Полуночный Сокол - Дэвид Геммел

— Дочь земли, — медленно произнес он, опасаясь, что все дело в выговоре ригантов.

— Не пойму, о ком ты, парень.

— Девушка, которая… м-м-м… развлекает мужчин.

— А-а, ты имеешь в виду шлюх. Их у нас сколько угодно. Но сегодня выходной, а значит, приехали горняки и лесорубы. Не знаю, удастся ли тебе найти девку, которую еще не сняли. В таверны даже не суйся, мой тебе совет, лучше попробуй в северном квартале — там те, что подороже.

— Подороже?

— Десять серебряных монет за час или один золотой за целую ночь.

— Лучше пойду в таверну, мне все равно нужен ночлег.

— Не суйся в «Зеленый призрак» — там могут избить и ограбить. «Ласточка» — вот хорошее место, и там кормят отличным завтраком.

Бэйн спросил дорогу к «Ласточке» и поблагодарил конюха. Тут подъехал Бануин, и через несколько минут они брели по людной рыночной площади, а затем пошли по тропе к домам на вершине холма. В первом из домов, большом, почти сто футов в длину, с покрытой соломой крышей и находилась таверна «Зеленый призрак». Несколько мужчин, прихлебывая эль, нежились в лучах заходящего солнца. Увидев незнакомцев, они отставили кружки.

— Пара мальчиков из деревни — вот что нам нужно сейчас, когда все шлюхи разбежались, — проговорил тип скислым, перепачканным углем лицом.

Бэйн рассмеялся.

— Смотри, Бануин, такое нечасто увидишь! — сказал он весело. — Этот парень перлит ртом!

Бэйн присел на корточки напротив горняка и, окунув палец в его кружку с элем, облизал его.

— М-м-м… отличный эль.

У горняка глаза полезли на лоб, а Бэйн со смехом поднялся и вошел в таверну. Внутри было около тридцати длинных столов со скамейками. Почти везде было занято — посетители ели жаркое, запивая элем.

— Не нравится мне здесь, — прошептал Бануин.

Это «Зеленый призрак». Мне его очень хвалили, — ответил Бэйн. — Ты слишком торопишься с выводами.

Он прошел в глубь зала, где толстый лысеющий мужчина протирал грязной тряпкой барную стойку.

— Есть свободная комната? — спросил Бэйн.

Комната у нас всегда найдется, — проговорил толстяк.

— А как насчет девушек? Толстяк покачал головой:

— Всех разобрали. Осталась только Золотая Ручка с пятью дочурками. Комната стоит полмонеты серебром. Деньги вперед.

— Чудное местечко! Тебе здесь нравится? — спросил друга Бэйн.

Бануин вздохнул.

— Так вы берете комнату? — переспросил толстяк. Тут послышался звук бьющейся посуды. Бэйн обернулся и увидел девушку в залитой элем юбке, склонившуюся над тремя разбитыми кувшинами. Толстяк перемахнул через стойку и накинулся на нее.

— Ты, корова безмозглая! — заорал он, ударил девушку по лицу и сбил ее с ног.

Девушка упала и ударилась о стол.

Бэйн не мог поверить собственным глазам. У него будто рассудок помутился. Побелев как полотно, он двинулся к девушке. Толстяк снова замахнулся, чтобы ударить бедняжку, но Бэйн схватил его за руку, повернул лицом к себе и нанес короткий удар в живот справа, а потом косой слева, так что толстяк рухнул на усыпанный опилками пол.

— Я никогда не видел, чтобы мужчина поднимал руку на женщину, — заявил Бэйн. — Возьми меч, чтобы я мог вспороть тебе брюхо.

Испуганный толстяк пополз прочь от разъяренного дикаря:

— Не нужен мне никакой меч, я не собираюсь драться с тобой!

Не хочешь драться? Но ведь я бросил тебе вызов!

— Плевать мне на твой вызов, я не собираюсь драться с тобой!

Толстяк отполз за стойку, вскочил на ноги и опрометью бросился из таверны, хлопнув дверью. Бэйн изумленно покачал головой:

— Почему он не захотел драться?

— Он просто трус, каких полно на земле, — проговорил старик с седой бородой, сидящий за столом неподалеку.

Как и у большинства посетителей, его лицо было сильно перепачкано углем.

Девушка стояла на коленях, собирая черепки. Бэйн наклонился и положил ей руку на плечо. Обернувшись, она устало улыбнулась. Ее лицо было рябым от оспы, а слева краснел свежий рубец.

— Сильно он тебя? — спросил Бэйн,

Он бил гораздо сильнее, — отозвалась девушка, — и еще будет.

— Берегись, парень, — крикнул бородач.

Бэйн оглянулся — задняя дверь была открыта, и два коренастых парня, вооруженные дубинками, наступали через комнату. В таверну вернулся и толстяк.

— Тебе хотелось подраться, — процедил он, улыбаясь, — теперь у тебя есть такой шанс.

Верзилы ринулись к Бэйну. Тот поднялся, сделал шаг вправо и пнул одного из верзил в колено. От неожиданности нападавший уронил дубинку себе на ногу и упал, взвыв от боли. Но другой бросился на Бэйна и огрел дубиной по плечу. Бэйн пошатнулся и тут же нанес обидчику удар слева в подбородок. Бандит потерял равновесие, и Бэйн ударил его в лицо, затем подбежал к стоявшему в дверях толстяку, схватил его за шиворот и отшвырнул к стене.

— Прости меня, прости! — заплакал толстяк, но внезапно замолчал.

Его рот безвольно открылся, и он начал сползать по стене. Бэйн вытащил из груди толстяка кинжал. Умирающий открыл глаза.

— Не делай мне больно, — успел прошептать он, но изо рта пошла пена, и он свалился на пол.

Бэйн вытер кинжал о его рубашку, убрал в ножны и поднялся. В таверне стояла тишина, никто не сдвинулся с места, кроме служанки, которая прикрыла рот рукой, чтобы не закричать.

Бэйн вышел из «Зеленого призрака», Бануин — следом.

— Нам лучше поскорее убраться отсюда, — сказал он, — иначе они могут приговорить тебя к казни.

— Я не сделал ничего дурного, — возразил Бэйн.

— Ты зарезал безоружного человека.

Это был не человек. Он поднял руку на женщину и отказался драться. Он был подлой тварью, настоящим подонком.

— Я предупреждал тебя, Бэйн, ты слишком спешишь убивать, — с грустью напомнил Бануин.

— А ты пилишь меня хуже, чем жена, — огрызнулся Бэйн, — но ты прав, пора отсюда убираться. Убив толстяка, я испортил себе настроение.

— Его настроение ты испортил навсегда, — отозвался Бануин.

Они отъехали от Поющей Воды на несколько миль и остановились в пещере прямо над морем. Бануин развел огонь, но Бэйну не понравилось в пещере, он вышел на вершину скалы и стал наблюдать за луной, озаряющей темную гладь моря. Бануин остался поддерживать огонь. Когда Бэйн в дурном настроении, его лучше оставить в покое.

Еды оставалось совсем немного, и Бануин поел копченого мяса, которое они купили несколько дней назад. Облокотившись о камень, он стал смотреть, как блики огня пляшут на серых стенах пещеры.