Очень древнее зло - Екатерина Лесина

— Выйдет, — не открывая глаз, сказала Теттенике. — И станет государыней Виросской. Её у вас очень уважать станут. Особенно после того, как она дух вашего батюшки призовет в этой вашей… Дума. Какие все мрачные там… и страх просто. А почему у них у всех лица красные?

— Потому что лето, наверное, а они в шубах. Иные в двух разом.

— Зачем? — удивилась Летиция.

— Для солидности. Чем шуба дороже, чем больше. А еще некоторым государь жаловал, и такие надобно на каждое важное заседание носить. Если же жаловал роду и не раз, вот и выходит.

— Бедные, — искренне посочувствовала думским боярам Ариция.

— Это папенька еще в свое время ввел, — сказала Мудрослава. — Но честно, думаю, чтоб спорили поменьше. Раньше-то часами сиживать могли, а ныне вот скоренько. Пришли, обсудили, а кто затягивать заседание начинает, того они сами к ответу призовут. Значит, говоришь, поженятся…

— И ты тоже…

— Поженюсь?

— Замуж выйдешь.

— За кого? — замуж, памятуя прошлый опыт, не хотелось совершенно. Это было видно по лицу.

— Так… — Теттенике прикусила губу и покосилась.

— Нет!

— А чего? Серьезный же человек… император даже.

— Да он… он вообще из ордена! Может, им жениться нельзя! — возмутилась Мудрослава, но как-то неуверенно. Да и стоит ли таким предсказаниям верить?

То вы все умрете в страшных муках, то замуж.

Нелогичненько.

— Можно, — возразила Летиция. — Я узнавала. Они должны служить свету и добру, а про женитьбу ни слова. Так что не капризничай. Тет, ты вообще уверена?

Теттенике кивнула.

— Мир закрылся. Но еще не совсем. Нужно совсем чтобы. И обряд тоже как-то связан. Этот. Потому должны… все. И она, — палец ткнулся в Арицию. — И я… и все. Надо подумать… просто… погоди…

Теттенике закрыла глаза и застыла.

И стало тихо.

На нервы действует… правда там, где-то снаружи, проревел дракон, и Мудрослава даже ощутила эхо его. Хорошо. С драконом и замуж можно, если вдруг…

— Сейчас, — Теттенике поднялась. — Он ошибся. В ритуале поручителем может быть лишь пара…

— Эй, ты серьезно?

Она также, с закрытыми глазами, двигаясь легко, будто точно знала, куда идет, подошла к степняку, чтобы обнять его.

— Быстрее. Если им не хватит сил, все уйдут.

— Твою ж… — Летиция поднялась со стоном. — Когда это закончится… хочу опять быть дурой… сидишь себе, наряды выбираешь, мушки на лицо клеишь и думаешь о грядущем счастье…

Она положила руки на плечи Яра.

И Мудрослава тоже поднялась. Нет, замуж… может, еще обойдется как-нибудь. Все-таки в предсказаниях не хватало точности.

— Этот — мой, — решительно заявила Ариция.

— Я не…

— Брун! Или перебираешь, или помрем все… будет обидно. Мир-то спасли. Осталось только замуж выйти.

— Я не хочу!

— А кто хочет-то? — Мудрослава осторожно коснулась белой брони. — Но… предсказания, они же не всегда сбываются.

Улыбку Теттенике спрятала за спиной своего степняка.

Вот что-то она недоговорила, однако.

Точно не договорила.

Теттенике осторожно коснулась нитей.

Да, так определенно будет хорошо… все равно в конечном итоге так бы и вышло, просто времени потратили бы больше.

И ошибки.

Сожаления.

А так… золотая сеть задрожала и изменилась, чтобы в следующее мгновенье вывернуться из пальцев. Больно. И жаром окатило с ног до головы, а потом жар ушел, унося с собою пламя.

Дар…

Что ж, цену она знала. Наверное, в этом тоже есть свое преимущество — не знать того, что случится. Главное Теттенике видела и…

И все будет хорошо.

Теперь — совершенно точно.