекарь.

– Узнал, – согласился я, – Вот только не пойму – что именно…

– Пойдем к королеве, – лекарь схватил меня за рукав, – Я сам тебя отведу!

При мысли, что я сейчас снова увижу Кину, забылся и мой голод, и моя усталость. Мы быстро взбежали на второй этаж и вошли в королевские покои. Караул в зале утренних приемов сменился, но гвардейцев по-прежнему было четверо. Лекарь потащил меня прямо к дверям королевской спальни, однако у самого ыхода я уперся:

– Сначала загляни к королеве сам, ты, все-таки, лекарь, а я подожду, не хочу оказаться в неловком положении.

Старик несколько недоуменно посмотрел на меня, а потом понимающе кивнул. Дверь спальни захлопнулась за ним, а я повернулся к гвардейцам. Сегодня дежурили рыси. Только я хотел спросить, где мне найти Шалая, как дверь спальни снова распахнулась и из-за нее выглянул лекарь:

– Заходи, королева уже одета и собирается прогуляться в сад.

Я быстрым шагом прошел в спальню.

Кина была просто обворожительна! Она стояла у окна, и льющийся через него зеленоватый свет обтекал ее фигурку чарующей холодной струей. Длинное желто-золотистое платье с высоким воротником и узким, длинным вырезом на груди мерцало в этом свете, словно живое. Лицо, похудевшее и все еще бледное, было строго, но огромные темные глаза, при виде меня зажглись радостью. Кина протянула мне руку, а я, не помню как оказавшись рядом, неожиданно для себя наклонился и поцеловал ее длинные тонкие пальцы. И тут же, смешавшись, напыщенно брякнул:

– Приветствую тебя, моя королева!..

Она не улыбнулась, но в глазах заплясали веселые огоньки.

– Гэндальф сменил внешность, но его галантность осталась при нем… – негромко произнесла королева, – Я хотела бы, чтобы ты составил нам с Эльнордой компанию, мы собираемся немного прогуляться по саду.

И тут ее глаза неожиданно потухли, словно она мгновенно ушла в себя, в свои мысли, а ее губы едва слышно прошептали: – … По саду…

– Кина, я готов следовать за тобой, куда угодно!..

Я собирался сообщить эту пошлость прежним напыщенным тоном, но голос у меня сорвался, и фраза получилась немного жалкой и слишком откровенной.

– Куда угодно… – все также отрешенно повторила Кина.

Лекарь тронул меня за рукав и, указав глазами на королеву, прошептал:

– Вот именно это я и имел ввиду…

В этот момент непонятно откуда в комнате образовалась Эльнорда. Она была все в том же эльфийском наряде, только теперь он был построен из какого-то роскошного материала и при движении девушки переливался всеми оттенками зеленого. Увидев меня около королевы, и заметив мою растерянность, она подошла к нашей компании и нарочито бодрым тоном заявила:

– Кина, голубушка, ты готова?!

Кина подняла не эльфийку глаза, несколько секунд разглядывала ее, словно не узнавая, а потом прошептала:

– Эльнорда, какая ты красивая!..

– Ну, ты тоже ничего, – нахально заявила та, – Посмотри, что с Серым делается… Глянь, глянь, как он на тебя смотрит, так прям и готов укусить!

Я мгновенно покраснел, а обе девушки довольно рассмеялись.

Королева также быстро и неожиданно пришла в себя и, взяв Эльнорду под руку, посмотрела на меня:

– Следуй за нами, Гэндальф…

Мы вышли в зал утренних приемов, и дежурные гвардейцы немедленно заключили нашу четверку в свое могучее каре. Таким образом, имея по двое вооруженных гвардейцев спереди и сзади, мы прошествовали по коридору, затем по одной из лестниц и вышли прямо в небольшой садик, располагавшийся с задней стороны дворца. У выхода королева остановилась и негромко, но твердо обратилась к сержанту:

– Караул останется здесь. Сад слишком мал, чтобы там вышагивали еще четверо солдат.

– Но, королева, – начал было заволновавшийся сержант, но Кина была непреклонна, – Караул останется здесь. Неужели вы думаете, что охраните меня лучше, чем первый маг королевства?!

Я не сразу понял, что под первым магом королевства она подразумевает меня.

Ребята остались в холле дворца, и на их лицах были написаны тревога и явное недовольство.

Сад, как я уже говорил, был невелик, но спланирован таким образом, что в нем можно было гулять часами, не встречая повторяющихся пейзажей. Садовники хорошо знали свое дело. Здесь располагался даже крошечный пруд, с берегом, частью заросшим травой, частью присыпанным белым песком.

Мы молча прошлись по аллеям, а потом Кина обратилась ко мне:

– Ты не бывал в моем саду в свой прошлый приезд?..

– Нет, королева, не пришлось…

Наконец-то она улыбнулась, и Эльнорда воскликнула:

– Ну, совсем другое дело!.. Давно надо было Серого пригласить…

Но Кина покачала головой и негромко ответила:

– Просто я вспомнила, как он убеждал меня, что мне необходимо привыкать к моему королевскому званию… Помнишь? – она снова повернулась ко мне. Конечно же я помнил тот бледный призрак, который увидел в этом Замке, и наш первый странный и страшный разговор. Но ответить Кине я не смог, у меня просто перехватило горло.

Она, похоже, меня поняла, потому что отвернулась и тихо прошептала:

– Блаженные времена…

Я буквально оторопел! Если Кина называла то страшное, убийственное для нее время «блаженным», то каким же она видит сегодня?!

Поражена была и Эльнорда, и как человек страстный, она конечно не смолчала: