К чему приводят девицу... Объятия дракона - Анна Рассохина

Пока мы добирались до городского кладбища, на город опустились сумерки. Сквозь тяжелые тучи изредка показывались обе луны. За черной кованой оградой светили редкие магические фонари светло-лилового оттенка. Исполинские деревья стояли облетевшие, но шапок снега на них не было, отчего они напоминали гигантские скелеты, протягивающие костлявые руки к небу.

Лисса подвела меня к воротам, и они со скрипом отворились. По узким дорожкам мы пошли на холм, где располагался храм Зеста. Темная крыша строения была хорошо видна сквозь голые ветви деревьев. По пути у дорожки разглядела цветы офиры. Я вспомнила, что это растение обладает определенной морозоустойчивостью. И во время этой странной и чужой зимы оно цвело, выделяясь белыми пятнами на фоне черной земли. Неясными нагромождениями камней белели в сумерках усыпальницы. Мое разыгравшееся и утомленное бессонной ночью воображение услужливо рисовало, как из темных окошек и приоткрытых дверей за нами пристально наблюдают призраки. Когда мы добрались до храма, нервы у меня были уже на пределе.

Я поклонилась статуе Зеста, расположенной перед входом. Агатовые глаза бога подземного мира следили за каждым моим шагом. По темным мраморным ступеням мы с сестрой прошли внутрь храма. Я невольно вспомнила лето, когда мы вот так же поднимались по этой лестнице. Тогда я еще многого не ведала, не побывала в гостях у фей, драконов и дуайгаров, не знала об оборотнях и думала, что ледяной магистр — это посторонний для меня человек. Ну или не человек; но все равно, в начале лета я еще не знала о существовании Арриена Шайнера мир Эсморранда.

Войдя в храм, сразу услышала в голове знакомый низкий голос:

«Рад приветствовать вас в своей обители, маленькая госпожа».

«Темного вечера, сударь», — отозвалась я.

«Я догадываюсь, для чего вы пришли сюда, но мне непонятно, отчего это произошло. Расскажете?»

«А разве вы не знаете?» — удивилась я.

«Краем уха слыхал, как спорили братец с сестрицей. Фрест был очень зол и называл вас глупой девчонкой».

«О! А Шалуна?»

«Она старалась оправдать вас и говорила, что в нашу маленькую игру вмешалась еще одна сила».

«Еще один бог решил поиграть моей судьбой?»

«Скорее его судьбой! Дракон весьма сильно навредил черным, вот навьи и вмешались».

Я задумалась и запуталась окончательно, а Зест проговорил: «Не думайте слишком много, маленькая госпожа, от этого появляются морщины, а вам они пока не к лицу».

«И что мне теперь делать?»

«Жить, маленькая госпожа, вам рано еще думать о смерти и стремиться в мое царство. Уверяю вас, здесь нет ничего интересного. А вас ждет много нового и увлекательного. Живите, творите, выдумывайте, действуйте!»

«У меня есть одна задумка», — сообщила я собеседнику.

«Замечательно! А чтобы вы не грустили и сладко спали по ночам, вот вам мой подарок». — Буквально из воздуха мне в руки упал браслет из лунного самоцвета.

«Это амулет, — предугадал мой вопрос бог. — Очень мощный. Ни один местный маг-менталист не сможет взломать его защиту, хотя в свое время защиту подобного браслета не мог взломать даже мой отец. Так что вы будете защищены во сне, да и наяву этот артефакт убережет вас от посягательств жениха. Если же вы решите простить своего дракона, то просто выбросьте браслет».

«Спасибо», — сдержанно поблагодарила я и надела браслет на руку.

«Не за что, маленькая госпожа, но и я буду надеяться на вашу помощь в будущем, согласны?»

Я озадаченно кивнула в ответ, и Зест попрощался.

«До встречи», — тихо сказала я ему.

Лиссандра недоуменно хлопала глазами, увидев браслет на моей руке, который я рассматривала с задумчивым видом. Сестра нахмурилась:

— Что? Я все проспала?

Вечером мы с девчонками собрались в небольшом домике на морском побережье. Такие строения пользовались спросом летом, а в зимний сезон они сдавались внаем за медные монеты. Здесь были две небольшие комнаты и кухня с большим очагом, а еще не было шумных соседей или излишне подозрительных хозяев, как в гостиницах и тавернах. Ирния и Йена решили, что это наиболее подходящий вариант для нас. Пока готовился поздний ужин, я связалась с матушкой и долго уговаривала родительницу не срываться с места и не бежать ко мне на помощь. Просила только успокоить папеньку и убедить его позволить открыть свою аптеку и немного пожить самостоятельной жизнью. Матушка рассказала, что по Крылу рыскают демоны и драконы, а еще прибыл вестник от эльфов с приглашением для Йены.

За ужином долго разговаривали. Ирния предлагала с завтрашнего дня отправиться на поиски подходящего помещения для аптеки, а Лисса говорила, что нужно пригласить Этель и других сестер, чтобы всем вместе вызвать дух бабушки. Родительницы эту задумку одобрили, да и Этель тоже.

Уснула я мгновенно. И оказалась летящей в облаках, подсвеченных закатным солнцем. Отрешенно подумала, что так быть не должно, но ступила на зеленый утес. Шайн стоял у озера спиной ко мне, но при моем появлении он резко повернулся. Мы долго и неотрывно смотрели друг на друга. Мужчина был такой красивый, гордый, желанный… и недоступный. Я напомнила себе, что Арриен не для меня. Такие невероятные, великолепные мужчины живут на Омуре не для глупых девчонок вроде меня. Я невольно вздохнула, и Шайнер что-то произнес, но слов я не услышала. Тогда дракон бросился ко мне, но вдруг резко остановился, словно натолкнулся на невидимую стену. Попытался пройти, но у него ничего не получилось. Мужчина бросал атакующие заклинания, рубил острыми клинками, потом перевоплотился в зверя и стал изрыгать огонь, бить мощным хвостом и скрести острыми когтями. Все его старания оказались напрасными. Подойти ко мне Арриен не смог. Мое сердце плакало, а разум торжествовал. Превратившись обратно в человека, Шайн устало прислонился к невидимой преграде и с тоской посмотрел на меня. По моим щекам покатились непрошеные слезы, и жених протянул ко мне руки. Я невольно потянулась к нему и сделала шаг вперед, а любимого вдруг отбросило на шаг назад. Он ошалело помотал головой, удивленно поглядел на меня, подозрительно прищурился и что-то яростно прокричал. Я видела его потемневшие от гнева глаза, каменные скулы и плотно сжатые кулаки.

— Ты совсем не меняешься, мой зверь, — грустно шепнула я. — Прощай! — Отступила и прыгнула с обрыва вниз.

Когда проснулась, по моим щекам текли слезы, но плакала я беззвучно, чтобы не разбудить девочек. На кухне разожгла очаг, прогоняя утренний холод. За окном ветер клонил ветки деревьев к земле, а где-то вдалеке шумело зимнее штормовое море. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я занялась приготовлением завтрака, а потом написала вестников Андеру и Нелике, дав себе зарок отправить их поскорее. Связалась я и с матушкой.

«Не протестуй, я помогу тебе зельями первое время, да и заказчикам скажу, чтобы обращались к тебе. И не переживай, — говорила она, — у меня по всей Норуссии полно заказов, поэтому посылкой больше, посылкой меньше — никто ничего не поймет. А ты будешь переправлять мне ингредиенты и травы, которые есть только на юге. Помнишь, какие именно?»